Звериная страсть - Лисавета Челищева

Лисавета Челищева

Звериная страсть

Ночь нечисти и ведьм

Летний воздух был хрустящим и ароматным. Я стояла на вершине поваленного дуба, его древние ветви тянулись к небу. Утреннее солнце окрасило опушку в золотистые оттенки, заливая теплым светом окружающий меня пышный зеленый лес. Я закрыла глаза, чувствуя под босыми ногами мягкий мох, и начала свою утреннюю молитву.

— Приветствую тебя, Солнышко! Благослови Дух, Душу и тело мое, чтобы в здоровье и благодати пребывать. — прошептала я, и мой голос унесло легким ветерком. — Велес Батюшка, путь дорогу мне освяти, прибудь со мной, береги меня свой невидимой рукой.

Открыв глаза, я услышала шелест листвы берёзок неподалёку. Должно быть, сам Могучий Велес осыпал меня своими благословениями.

Поклонившись три раза, я оставила корзинку с наливными яблоками на пеньке, возлагая требу. Я не могла не отдать лесному Богу дань уважения, ведь именно Велес благословил мою бабушку Озару священными знаниями ведизма и познания природы.

Я жила вместе с бабушкой-ведуньей в нашей скромной деревянной избушке, расположенной на окраине леса около деревни, где я родилась.

Восемнадцать лет назад, когда я была еще четырехлетним ребенком, меня отдали на попечение бабе Озаре — лесной знахарке. Мои родители, до сих пор живущие в деревне, сразу поняли, что мне суждено познать священные искусства природы с детства. Под мудрым и строгим руководством ведьмы, я глубоко погрузилась в тайны леса, научилась использовать его силу и превращать ее в целебные снадобья.

Каждый день, как только солнце поднималось в небо, я со своей наставницей отправлялась в чащу. Мы ходили по заколдованным тропкам и болотам, собирали травы и растения в определенные часы, обладающие целебными и защитными свойствами. Баба Озара рассказывала сказки из древнего фольклора наших предков, прививая мне глубокую любовь и уважение к Матери природе и сверхъестественным существам, обитающим в тени.

Лес был моим домом, где я могла общаться с духами земли-матушки и набираться опыта травницы. Совершенствуясь в этом искусстве, я открывала для себя диковинные растения, ягоды и грибы, способные излечивать как обыденные, так и магические недуги. Я научилась языку деревьев и трав, понимая их шепот и секреты, которыми они делились с ветром. Животные, чувствуя мое родство с их отцом Велесом, подсказывали и помогали мне в моих начинаниях.

— Шурка! Где ты ходишь, баламошка этакая! — раздался в глубине леса суровый голос бабы Озары, срочно призывая меня.

Нежно держа в руках серебряный букет полыни, я поспешила по извилистой тропинке к ней.

— Да, бабушка? — улыбка появилась на моих устах, когда я завернула за угол валежника и увидела сгорбленную фигуру старушки, прислонившейся к входу избы.

Заплетенная в косу грива серебристо-серых волос обрамляла обветренное временем лицо, изборожденное морщинами мудрости и строгого характера.

— Не называй меня "бабушкой"! — огрызнулась ведунья, и ее хриплый голос прорезал тишину, как пронизывающий ветер, пронесшийся по роще. — Я тебе не родня твоя человеческая!

Ее ледяной взгляд внимательно изучил меня, выискивая признаки непокорности.

— Не серчай на меня, Баба Озара, — с искренним раскаянием произнесла я. — Принесла ли я то, что ты наказала мне?

Я осторожно полезла в свою плетеную сумку, доставая горсть маковых зерен в мешочке, собранных в поле на рассвете.

— Дай взглянуть, — приказала старушка, в ее тоне слышался оттенок нетерпения.

Я протянула руку, предлагая ей сверкающее чёрное сокровище. Морщинистые пальцы выхватили у меня мешочек и быстро скрылись в тускло освещенной глубине избы.

Я хорошо знала назначение этих редких семян не понаслышке. Полнолуние приближалось к своей последней фазе, в нашем лесу происходила глубокая трансформация. Среди доброжелательных существ, называвших этот лес своим домом, как и мы, появлялась нечисть, поклявшаяся в верности первозданной тьме.

В эти непростые времена мы с бабушкой трудились не покладая рук, создавая арсенал защитных оберегов для деревни, которая всегда находилась под покровительством таких как баба Озара — ведьм и ведунов.

Путем тщательной алхимии трав и семян, взывания молитвами к Роду и духам Вещего леса, возлагая им различные сладкие требы и угощения на опушках, мы пытались отразить надвигающуюся угрозу завершения полнолуния и сохранить народ деревни от нечистой силы.

С наступлением сумерек бархатное небо распахнуло свое полотно, украшенное оркестром мерцающих звезд. Луна, наделенная силой, одаривала нас неземным сиянием.

По мере того, как мы углублялись в чащу, сам воздух становился тяжелым от древних чар, пульсировал энергией леса и его тайнами.

Под руководством мой мудрой наставницы, я приступила к выполнению задания, следуя ритуалам, передававшимся из поколения в поколение.

Ветки полыни были искусно сплетены в венки, пропитанные освященной водой и солью. Каждый шаг, каждое движение выполнялись с точностью, шепот заговора слетал с моих губ и смешивался с дыханием самого леса.

Когда последние песчинки заскользили по песочным часам сумерек, наступил назначенный час. Полночь.

Баба Озара вышла из тени елей, в ее серых глазах сверкали решимость и благоговение. В руках мерцало пламя котелка, отбрасывая на лицо танец теней.

Мы рассыпали семена священного мака с солью на границе леса и деревни, выписывая на плодородной почве замысловатые узоры-обереги. Эти семена, тронутые небесной благодатью, обладали силой отгонять злые силы нечисти и вызывать благосклонных духов, обитающих среди древ и водоемов природы.

После, я развесила венки из полыни на березках возле нашей избушки. Сквозь темную завесу деревьев зазвучала ночная симфония сверчков. Туман окутывал лесную подстилку из мха, а под ветвями старинных ёлок шептались забытые чары. Ночное зверьё, завороженные нашими ритуалами, выглядывали из своих потайных логовищ, их мордочки блестели любопытством и трепетом.

Когда опустилось последнее семя мака на околицу, в лесу воцарилась тишина. Воздух потрескивал от электрического заряда ритуала, снимая тяжесть обыденного мира и приоткрывая скрытую завесу между Явью и Навью.

Мы с бабушкой Озарой стояли, связанные гармоничным единством, преодолевая разрыв между смертной плотью и нетронутой магией леса. Взгляд ведьмы смягчился, когда она посмотрела на меня, в ее старческих чертах мелькнуло тепло.

— Ты славно поработала, дитя, — прохрипела она. — Этой ночкой деревня будет спать спокойно.

Внезапно спокойствие чащи пронзил ужасающий крик. Звук эхом разнесся по деревьям, по моей спине пробежали мурашки. Страх охватил сердце, и я вцепилась в серебряный оберег Велеса у меня на шее, ища защиты у древнего божества.

— …Что это, бабушка? — я вздрогнула от очередного леденящего душу крика, голос был едва слышен.

Глаза старушки диковинно впились в меня, наполненные беспокойством.

— Ступай домой и запри скорей двери и ставни, Шурка. Никому