Единственный - Люси Дарлинг

Люси Дарлинг

Единственный

«Она — мое спасение».

«Дело не в том, сколько раз тебя отвергали, или ты падал, или тебя избивали, а в том, сколько раз ты поднимался и был храбрым продолжая идти вперед».

— Леди Гага

Глава 1

Черч

— Что, черт возьми, ты, по-твоему, делаешь?! — кричит ангел рядом со мной. Кажется, я почувствовал, как у меня дернулись губы. Что не может быть правдой.

Она тянется к дверной ручке, но та отказывается открываться. Я убедился в этом. Если чего-то и добиваюсь в жизни, то всегда готов к этому. Уверен, что если бы вы спросили других, то получили бы длинный список того, кем они меня считают. Дьяволом, психопатом или социопатом. Полагаю, что это может быть что-то из того и другого, но думаю, что в наши дни люди называют это антисоциальным.

Я проигнорировал комментарии. Кому какое дело до того, что думают другие, в том числе и те врачи, к которым я ходил в детстве? Я знал, что многие из них ошибались. Я мог испытывать эмоции. По крайней мере, в какой-то момент был на это способен. Потом выключил их. Это был единственный способ выжить.

Я также не склонен к гневу. Обычно. Если уж на то пошло, я бы описал себя как спокойного, хладнокровного и собранного человека… По крайней мере, таким я и был. Бросаю взгляд на ангела. Пока она не появилась и не включила то, что я давным-давно выключил. Теперь мой разум действительно был не в порядке. Так что с этим можно было поделать только одно.

Взять ее. И я именно это и сделал.

Энджел продолжает дергать за ручку, надеясь, что результат изменится в ее пользу. Этого не произойдет. Прости, Энджел. Твою судьбу предопределил тот, кого многие назвали бы самим дьяволом. Но ирония в том, что, сколько я себя помню, они называли меня Черч. Когда ты придешь ко мне, я смогу заставить тебя рассказать мне обо всех твоих грехах. Скажем так, твое наказание для меня — это не несколько молитв «Аве Мария». Оно будет сопровождаться криками, кровью и смертью... если тебе повезет.

— Что это, черт возьми? — фыркает она, все еще вырываясь.

Знал, что она попытается сбежать. Не могу ее винить. Я страшный ублюдок. Большую часть моей жизни это меня вполне устраивало. Люди обходят меня стороной. За что я всегда был благодарен. Чем меньше людей, тем лучше. Но не так уж и много, когда рядом со мной сидит самое нежное существо, которое я когда-либо видел.

— Она не откроется.

Энджел поворачивается, чтобы одарить меня своим лучшим взглядом. Ее темные волосы обрамляют личико в форме сердечка. Пухлая нижняя губка выпячена. Она выглядит очаровательно. Не думаю, что когда-либо думал так о ком-то или о чем-то за всю свою жизнь. Должен сказать, что мне нравится ее стойкость. Мужчины в три раза крупнее нее не осмелились бы бросить такой взгляд в мою сторону, зная, что последствия, от которых они пострадают, будут серьезнее.

— Ты собираешься причинить мне боль?

Ненавижу, когда она задает мне этот вопрос. Причинять ей боль — это последнее, что я бы хотел сделать. Я хотел сохранить ее навсегда. Думаю, она единственная, кто может починить тот выключатель, который она включила внутри меня. Только это еще сильнее, чем когда-либо.

— Я не хочу причинять тебе боль.

Она вздрагивает.

— Ну, тогда не надо? — это прозвучало как вопрос.

Сегодня Энджел стала более дерзкой. Обычно она довольно пассивна. Вот почему ей было бы полезно, если бы я был рядом. У меня не было другого выбора, кроме как взять ее, правда. Имею в виду, это для ее же блага. Весь остальной мир съел бы ее и выплюнул. В то время как я только и хотел, что съесть ее. Каждый чертов дюйм ее нежного тела.

— Я постараюсь этого не делать. — Это лучшее, что я могу сказать.

У меня нет намерения причинять ей вред, но боль может выйти за рамки простого физического дискомфорта. У меня сильное предчувствие, что еще до конца вечера я буду играть с ее братом-близнецом. Все его грехи будут истекать кровью на полу моего склада.

— Это из-за моего отца? Что-то случилось? Как ты прошел через ворота? Кто кричал? Это была Райли? — Энджел начинает задавать один вопрос за другим. Ее щеки краснеют с каждой секундой, что придает ей привлекательный румянец. Я качаю головой. Хорошенькая? Это слово мне незнакомо в моем мире. Честно говоря, не думаю, что когда-либо думал так о женщине раньше. Я не думаю о них и точка. Она действительно оказала на меня большое влияние. — Это из-за моего отца, верно?! — она вскидывает руки.

Я хмыкаю.

— Я так и знала! Он в опасности? Ты отведешь меня к нему? — Энджел сцепляет руки перед собой.

— Ты бы волновалась, если бы он был в опасности?

Ее дерзкий носик-пуговка морщится от моего вопроса.

— Что? — Энджел качает головой. — Ты отведешь меня к нему?

— Нет.

Она открывает и закрывает рот.

— Потому что это подвергло бы меня опасности?

— Да, — честно отвечаю я. Не то чтобы я всегда так поступал. Просто не думаю, что мы думаем об одной и той же опасности. Я считаю, что ее отец представляет угрозу для всех, кто находится рядом с ним.

Он опасный человек. Гораздо опаснее, чем я, честно говоря. Он идет по жизни вместе со всеми, заставляя их поверить, что он благородный человек. Настолько, что даже добился избрания в Сенат. Волк в овечьей шкуре. Худший из людей.

По крайней мере, со мной вы можете предвидеть, что произойдет. Я не пытаюсь никого обмануть. Совсем наоборот. Ее отцу нельзя доверять. Никому нельзя, когда дело касается ее безопасности. Даже мне. Но, как уже говорил, я не хочу причинять ей физическую боль, я просто не хочу ее отпускать.

— О, — Энджел аккуратно складывает руки на коленях. Сегодня ее ногти покрашены в нежно-фиолетовый цвет. Заметил, что она меняет цвет каждые несколько дней. Я позаботился о том, чтобы подготовиться. У меня дома ее ждут самые разные цвета. — Куда мы едем?

— В безопасное место.

Хочу сказать ей, что мы едем домой, но даже я понимаю, что это звучит безумно.

Глава 2

Энджел

Я немного успокоилась, но мое сердце