Финишная черта - Мари Милас

Мари Милас

Финишная черта

Здравствуй, мой дорогой читатель!

Все книги цикла «Случайности не случайны» можно читать как самостоятельные истории. Однако перед прочтением «Финишной черты» я рекомендую ознакомиться с «Зажигая звезды». Также основные действия «Финишной черты» происходят в тот же год, что и события «Натальной карты». В тексте будут упоминаться песни, включайте их для полного погружения. Приятного чтения!

Цикл «Случайности не случайны»:

#1 «Зажигая звезды»

#2 «Громкий шепот»

#3 «Натальная карта»

#4 «Финишная черта»

Больше о книгах, героях и эстетике, а также других новостях можно узнать в телеграм канале автора: Mari Milas – https://t.me/mari_milas

Предупреждение

Это светлая и добрая книга, но в ней поднимается тема, которая может оказаться болезненной для некоторых читателей. Берегите свое сердце и разум, ваше ментальное здоровье важно!

*упоминание и описание сексуального насилия над ребенком.

Плейлист

Hold On – Chord Overstreet

Black And White – Niall Horan

Iris – The Goo Goo Dolls

Reflections – The Neighbourhood

Dusk till dawn – Camylio

Do or Die – Natalie Jane

Burning Down – Alex Warren

In The Stars – Benson Boone

ROOM FOR 2 – Benson Boone

Run for the hills – Tate McRae

Not to be Dramatic – Zoe Clark

Happier Than Ever – Billie Eilish

Bad Idea – Dove Cameron

I miss you, I’m sorry – Gracie Abrams

Love The Way You Lie – Eminem, Rihanna

A Little Death – The Neighbourhood

Полный плейлист – спотифай

Посвящается

Всем тем, кто стоит с нами на старте и все еще ждет нас на финише.

Пролог

Аврора

Пять лет

Интересно, умеют ли кричать муравьи? В школе нам говорили, что это насекомое очень сильное и умное. Часто его недооценивают и не замечают. Может, они кричат, когда тащат огромную крошку хлеба или когда их дом из веточек сносит ветром? А что, если они вопят во все горло, когда над ними нависает огромная человеческая нога? Но, скорее всего, они не умеют кричать, потому что их сила в другом. Может, если бы люди применяли свою силу с умом, они бы не использовали свой голос как оружие?

Я слишком часто об этом думаю, потому что, кажется, мы с сестрой – муравьи. В нас есть сила. Мне это точно известно. Однако этого мало, чтобы противостоять…

– Ты такая глупая, Аннабель! – кричит папа, хлопая по столу. Ручки и карандаши подпрыгивают, а затем скатываются на пол.

Я дергаюсь, чтобы собрать их и заодно прикоснуться к сестре. Нужно постараться успокоить ее. Она всегда дрожит и плачет, когда папа повышает голос. Я так хочу, чтобы Анна разучилась плакать, ведь тогда он не будет еще сильнее на нее кричать.

– Аврора, сидеть! – громогласной командой папа прерывает меня, хотя я даже не успеваю встать со стула.

Я ощущаю себя собакой, поэтому без задней мысли выдаю:

– Я хочу лежать.

Сестра втягивает в себя воздух, шепча:

– Рора, не надо.

Глаза папы метают в меня ножи, и, наверное, я должна съежиться от страха, но мои мысли сосредоточены только на Аннабель и на том, что она еле дышит.

Я нужна ей.

– Я хочу в туалет, – говорю в надежде, что он отстанет от Анны и позволит ей проводить меня. – Очень. Сейчас описаюсь. Вот прям сейчас.

Я мечтаю, чтобы мама забрала нас и мы спокойно поехали домой. Папа на работе со вчерашнего вечера, а это значит, что он будет орать на нас из-за любого пустяка. Я даже дышу намного тише, чем обычно, лишь бы не разозлить его еще больше.

Папа выходит из-за своего рабочего стола и направляется к двери.

– Офицер Девис, – выкрикивает он в коридор. Тут же появляется взрослый мужчина с животом, как у Обеликса. Офицер Девис дружит и работает с папой, и мы с сестрой всегда сравниваем его с этим персонажем из мультфильма. Я хихикаю в кулак от его забавного вида. – Проводи мою дочь до уборной.

Я резко перестаю улыбаться. Мой глупый план провалился. Может, еще не поздно сказать, что мне перехотелось в туалет?

– На выход, Аврора. – Папа указывает рукой в направлении коридора.

Я нехотя спрыгиваю со стула, поправляя школьную юбку. Прежде чем уйти, сжимаю руку сестры. Ее глаза красные от слез, а ладонь такая холодная, что на моей коже появляются мурашки.

– Не уходи, дождись меня. Я отведу тебя.

– У тебя много других дел, Аннабель! Открывай учебник и не отвлекайся, – рявкает папа.

С тяжелым вздохом я отпускаю руку сестры и выхожу из кабинета. Мы обе понимаем, что спорить с нашим папой все равно что биться об стену. Стена останется невредимой, но ты будешь весь в синяках. И нет, он никогда нас не бил. Мы даже ни разу не получали подзатыльник, как множество мальчишек в моем классе. Но это не значит, что папа не делает нам больно.

Делает.

И, кажется, я не люблю его, как маму.

Эта мысль мне не нравится, ведь я должна любить его, так ведь? Все дети в моем классе говорят, что любят своих родителей одинаково. Я же люблю папу лишь в особенные дни. В те дни, когда он не превращается в злодея из всех моих мультиков. В те дни, когда он не кричит на нас. В те дни, когда Аннабель не плачет из-за него.

Мы идем по коридору полицейского участка, другие офицеры с жалостью смотрят на меня, а затем на дверь, откуда продолжают доноситься крики. Я скукоживаюсь, как изюм, под их взглядами. Мне не должно быть неловко, ведь мы с сестрой ни в чем не виноваты, однако по коже ползет липкое, как мед, чувство… стыда? Чушь какая-то.

Обычно папа не позволяет себе срываться на нас в присутствии других людей. Все считают его хорошим. Может быть, эти люди действительно думают, что мы в чем-то провинились? Может, на них он тоже кричит, когда они плохо выполняют свою работу?

Я опускаю взгляд на свои белые туфельки с блестящими бабочками. Забавно, что их купил папа.

– Они подходят тебе, наша неугомонная бабочка, – сказал он и поцеловал меня в лоб. В тот день у него было хорошее настроение. Аннабель даже