Инопланетный мясной рынок - Лиззи Биквин

Инопланетный мясной рынок

Лиззи Биквин

Продана Ракша — 1

Это художественное произведение. Все персонажи и события существуют исключительно в воображении автора, и любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, является чистой случайностью. Всем персонажам не менее восемнадцати лет.

© 2021, Лиззи Биквин. Никакая часть этой работы не может быть воспроизведена каким-либо образом без предварительного письменного согласия автора, за исключением отрывка для добросовестного использования в обзорных и редакционных целях.

Это название предназначено только для взрослых. В нем содержатся откровенные половые акты, темы для взрослых и материалы, которые некоторые люди могут счесть оскорбительными. Пожалуйста, храните в недоступном для детей месте.

Перевод выполнен каналом Клитература

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ КАНАЛА — ЗАПРЕЩЕНО!

Перевод, вычитка: Ольга, Душенька

Большая просьба НЕ использовать русифицированную обложку в таких социальных сетях как: Инстаграм, Тик-Ток, Фейсбук, Твиттер,1 Пинтерест.

Данная книга не несет в себе никакой материальной выгоды и предназначена только для предварительного ознакомления! Просьба удалить файл с жёсткого диска после прочтения. Спасибо.

ГЛАВА 1: ПРОЛОГ

Он медленно просыпался, не открывая единственного здорового глаза, разум ещё плыл в приятной, ленивой дремоте. Воздух каюты был уютно тёплым, а тишину нарушали лишь тихие шорохи и храп спящих побратимов — его команды.

Его сердца слегка дрогнули — но только слегка, — когда он понял, что женщина не свернута калачиком у него на груди, как это было, когда он задремал несколькими пролетами ранее. Не так давно было время, когда отсутствие пары повергло бы его в тотальную панику — когти вытянуты, уши подняты, двойные сердца бешено колотятся в груди. Однако за эти дни он свыкся с ее ночными привычками.

Кроме того, теперь нужно было заботиться о малыше. Он предположил, что именно это и разбудило её.

Лёжа на спине, он приоткрыл левый глаз. Правый всё ещё был закрыт повязкой — старая боевая рана.

Он оглядел богато украшенную ночную опочивальню. Мраморные стены и куполообразный потолок были украшены барельефами на тему ракезской мифологии, прикрытыми струящимися занавесями. По полу были разбросаны подушки, обтянутые тонким шёлком — самые лучшие из возможных. Его четверо братьев спокойно спали на них, похрапывая вокруг него.

И тогда он увидел её.

Свою пару. Их пару.

Она сидела на полу в дальнем конце комнаты, скрестив ноги, спиной к нему. Её лицо и плечи были мягко освещены светом от экрана компьютера — растрёпанные аметистовые волосы, длинные заострённые уши, чёрный шёлковый халат сполз с одного соблазнительного плеча. Её хвост выглядывал из-под подола и бессознательно покачивался по полу. Одна рука с когтями быстро и беззвучно печатала, в то время как вторая нежно покачивала левитирующую колыбель рядом. Его маленькая многозадачная пара. Боги, она действительно была чем-то особенным.

Как всегда, его член мгновенно напрягся при виде нее.

Он и так уже проснулся наполовину возбуждённым, но теперь, глядя на свою прекрасную пару, окутанную шелками, достиг полной эрекции: ткань свободных штанов вздулась, как тент караванной палатки. Это была почти автоматическая реакция, и он с трудом её контролировал. Особенно тяжело было на публике. Ему приходилось прилагать огромные усилия, чтобы не опозориться, явно продемонстрировав стояк.

Однако здесь, в уединении ночной спальни, он позволил эрекции стоять гордо и беззастенчиво.

Продолжая наблюдать за женщиной, полностью поглощенной работой, он тихо спустил брюки с бедер, пока возбужденный член не высвободился. Кулаком он отодвинул крайнюю плоть фиолетового цвета, обнажив твердую оранжевую внутреннюю сердцевину возбужденного пениса, и медленно погладил себя.

Ноздри раздулись, когда он втянул воздух, уловив теплый влажный аромат тела своей пары, и его возбуждение усилилось. Тяжелые яички поджались, а член в руке напрягся до почти пугающей степени несокрушимой твердости.

Еще некоторое время он наблюдал за ней, продолжая поглаживать член и продвигаясь к своему освобождению. Но в последний момент он резко остановился и сжал внутренние мышцы, чтобы блокировать надвигающийся поток горячей жидкости.

Ему претила мысль о растрате семени.

Это было то, что он был вынужден делать в те болезненные промежутки времени, когда они не могли быть вместе. Печальная реальность рабочей жизни и путешествий. Но здесь, в их собственном доме, когда его невеста и вторая половинка была так близко, для него было только одно приемлемое место, где он мог опорожнить свои ноющие яйца, и это было глубоко внутри ее прелестного маленького тела. В рот. В тугую маленькую попку. И, что лучше всего, в ту теплую влажную щель, которую она называла своей киской. Это отверстие было его самым любимым из всех.

Наконец он больше не мог сопротивляться. Он должен был пойти к ней. У него не было выбора. Сладкий аромат и обещание нежной кожи под пальцами притягивали его, как магнит.

Пока остальные продолжали спать вокруг, он спустил брюки полностью с мускулистых ног и обнаженным поднялся с подушек. Бесшумно ступая, он пересек темную комнату, его торчащий зубец раскачивался из стороны в сторону, как дубинка, разбрызгивая за собой липкую жидкость перед посевом.

Добравшись до нее, он опустился на колени, мягко и беззвучно, чтобы не потревожить младенца, мирно спящего в парящей колыбели.

Он перевел взгляд на ребенка и улыбнулся. Его сын. Его и всех его братьев. Самый младший ребенок на всей планете. Спаситель всего своего вида.

Конечно, крошечный спящий младенец понятия не имел о своей особенности. Все, что он знал, это то, что у него была мать, которая любила его, и пятеро отцов, которые будут защищать его до самой смерти. Сейчас ребенок мирно спал, его пухлое багровое личико было совершенно спокойным на пеленках.

Самка пошевелила длинными заостренными ушами, золотые кольца в них зазвенели, как колокольчики на ветру. Этого звука было недостаточно, чтобы потревожить спящего детеныша. На самом деле, это был звук, который ребенок находил успокаивающим.

— В чем дело? — прошептала женщина, не поворачиваясь. — Не можешь уснуть?

Хотя он еще не прикоснулся к ней, хотя даже не издал ни звука, женщина почувствовала его у себя за спиной. Возможно, всему виной было его теплое дыхание, шевелившее ее волосы, или, может быть, это был его аромат гона, такой же сильный в воздухе, как и ее собственный соблазнительный аромат плодородия.

Все еще стоя на коленях, он двинулся вперед, пока коленями не обхватил ее мягкие бедра, а его твердый член не прижался к основанию ее