Ищем маму. Срочно! - Саша Черникова

Саша Черникова

Ищем маму. Срочно!

1. Диана

1. Диана

– Что у нас завтра, Дианочка? – задумчиво спрашивает Данилов, глядя в окно.

"Что у нас завтра, Дианочка" – мысленно передразниваю босса, скорчив неприятную, раздражённую рожицу. Марк Борисович стоит спиной ко мне, заложив руки за спину, поэтому я могу себе позволить эту маленькую шалость.

Как же он меня бесит!

Уже три месяца работаю у него, и все эти девяносто дней он меня из себя выводит. Нет, вы не ослышались, именно девяносто. Выходные я не считаю, потому что их просто не существует в обычном понимании.

С тех пор как Данилов решил стать мэром нашего города, нет мне ни сна, ни покоя. Может, он сдохнет уже? Нет, плохая идея. Кто мне тогда такую офигенную зарплату будет платить? У меня "Лексус" в кредит и ипотека. Что я в соцсети буду выкладывать, если он меня от предвыборной кормушки отлучит? Только ради денег я и терплю этого чудака на букву "м".

Может, Марк Борисович заболеет хотя бы? Несильно. Понос там... Ветрянка на худой конец?

Нет, тоже идея никакущая. Это же я и буду бегать вокруг него денно и нощно и подавать стакан воды. Мужчины болеть не умеют – это мне доподлинно известно. У меня два брата. Температура тридцать семь, и они уже пишут завещание дрожащей рукой. А этот вообще без меня ничего не может, даже расписание своё посмотреть.

– Утром у вас встреча со студентами, потом открытие нового кинотеатра, в шестнадцать вам нужно быть в доме малютки... – перечисляю "важные" дела кандидата в мэры.

Знаю я эти важные дела, насмотрелась уже. Приедет с делегацией и умным видом, посидит или походит, поглаживая свои дорогущие часы, потом скажет: "Разберёмся", если есть вопросы, наобещает с три короба в рамках предвыборной кампании, и поминай как звали. Впрочем, остальные кандидаты – точно такие же балаболы и аферисты, как Данилов, так что я его не осуждаю. Проблем в городе много, мэр один. Как он за всем уследит?

– У НАС встреча, и НАМ нужно, – поправляет меня Марк Борисович и вальяжно поворачивается ко мне. – Ты же всегда со мной ездишь, мы с тобой делаем одно дело, как Бонни и Клайд. Мы с тобой, как правая и левая рука, – показывает мне свои ручищи. – Почему ты вечно меня обособляешь, Медведева? За что ты меня так не любишь?

Он наигранно вздыхает и качает головой, глядя на меня с осуждением, пытаясь вызвать у меня чувство вины и неловкости. Фига с два!

– Я вас очень люблю, почти как родного папу! – вру и глазом не моргаю. – Только вот в дом малютки вы один поедете. У меня важные дела.

– Свидание, что ли? – недовольно хмыкает босс и снова посылает мне этот свой фирменный осуждающий взгляд.

Да хоть бы и свидание? Его вообще колышит? С таким графиком я уже забыла, как эти свидания выглядят. Еще полгодика в таком темпе поработаю и обратно девственницей стану.

– Нет, Марк Борисович, день рождения у племянника.

– Ну, семья – это святое. Вынужден тебя отпустить, хотя очень не хочется.

– Спасибо! Вы так добры! – не выдерживаю я от подкола. – Но вообще-то, я и не отпрашивалась, Ваше Величество!

– Ох, и стерва ты, Медведева! Сразу видно, что мужика у тебя нет! Прижучил бы тебя хорошенько, ты бы вмиг подобрела!

Вот козёл! Откуда ему взяться этому другому мужику, если я с этим почти круглосуточно тусуюсь?

– Мне кажется или вы мне, свою кандидатуру предлагаете, Марк Борисович? – снова язвлю я.

Босс – довольно симпатичный мужчина, обаятельный. Очаровать может самого чёрта. Как на уши присядет, мама дорогая! Ему нет ещё и сорока. Не курит, исправно ходит в качалку, держит себя в отличной форме, наряжается всегда, как в последний путь. Я даже иногда мысленно его Марк Нарциссович зову, до того он любит красоваться на публике. Если бы я не знала, какой он врун и негодяй, я бы непременно в него влюбилась.

Но он просто бесит!

Данилов неспешно проходится по мне взглядом своих кофейных глаз, в которых загорается какой-то нездоровый блеск, и задумчиво проводит рукой по своей аккуратной бородке. Сейчас он оценивает меня, как женщину, и это, мягко говоря, неприятно. Кто меня за язык тянул?

На моей груди его взгляд задерживается неприлично долго, так что ей становится тесно в лифчике. Данилов будто блузку с меня мысленно снимает в этот момент или это я с голодухи размечалась?

– Красивая ты девушка, Медведева, – смакуя на языке каждое слово, выносит вердикт Марк Борисович. Мои щёки неожиданно вспыхивают румянцем, по телу бегут мурашки. Господи, я уже и не думала, что в двадцать семь лет могу покраснеть. – Только некогда мне этим заниматься. Мне о народе думать надо. Я же поэтому и не женат до сих пор. Некогда мне, Дианочка... Некогда... Всё дела да заботы!

Приходить на работу с засосами думы о народе ему не мешают. Мне доподлинно было известно, что постоянных любовниц у Данилова нет, но вот на той неделе он явился на собрание с синяком на шее. Да вон, из-под воротничка до сих пор немного видно.

Сам не женится, собака, и другим не даёт! Я так с ним вместе незамужней и помру.

– А вот это плохо, Марк Борисович, – отметила я.

– Что именно? Нет, Дианочка, если тебе сильно надо, поехали вечером ко мне? Выручу тебя, так и быть по старой дружбе. В беде не оставлю, как говорится. Завтра на работу приедем вместе, а главное – с хорошим настроением!

Вот кобель! Я аж дар речи на секунду потеряла от возмущения и снова покраснела. Тоже мне дружбан нашёлся! Я лучше сдохну, чем с ним в одну койку лягу! Обойдусь уж как-нибудь. Ещё не хватало, чтобы меня начальник... Того самого... Прижучивал, как он выражается.

– Спасибо, но я не об этом! – поспешила направить шефа в нужное русло. – Все ваши соперники, если вы не заметили, семейные люди. Дети, жёны – всё это влияет на рейтинги. Образ примерного семьянина никогда не выйдет из моды.

Данилов с минуту молча смотрел на меня так, словно я говорю на китайском. Видимо,