Невеста поневоле. Свадьбы не будет! - Рина Фиори

Рина Фиори

Невеста поневоле. Свадьбы не будет!

Глава 1

— Тебе уже восемнадцать, поэтому я решил, что пора тебя выдать замуж! — голос отца громыхает на весь дом.

Меня передёргивает от страха. Я сжимаюсь в комок и отшатываюсь от родителя. Смотрю в его лицо и понять не могу: мне это не снится?

Сегодня у меня день рождения, но вместо хоть какого-нибудь мало-мальски приятного подарка отец преподнёс мне новость о скором замужестве.

— П-подожди, пап, — выставляю вперёд ладонь в защитном жесте, — я не понимаю…

— Что непонятного? — вскипает.

Из-за угла кухни выглядывает мачеха, ухмыляется.

Она старше меня всего на три года, но ведёт себя так, будто имеет полное право командовать в этом доме.

В доме, где когда-то жили мы втроём, с мамой…

— О каком замужестве речь? Я же поступать собиралась, пап? — дую губы.

Я окончила школу в прошлом году, но мне было семнадцать, и папа не захотел отпускать меня в другой город. Обещал, что в этом году я обязательно поступлю, а теперь что?

— Твой жених придёт в течение часа, поднимись наверх и приведи себя в порядок, — машет рукой в сторону лестницы, а после разворачивается и уходит, как ни в чём не бывало.

Машинально опускаю взгляд на своё платье. Я одета нарядно, потому что сегодня меня отец впервые отпустил одну с подругами. Мы отмечали в клубе мой день рождения, не перебарщивали, разумеется, и я обещала папе никакой выпивки.

Я сдержала обещание. А папа своё — нет.

— Я никуда не пойду! — бросаю в спину родителю дерзко и тут же вжимаю голову в плечи.

Мгновенно жалею о своих словах. Отец у меня достаточно строгий. Да и переодеться действительно не помешает, чтобы не дай Боже, жених не увидел меня «такой».

Сегодня я расстаралась как никогда — всё-таки восемнадцать лет один раз в жизни бывает. Надела красивое белое платье с обтягивающим корсетом и пышной юбкой. Скромно на первый взгляд, но если скинуть шубку, то открытые плечи сделают мой образ более смелым.

Чёрные волосы я завила и уложила на одну сторону, глаза накрасила и даже румяна нанесла на свои бледные щёки. Всё сделала, чтобы чувствовать себя увереннее на сегодняшнем празднике.

Мы здорово повеселились с девчонками, а ещё в клубе я кое-кого встретила, и все мысли мои теперь о нём.

И тут папа со своим заявлением.

Может, это такая неудачная шутка?

Папа обычно не шутит, но всё же…

— Родь, мне кажется, пора нашей Эвочке взрослеть. И идея с замужество просто замечательная, — мачеха подходит к отцу и обнимает его за плечи.

Её заискивающий голос напоминает шипение ядовитой змеи. Это она, точно она всё придумала!

Чтобы я не мешалась под ногами? Вероятнее всего.

— Да, ты права, милая, — папа гладит жену по руке и покидает гостиную.

Пошатнувшись, подхожу к краю лестницы и падаю на нижнюю ступеньку. Сажусь, притянув к себе колени, и пытаюсь переварить сказанное отцом.

Мне происходящее кажется каким-то фарсом. Это не может быть правдой, не может. Кажется, будто я сплю, и мне просто снится кошмар.

А ведь папа обещал мне подарить машину…

И я даже видела новенький «Мерс» утром возле гаража, порадовалась, что скоро смогу записаться на курсы по вождению. Наконец, моё затворничество закончится.

Раньше, когда я училась в школе, я больше общалась с внешним миром. Но после выпускного прошлым летом папа стал сам не свой. Он сказал, что не хочет, чтобы я ехала поступать, чтобы дождалась совершеннолетия. Сказал, что у него какие-то проблемы в бизнесе, которые он даже потом вроде бы смог решить.

Финансово мы, по крайней мере, не ощутили никаких проблем, был лишь короткий период безденежья, но потом всё наладилось в один момент…

Или не наладилось?

Может, папа ввязался во что-то нехорошее?

Дурное предчувствие сжимает желудок, интуиция вопит о том, что нужно скорее что-то предпринять. Нельзя сидеть, сложа руки, так я опомниться не успею, как окажусь замужем за каким-то неизвестным человеком.

С другой стороны, двадцать первый век на дворе. Да и у нас обычная русская семья, в нашей культуре не приняты браки по принуждению.

Успокаивая себя таким образом, я поднимаюсь наверх, в свою комнату.

Принимаю душ, переодеваюсь в пижаму. По ночам на втором этаже прохладно, поэтому я выбираю тёплый флисовый комплект с забавными жёлтыми утятами. Да, я уже взрослая, но это моя любимая пижама, которую мы покупали ещё вместе с мамой три года назад.

Когда она была жива.

И мне сегодня в этот день очень хочется, чтобы мамочка была рядом, поэтому я пользуюсь тем, что комплект мне до сих пор как раз и надеваю эту самую пижаму, беру фото мамы со стола и ложусь в кровать.

Вожу пальчиком по знакомым чертам. Мамы не стало, когда мне было пятнадцать. Ей и сорока не было, она такая молодая на фото.

На глаза наворачиваются слёзы, и я в привычной уже манере принимаюсь разговаривать с мамой.

— Мне не хватает тебя, — шепчу, смахивая слёзы. — Мамочка… Ты даже не представляешь, как мне сильно тебя не хватает. Сегодня утром я не могла выбрать тени, которые лучше подошли бы к моим глазам. У Наташки отвратительный вкус, я даже не спрашиваю её советов. А ты всегда была такой красивой, утончённой, и пахла домом, — прикасаюсь губами к фотографии. — Потом я пыталась подобрать туфли в платью, выбрала самые красивые на мой взгляд, но они такими неудобными оказались. А ты всегда умудрялась сочетать удобство и красоту, мам, — жалуюсь, глядя в синие, такие же, как у меня глаза. — Но это всё мелочи, мамуль, — грустно усмехаюсь, — я обязательно повзрослею и научусь сама делать правильный выбор. Мне не хватает тебя рядом просто потому, что с тобой было так спокойно и безопасно, как не будет больше никогда, — всхлипываю, прижимаю фоторамку к себе.

И почему так всё случилось? Почему мама ушла раньше времени?

Она не болела ничем, всё было хорошо, а потом вдруг в один момент её не стало. Папа берёг меня и не стал вдаваться в подробности, даже на похороны не хотел пускать, я еле уговорила его позволить мне попрощаться с мамой.

— А ещё, мамуль я сегодня кое-кого встретила, — шепчу, будто наш разговор может кто-то подслушать, — в клубе, — добавляю стеснительно. — Он такой… Его зовут Илья. У него светлые волосы, как я люблю,