Барышня-кухарка для слепого князя - Дия Семина

Дия Семина

Барышня-кухарка для слепого князя

Глава 1. Жених для спящей красавицы

— Она спит? Уж не хотите ли вы, Филипп Степаныч, мне подсунуть больную бабу? Мы уж несколько минут любуемся, а она даже не шелохнётся!

— Бабы на рынке! Эта женщина идеал красоты и здоровья, за одним исключением, бездетная, три года в браке, а я так и не дождался от неё наследника. Вам-то такая в самый раз, вы-то, Кузьма Фомич, вдовец с тремя спиногрызами, мал, мала, меньше, а кобенитесь! — в спальне, пропитанной неприятным запахом успокоительных капель, повисла тревожная тишина. Аргументы закончились, настал момент принятия непростого решения.

Покупатель, молча смотрит на красивую, спящую женщину, слишком красивую по его скромным меркам, и в плешивой голове мелькают противоречивые мысли, что такая краля пустит его по миру, стоит её привезти в столицу, отбоя от кавалеров не будет. Сомнения вспенились и почти подтолкнули к непростому решению — отказаться…

— Слишком красивая, вы-то с чего от неё избавляетесь и поспешно? Жена ведь, и хороша…

— Ой, да ладно вам себя уничижать, женская красота быстротечна, год-два и старуха, а так порадует вашу шалость, утешите своё вдовство. Вы надёжный, ответственный, потому вам и продаю право. По закону развод оформляется, только если жену как следует пристроить. У вас есть дети, мне бы тоже надо, вот сосватали за меня боярышню, да с приданным неплохим, дела поправить надобно, а время поджимает, жениться мне пора, сегодня к вечеру сваты приезжают. Не кобеньтесь, батенька, подумайте о детях, такую красивую мамку им привезёте, то ли не праздник. Почти даром уступаю…

Кузьма Фомич облизал губы, ещё раз почесал козлиную бородку, всё ещё находясь в нерешительности. Но в этот момент девушка застонала, слегка потянулась, и из-под одеяла показалась нежнейшая, сливочных оттенков ножка с такими длинными пальчиками и розовой гладкой пяточкой, что у несчастного покупателя перехватило дыхание. Он охнул, слегка прослезившись, махнул рукой, мол: была не была, и чем чёрт не шутит, и один раз живём!

— Беру! Документы на развод готовы?

— А как же! Всё в лучшем виде у нотариуса, сейчас вместе проедем, всё оформим. Ей ведь ничего не светит, с таким-то пятном на репутации — муж отказался! Да и бездетной только домой с позором вернуться, а там всю жизнь либо приживалкой, либо еще хуже, в содержанки податься, тьфу, позорище. Не могу так со своей женой, я ж человек, а не зверь какой. У меня всё чинно, всё по закону. Брал за себя полюбовно, полюбовно и отдаю в надёжные руки.

Кузьма, переживая душевное волнение, потёр рука об руку, уж они у него надёжнее не бывает, ежовые рукавицы не снимаются, насколько он надёжен прошлая жинка и на том свете вспоминает, поди. Окончательно взвешивая все за и против необычной сделки, ещё раз взглянул на «товар» и энергично ответил на рукопожатие «бывшего владельца» мужа.

— Везите к нотариусу!

В этот момент девушка внезапно открыла глаза, несколько раз моргнула, дёрнулась, словно на неё сейчас кто-то нападает, и завизжала.

— Вы кто такие? Пошли вон из моей спальни! Оба! Извращенцы!

— Тьфу! Етишкину мать, дурная баба, всю дипломатию коту под хвост, ну вот где ты у меня, вот! — немногим тише испуганного женского визга, завопил удручённый муж, резким жестом провёл по своему горлу и неистово потряс кулаком перед носом ошалелой от испуга женщины. Ещё раз сплюнул и силой выволок несостоявшегося «жениха» из спальни.

Глава 2. Забвение

Нелепейший «мужской» разговор, какой и в чумной горячке не каждому привидится, выдернул меня из вязкого, тошнотворного «сна», первыми ожили уши. Потом тело слегка дёрнулось, сменило позу, и только пото-о-о-м, разум распознал суть происходящего.

Какой-то мужик без стыда и совести предлагает другому мужику купить меня?

На фразе «Брал полюбовно и отдаю в надёжные руки!» я смогла вырваться из тяжёлой летаргии и попыталась вступить в диалог, открыла рот, но сама того не ожидая, завизжала и начала что-то кричать. А всё потому, что совершенно не узнаю ни помещение, ни этих торговцев, и самое ужасное, не могу вспомнить, как здесь оказалась.

И даже собственное имя не помню.

Открыв глаза, я начисто лишилась памяти, хотела что-то потребовать, кроме того, чтобы эти двое паразитов убрались с моих глаз, но в голову ничего не пришло, кроме ужасной, немыслимой фразы: «Я превратилась в вещь? Кукла?»

Будь я живой, меня бы не продавали? И будь я живой, то помнила бы хоть что-то, кроме бессвязного потока пугающих слов…

После грубого выпада и кулака, промелькнувшего перед моим носом, продавец что-то прокричал про хвост кота и вытащил своего товарища за дверь.

— Что происходит? — задаюсь риторическим вопросом, смотрю на свои руки, волосы и понимаю, что ничего не узнаю.

Я это я? Или совершенно другой человек? Какой я была раньше?

Что-то под одеялом мне мешает сидеть, раскрываюсь и вот оно, флакон остатками с вонючей жидкости, вся комната пропахла этим неприятным запахом: «Снотворное».

— М, да! Кто-то вчера не мог уснуть.

Убираю следы «греха» на тумбу, и осторожно, чтобы не завалиться от головокружения, прошла к небольшому зеркальцу.

Взглянула и замерла…

Совершенно незнакомое лицо.

Но если я потеряла память, то вполне может быть, что просто не узнаю себя, очень надеюсь, что этот ужасный побочный эффект пройдёт.

Но хороша, очень хороша. Копна кудрявых пепельных волос. Нежное личико с выразительными чертами, курносый носик, большие тёмные глаза, брови дугой, а щёки как яблочки, и такая чистая, ровная кожа, ни единого изъяна, как куколка.

Снова замираю, сдуру снова показалось, а не кукла ли я? Ущипнула себя за руку — точно живая. У куклы голова бы не кружилась и злости такой не было бы.

А я очень злая, в такой ситуации любой бы вскипел.

Ещё раз осмотрелась и поняла, что на мне плотная белая сорочка на голое тело. Нехорошо, в этой ситуации нужно быть готовой ко всему.

Быстрее стаскиваю с себя ночнушку, успеваю заметить невероятно красивые формы, но восторгаться некогда, на кресле лежат вещи, без размышлений натягиваю панталоны, плотный лиф-бюстгальтер, кружевную сорочку, на неё подъюбник, на ноги чулки с тонкими подвязками, симпатичный корсаж, из которого сразу игриво выглянула моя грудь, и, наконец, плотную верхнюю юбку из такой же ткани, как и корсаж.

Волосы закрутила в красивую шишку и на плечи шаль,