Дикая карта - Элси Сильвер

Элси Сильвер

Дикая карта

Глава 1

БАШ

ГОД НАЗАД…

Я застрял в аэропорту, и все меня раздражают.

— Мы снова задерживаемся, но на улице так красиво, что я даже не против, — напевает голос из ряда синих кожаных кресел позади меня. Приятный голос. Глубокий и спокойный, и, судя по тому, как она болтает по телефону, она совсем не расстроена из-за того, что застряла в снежной буре. — Мне кажется, я живу в снежном шаре или что-то в этом роде.

Я усмехаюсь и сжимаю кулаки под скрещенными руками. Мы ждём посадки уже три часа, а эта женщина даже не возражает.

И я ей верю. Я даже не смотрю в её сторону, но по её тону, по благоговению, сквозившему в каждом слове, я понимаю, что она никогда не видела снега и назвала бы этот кошмар «уютным».

— Да, честно говоря... здесь уютно.

Да. Вот оно. Кем бы она ни была, ей здесь нравится.

Должно быть, чертовски приятно, потому что я готов вылезти из собственной кожи. Люди чихают, не прикрывая лицо, плачут дети, пахнет несвежими бейглами. Я наматываю круги, как тигр в клетке, но даже это уже не помогает.

Ванкувер — единственное место в Канаде, которое не знает, как справиться со снежной бурей. И всё не так уж плохо.

Сквозь тихий гул в зоне ожидания у выхода 82 слышится треск динамиков.

— Внимание всем пассажирам, ожидающим посадки на рейс 2375 авиакомпании Air Acadia, следующий в Калгари. С сожалением сообщаем, что ваш рейс отменен и перенесен на завтрашнее утро. В ближайшее время вы получите электронное письмо с обновленной информацией о рейсе. Если вам нужна дополнительная помощь, обратитесь к агенту по бронированию. Мы ценим ваше терпение и понимание и с нетерпением ждем возможности обслужить вас завтра.

По помещению прокатывается коллективный стон. Далее следует череда объявлений, в которых сообщается одно и то же: сегодня вечером отсюда никто не выйдет.

Я откидываю голову на металлическую спинку стула и устало вздыхаю. Неделя выдалась дерьмовой, и это как раз тот хлеб, из-за которого весь сэндвич становится несъедобным.

Я бы опустошил весь свой банковский счёт, лишь бы сегодня спать в собственной постели. Чтобы побыть в одиночестве, в чёртовом покое и тишине. Чтобы расслабиться.

Вместо этого я напряжён до предела. Каждая мышца напряжена, а челюсть болит от того, что я её сжимаю. Даже лёгкие сдавлены.

Это было последнее, что мне было нужно после того, как весь мой мир перевернулся с ног на голову.

— Да, отменили. — Этот слишком радостный голос доносится до меня. — Всё в порядке. Что есть, то есть. Я собираюсь извлечь из этого максимум пользы! Когда жизнь преподносит тебе лимоны…

Он впрыскивает кислоту прямо тебе в глаза, чёрт возьми.

Я поднимаюсь на ноги.

Я оглядываюсь через плечо и вижу копну волнистых платиновых волос, закрывающих лицо женщины, которая роется в огромной сумке, прижав телефон к уху.

Я хмурюсь, а она смеётся над тем, что сказал человек на другом конце провода. Я качаю головой, отворачиваюсь и закидываю сумку на плечо, решив, что она слишком счастлива. Это ненормально.

По какой-то причине её жизнерадостность ещё больше портит мне настроение. Поэтому я тяжёлыми шагами, эхом разносящимися по полированному бетонному полу, направляюсь к стойке администратора, чтобы узнать, как мне выбраться отсюда к чёртовой матери.

Ожидание в очереди не помогает мне избавиться от раздражения. Как оказалось, я не единственный, кто в плохом настроении. Рассерженный мужчина средних лет, стоящий передо мной, из просто раздражённого превратился в настоящего скандалиста. Он тычет указательным пальцем в измученную сотрудницу службы поддержки, требуя, чтобы она всё исправила — как будто она лично вызвала снежную бурю.

Он злится из-за своих сумок. Он злится из-за отсутствия свободных мест. Он злится из-за нового времени вылета.

Я тоже злюсь, но не собираюсь из-за этого драться. И чем дольше я смотрю, тем больше злюсь из-за того, какой он мудак.

Щеки девушки краснеют, а нижняя губа дрожит. Когда её глаза наполняются слезами, а она отшатывается от его тирады, я не выдерживаю.

— Чувак, — обращаюсь я к столу своим низким голосом. — Всякое бывает. Не нужно так с ней разговаривать.

Все головы поворачиваются в мою сторону, в том числе и голова краснолицего мужчины.

— Что вы сказали? — Его челюсти сжимаются от ярости, губы под густыми усами кривятся, а взгляд устремляется на меня. У меня возникает ощущение, что он не привык, чтобы ему указывали.

Я пожимаю плечами. Небрежный вид — это верх неуважения к тому, кто так пренебрежительно относится к своей власти.

— Прогуляйся, — говорю я низким голосом. — Что есть, то есть.

— Что есть, то есть? — Его глаза округляются, а румяное лицо становится ещё краснее.

Не могу поверить, что только что применил к этому парню ту же тактику, что и та женщина, но мне нравится с ним спорить, так что я позаимствую ещё одно высказывание у мисс Хэппи.

— Да, это как в том анекдоте: когда жизнь преподносит тебе лимоны, не будь мудаком по отношению к обслуживающему персоналу. Или что-то в этом роде.

Мужчина смотрит на меня, и я смотрю на него в ответ. Его взгляд скользит по моей любимой клетчатой фланелевой рубашке, затем опускается на мои чёрные джинсы и кожаные ботинки. Я крупнее его, и хотя прошло уже несколько лет с тех пор, как я в последний раз дрался, я не выше этого. Может, мне и за сорок, но я в отличной форме, и, возможно, мне будет приятно сбросить это напряжение.

Его глаза-бусинки скользят по притихшей толпе, словно оценивая, насколько ему должно быть неловко (ответ: очень неловко). Должно быть, он понимает, что меня не так-то просто вывести из себя, потому что он поворачивается к женщине за стойкой, которая выглядит вполне шокированной, и хватает свой бумажный билет со стойки, после чего убегает так быстро, как только позволяют его маленькие яростные ножки.

При виде того, как он, пыхтя, ковыляет прочь, мои губы дёргаются в улыбке.

А я-то думал, что сегодня ничто не заставит меня улыбнуться.

Хотя её застенчивое «спасибо» немного трогает меня за душу, мой вежливый разговор с агентом за стойкой ничего не меняет: в ближайших отелях нет свободных мест из-за отмены других рейсов, а наш рейс перенесли на 6 утра.

Сейчас 11:08, а это значит, что