Мой грешный пират - Рона Шерон

На это Тингоччьо ответил: «Погибло то, чего нельзя найти, а как бы я был здесь, если бы погиб?» – «Я не о том говорю, – сказал Меуччьо, – а спрашиваю тебя, обретаешься ли ты в числе осужденных душ в неугасаемом адском огне?»

Боккаччо, «Декамерон»

Вест-Индия

Сентябрь 1705 года

В дверь каюты громко постучали. Аланис открыла глаза и села, слегка опьяненная запахом соли и моря, проникавшим в иллюминаторы, и сладкими обрывками сна. Она бегала босиком по белому песку пляжа с островками пальм. Перед ней был лазурный океан и рокочущие волны с барашками белой пены. Она была свободной.

– Можно войти, миледи? Дело не терпит отлагательств! – раздался из-за двери тревожный голос Джона Хопкинса, первого помощника капитана на борту «Розового берилла».

Аланис вздохнула.

– Да, мистер Хопкинс, входите.

Дверь открылась. Лампа Хопкинса рассеяла темноту. Хопкинс выглядел озабоченным.

– Прошу прощения, что побеспокоил вас в столь неприличный час, миледи, но…

Глядя на Аланис, он осекся.

Сонно моргая, она натянула простыню до самого подбородка и откинула назад спутанные волосы, посеребренные лунным светом.

– В чем дело, Хопкинс?

– Пираты! Нас атаковали…

Вдали громыхнули пушки, корабль резко накренился. За дверью каюты началось светопреставление. Отброшенная на подушки, Аланис слышала крики офицеров, топот ног на палубе и ружейную стрельбу.

– Проклятие! – Хопкинс упал на колени рядом с ее кроватью. – С вами все в порядке, миледи?

– Да, все хорошо, – потрясенная, сказала Аланис. – А как вы?

– Со мной тоже все в порядке. – Хопкинс поднялся, поправляя мундир. – Мы должны снять вас с судна, миледи. Побыстрее оденьтесь, они будут здесь с минуты на минуту. Наш корабль не может тягаться с их семидесятипушечным фрегатом. Я обязан обеспечить вашу безопасность.

– Мою безопасность? Но куда мы денемся? – Она уставилась в пространство за открытыми иллюминаторами. Была глубокая ночь. Неподалеку маячила зловещая тень огромного судна, быстро направлявшегося в их сторону. Над жерлами его орудий вился дымок. Снующие по палубам силуэты заряжали пушки, готовясь к абордажу. Где, спрашивается, они укроются? Сбросив с себя простыню, Аланис натянула на ноги обрезанные сапоги. – Выбросьте белый флаг, лейтенант. Я не хочу, чтобы всех нас перебили из-за моих драгоценностей.

Хопкинс отвел взгляд.

– Прошу прощения, миледи, но негодяи охотятся не только за драгоценностями.

Взглянув на свою ночную сорочку, Аланис залилась румянцем.

– Мне… мне нужна Бетси.

Накинув на плечи пелерину, она собиралась выйти, когда Бетси, горничная, влетела в ее каюту.

– Беда, миледи! – выпалила она.

В этот момент второй залп потряс корабль. Они упали на пол. Лампа Хопкинса разбилась, и свет погас. Бетси закричала. Аланис вцепилась в стойку кровати и подтянулась. Хопкинс подал руку Бетси и вывел их из каюты.

Они бежали по узкому коридору, когда столкнулись со штурманом Мэтьюзом.

– Капитан Макги сдался. Вайпер пошел на абордаж. Поторопитесь! Мы не сможем их долго удерживать.

Аланис вздрогнула.

– Вайпер?[2]Итальянец по имени Эрос?

Кочуя по морям, Эрос один за другим захватывал корабли. О нем ходили легенды. Одно имя его вызывало ужас.

– Боюсь, что так, миледи, – подтвердил Мэтьюз. – У нас нет ни оружия, ни людей, чтобы противостоять ему. Негодяй обычно нападает на военные корабли. Мы не ожидали, что он атакует нас. Как и его светлость.

– Да поможет нам Бог… – пробормотала Аланис, вспомнив предостережения деда.

Герцог Делламор предчувствовал катастрофу. Он категорически возражал против ее вояжа на Ямайку на встречу с женихом, виконтом Силверлейком. «Война не самое подходящее время для молодой леди странствовать по свету, – сказал герцог. – Я нужен при дворе ее величества, и ты не можешь путешествовать одна. Если молодой Дентон желает сделать себе имя, охотясь на пиратов на службе у ее величества, пусть делает это без тебя!» К сожалению, Лукас Хантер, знаменитый Силверлейк, делал это без нее, в то время как она коротала дни дома. Она пыталась переубедить герцога, напомнив, что обручена с Лукасом с колыбели, но дед не желал об этом слышать. Аланис притворилась плачущей, и герцогу пришлось сдаться.

– Готовь лодку, Мэтьюз, – приказал Хопкинс и обратился к Аланис: – Не бойтесь. До Сан-Хуана – всего день плавания.

Не успела она опомниться, как ее и Бетси потащили к узкому трапу.

Палуба представляла собой ужасное зрелище. Одна из мачт горела. На палубу спрыгивали пираты. Звенели металлом клинки. Гремели выстрелы. Осторожно выбирая наиболее безопасный путь, Хопкинс подвел их к правому борту. За перилами над черными волнами висела утлая лодчонка.

– Всемилостивый Отец на небесах! – воскликнула Бетси при виде лодки.

– А остальные? Капитан Макги? – справилась Аланис, когда лейтенант Хопкинс помог ей подняться по ступенькам к лодке.

Ее взгляд скользнул по охваченной пламенем палубе. Остолбенев на мгновение, Аланис смотрела, как огонь пожирает паруса и оснастку. Двенадцать лет назад в пожаре погибли ее родители во время исследовательской экспедиции отца на Восток. Тогда ей было двенадцать, и ее оставили в Делламор-Холле с младшим братом Томом. Теперь ее мечта о свободе и солнце превратилась в кошмар.

– Спускайтесь, миледи! – велел Хопкинс. – Поторопитесь!

Он придерживал ее за руки и ободряюще кивал. В этот момент на него бросились пятеро пиратов.

Аланис вскрикнула. Один из них схватил Бетси, второй – Аланис. Отчаянно сопротивляясь, она скосила глаза на Хопкинса, отважно дравшегося с остальными, но их с Бетси потащили в сторону, туда, где торжествующие головорезы, завладевшие штурвалом, окружили команду «Розового берилла».

Аланис натянула капюшон по самые глаза.

– Ты тоже прикройся, Бетси, – сказала она горничной. В этот момент появился Вайпер.

Аланис плотнее завернулась в бархатную накидку и услышала, как пираты приветствуют своего главаря на итальянском. Выйдя вперед, Вайпер внимательно оглядел пленников. Его шаги эхом отзывались в каждом сердце. Он остановился. Аланис со свистом втянула в себя воздух, чувствуя, что он стоит перед ней.