Потерянное письмо - Мими Мэтьюз

Мими Мэтьюз

Потерянное письмо

Глава 1

Лондон, Англия

Весна 1860 года

Сильвия Стаффорд разгладила юбки своего простого темно-серого платья, пока шла за своей работодательницей, миссис Динвидди, вниз по лестнице. Ей не было строго запрещено принимать посетителей; однако за все два года, что она была гувернанткой детей Динвидди, ни друзья ни родственники никогда не пытались навестить ее. Не то чтобы в ее жизни в данный момент было много друзей или родных. После самоубийства ее отца единственной оставшейся семьей была кучка неодобрительно настроенных тетушек и дядюшек. И все светские друзья, которые у нее могли быть в роли мисс Стаффорд из Ньюэлл-парка в Кенте, давно исчезли.

— Я не знаю никакой леди Харкер, — сказала она. — По крайней мере, я не думаю, что знаю. Вполне возможно, что мы когда-то встречались, давным-давно.

— Она была очень настойчива, — ответила миссис Динвидди.

— Вы говорили с ней, мэм?

— О да. Мы мило поболтали.

Миссис Динвидди издала смешок.

— Вы только представьте! Я беседовала с настоящей виконтессой! Но она всего лишь юная леди и достаточно приятна, несмотря на свое положение. Мне было с ней очень спокойно.

Скромная гостиная Динвидди, как и вся остальная часть их дома в Чипсайде, была обставлена со вкусом и была удобной. Сильвия вошла туда и обнаружила невысокую женщину, сидящую на краешке кресла без подлокотников, ее модные юбки с воланами были накинуты на проволочный кринолин поистине великолепных пропорций. Она была молода. Моложе самой Сильвии, которой было двадцать пять лет. И у нее было слегка озабоченное выражение лица, которое довольно комично дополняла шапочка с кружевами и лентами, слегка сдвинутая набок поверх пышных белокурых локонов.

Она вскочила со своего места, ее большие карие глаза немедленно остановились на Сильвии. А потом она улыбнулась.

— Вы и есть мисс Стаффорд? Она шагнула вперед.

— Я узнала ваши волосы! Они так прекрасны. И какая вы прелестная! Я очень благодарен вам за то, что вы так быстро привели ее, миссис Динвидди. Можно ли мне поговорить с ней наедине?

Миссис Динвидди была добрым работодателем и с готовностью согласилась на просьбу леди Харкер, даже вызвавшись приказать принести им чай.

— Мне кажется, что я должна помнить вас, леди Харкер, — сказала Сильвия после того, как ее хозяйка вышла из комнаты, — но, боюсь, что не помню.

Улыбка леди Харкер погасла.

— Нет, конечно. Мы никогда не встречались, мисс Стаффорд. О, но я так счастлива, что нашла вас. Вы даже не представляете…

Сильвия встревожилась, увидев слезы, выступившие на глазах леди Харкер.

— Моя дорогая мэм, — мягко сказала она, — пожалуйста, присаживайтесь. И, пожалуйста, возьмите мой носовой платок. Вот. Видите маленькие узелки из синих и коричневых ниток? Это одна из первых попыток мисс Динвидди в вышивании. Это ее попытка вышить цветы. Она подарила мне этот носовой платок на прошлое Рождество. В него был завернут кусочек моего любимого мыла с ароматом фиалки.

Когда-то давно Сильвией восхищались за ее бархатистый голос. Он был низким и мягким. Соблазнительным, как сказал один пылкий поклонник. Действительно, редко бывала лондонская вечеринка, во время которой в какой-то момент ее не просили бы спеть. Теперь, однако, ее голос стал чрезвычайно практичным атрибутом, который она использовала ежедневно, чтобы успокоить своих юных подопечных, а по вечерам читать или петь им перед сном. Он также был бесценным для успокоения вечно взволнованной кухарки, обеспокоенной горничной и всех остальных, чьи нервы были на пределе.

С таким же успехом он срабатывал и на высоконравственных аристократов.

Отвлекшись, леди Харкер опустилась в кресло, ее внимание было сосредоточено на ряде бесформенных узелков ниток, обрамлявших носовой платок.

— Мисс Динвидди — это тот ребенок, которого вы здесь обучаете?

Сильвия уселась в кресло напротив леди Харкер, ее собственные пышные юбки осели вокруг нее умеренным потоком практичной серой шерсти.

— Да, мэм. Мисс Клара Динвидди — старшая дочь в семье. Сейчас ей восемь лет. Я также учу ее младшую сестру Кору. Коре шесть лет.

— Я не думала, что обнаружу вас в роли гувернантки, — сказала леди Харкер, вытирая глаза.

Сильвия не обиделась. По правде говоря, она и сама не думала, что станет гувернанткой. Она собиралась выйти замуж. Однажды в ее жизни даже был один особенный джентльмен. Джентльмен, который был гораздо ближе к тому, чтобы завоевать ее руку, чем любой другой поклонник. Но самоубийство папы все изменило. Семья, у которой она жила в течение лондонского сезона, как можно скорее отправила ее обратно в деревню. И после этого она больше никогда не слышала ни от одного из своих поклонников.

Не то чтобы все это сейчас имело значение. Ее слезы давно высохли, и та ее часть, которая когда-то лелеяла невозможные романтические мечты, увяла и умерла. Она не была несчастна. Отнюдь нет. Она смеялась легко и часто. Она больше не думала о своей прежней жизни. Ну, почти никогда.

— Семья Динвидди была очень добра ко мне, — честно призналась она.

— Я считаю, что мне повезло, что я нашла работу у них.

Леди Харкер покраснела.

— О, я не хотела вас оскорбить! Просто я ожидала, что вы будете замужем и у вас будут собственные дети. Леди Медкалф сказала мне, что у вас было так много поклонников раньше…

Ее румянец усилился.

— Но я должна сказать, я рада, что вы свободны. Я рада больше, чем могу выразить словами.

Сильвия улыбнулась.

— Возможно, вам лучше сказать мне, зачем вы пришли.

— Да. Да, конечно.

Леди Харкер мгновенно посерьезнела.

— Ну… видите ли, мисс Стаффорд… мой старший брат — очень трудный человек.

Сильвия понимающе кивнула, ничуть не смущенная этой непоследовательностью.

— Он всегда был трудным. Таким строгим и серьезным. Мы никогда не были особо близки. Он намного старше меня. Но пока он был в Индии, мой отец и старший брат умерли от лихорадки. И теперь он — единственная семья, которая у меня осталась. Он глава семьи, потому что теперь титул принадлежит ему. Не то чтобы я должна мириться с его капризами. Мой муж не позволяет мне оставаться с моим братом больше двух недель. Он боится, что тот может быть агрессивным. Но он никогда не был жесток со мной, мисс Стаффорд. Что ж…

Она скомкала в руках носовой платок.

— Возможно, он и бросил книгу, а однажды фарфоровую фигурку, но он не пытался попасть в меня. Он просто пытался напугать меня.

Сильвия слушала