Чудовище для окаянной - Аселина Арсеньева (Aselesa)

Чудовище для окаянной

Глава 1

И угораздило меня с этой ведьмой-соседкой поругаться! Шепнула она себе что-то под нос, и я у этих дикарей вдруг оказалась!

В прямом смысле свалилась с неба, в аккурат на крышу землянки, застеленной травой! Своим словесно подкреплённым и совсем немягким приземлением, я наделала столько шума, что заглушила треск крыши.

Странно одетые люди высыпали на улицу и окружили меня, выставив перед собой горящие палки!

— Ребят, осторожней с огнём, — выставила я руки в защитном жесте. — Лес рядом. Его беречь надо. Об этом на каждом заборе пишут. Вы же не в средневековье живете!

Вокруг и правда сухостой. Опасно это. А они тут огнём размахивают, когда не только лес, но и деревянные дома поблизости.

Зря я понадеялась на их адекватность и попыталась договориться. Надо было давать дёру пока могла!

Одна толстая баба так размахивала поленом, что я всерьёз напряглась, опасаясь, что она додёргается. О чём ей и сказала.

Так и случилось: полено громко щёлкнуло, горящая щепа от него отлетела и угодила прямо в съехавшую вместе со мной с крыши солому! Огонь моментом перекинулся на сухостой и пополз к другим домам!

Пожар потушили быстро и дружно. Так же дружно нечисть во мне окаянную признали, лишь за говор мой неведомый, волосы рыжие распущенные, да пирсинг на губе!

Раздели, крапивой отхлестали и бросили в какой-то сырой подвал, а через пару дней на костёр повели…

Меня трясёт. Удивляюсь, как в подвале голышом я воспаление лёгких не подхватила! Благо лето и там солома толстым слоем застелена была. Я в неё зарывалась как могла. Со связанными руками подобное сделать непросто. Мало того что солома довольно колючая для изнеженного спа-салонами тела, которое отходили крапивой. Так ещё и острые частицы от неё, то и дело раздражали лицо.

Никому бы не призналась в подобном унижении, как и в том, что до хрипоты выла белугой от несправедливости и соприкосновения раздражителя с покрытой назойливыми волдырями кожей.

— Замёрзла, ведьма? Ну ничего, на костре сейчас отогреешься, — пинок в поясницу и я лечу навзничь под одобрительное улюлюканье толпы.

— Дикари! — попыталась выкрикнуть, забыв, что мой рот завязан.

Уже челюсть в таком состоянии ломит. То и дело пытаюсь хоть немного её размять. Не думала, что именно это окажется основным неудобством в заключении, даже на фоне крапивы. Находиться с кляпом во рту длительное время, стало для меня чем-то невыносимым! Отчего-то нигде даже не упоминают о подобном, а это, между прочим, гораздо мучительнее связанных сзади рук! Там только запястья затекли и мышцы плечевые ломит. А здесь до головной боли челюсть сводит…

Рот мне на второй день завязали. Ночью. Видите ли, я своими воплями местным спать мешала! Примерно за час я избавилась от мешающей повязки и уже тихо поскуливала, но и это им помешало…

— Уроды! — завидев веники из крапивы, взвыла я!

Причём, пришли две бабы! Такие крупные, будто целиком заполняющие своим присутствием и без того небольшое пространство.

— Будешь скулить и мешать нам спать, не поленимся тебя по дюжине раз на дню охаживать! — приблизилась одна из них, не без удовольствия, с нажимом, проводя веником по моей шее.

От неё опахнуло крепким потом.

— Про шумоизоляцию не слышали? Нет? А лучше путников более радушно принимайте, так и скулить никто не будет! Отпустите меня, и я вам очень полезные вещи расскажу.

— Не смей открывать рот! — гаркнули на меня.

Я рванула к выходу, растолкав неповоротливых тёток! Всё-таки у меня мышечный корсет, а у них жир!

Почти сутки ждала момента, когда откроют эту злополучную дверь! Всё-таки у гимнасток есть свои преимущества, такие как гибкость. Руки развязать я не смогла, но ноги освободила! Только я не ожидала, что за дверью будут дежурить здоровенные мужики!

Попытка сбежать успехом не увенчалась, но одному я заехала коленкой, а другому извернулась, заехав пяткой в нос, крайне жалея при этом, что сейчас не на шпильках! Будь они на мне, тогда бы с этим грозным оружием, я бы определённо вышла победителем!

А так, из-за моих трюков эти дикари лишь убедились в том, что я ведьма. А в рот, в «награду», кроме повязки ещё и кляп засунули.

После чего даже последнюю тряпочку одежды забрали и выпороли крапивой.

Впрочем, спасибо, что не додумались облить кипятком.

Глава 2

Смотреть на эти морды обозлённые, с сальными взглядами, противно…

Если ещё пару дней назад я надеялась, что это лишь страшный сон, то сейчас у меня не осталось никаких иллюзий.

Задрали мои руки кверху, и к столбу привязали, что над кострищем возвышается.

Радуются. Праздник у них какой-то, а здесь и жертва в моём лице подоспела.

Судя по здешнему быту, я в какое-то раннее средневековье встряла. Много я фильмов на эту тему смотрела, и книжки пару раз по дороге домой онлайн читала, но лишь сейчас поняла насколько современные люди толерантнее этих дикарей! И как далеки эти романтизированные описания, от суровой реальности.

Здесь никто ни с кем не разговаривает, а пытаешься объясниться, орут, что ведьма и накрепко завязывают рот!

Романтика раннего Средневековья?

Вот она!

Зашуганные своими суевериями люди. Для таких даже красновато-рыжый цвет волос, великой опасностью и дурным знамением кажется!

Смотрю на их рожи, искорёженные злобой и таким священным предвкушением, что озноб по коже проходит. Внутри ответная ненависть за их коллективную тупизну разгорается!

Просто стадо какое-то тупое!

На самом деле уже мечтаю стать ведьмой и проклясть каждого находящегося здесь!

Мужик подошёл и встал на цыпочки, чтобы проверить крепко ли узлы над моей головой завязаны, обдав удушливым запахом неухоженности. Не увидела я, но зато бедром почувствовала, как у него в паху напряжено.

Извращенец!

Высказала бы, что думаю, да рот мне крепко завязали. Поэтому и оставалось, что подарить мужику злющий взгляд.

Отшатнулся.

Ухмыльнулась… — мысленно. В реальности кляп во рту не располагает.

— Недолго тебе, злая ведьма, осталось… — пробубнил другой, стоящий рядом с костром мужик. А у самого-то, капелька пота по виску стекает и взгляд с поволокой…

Вот кого на костёр надо. Возбуждает его моя беспомощность. Да не только его.

— А давайте прежде чем её Морене в жертву отдавать, кнутом высечем⁈ — предлагает та самая