Московский беSтиарий. Болтовня брюнетки - Маша Царева

Кто из нас не топил, бывало, меланхолию в мутноватом бокале ледяного «Мохитос»? Кто не возвращался домой на рассвете, качаясь на шатких каблуках и мурлыча под нос: «Мой мармела-адный, я не права…»? Кто не склонял бледно-зеленую физиономию над фаянсовым омутом унитаза, мечтая излить в оный хмельную пену смутно припоминаемого вечера?

Тот июнь запомнился мне… прежде всего полным отсутствием четких воспоминаний. Мелькающие фотовспышки длинных ночей, повышающийся градус, двоящаяся в глазах реальность, люди со стертыми лицами и серое похмелье по утрам.

А началось все с того, что я неожиданно потеряла работу. Осталась ни с чем – как раз в то беззаботное время года, когда подруги, предвкушая законный отпуск, весело паковали в курортные чемоданы масло для интенсивного загара. В самый разгар сезона весенних распродаж и скидок на авиабилеты.

Будущее маячило передо мною огромным знаком вопроса. Я не умею откладывать деньги, у меня нет даже заветного конвертика на черный день. Экономлю на продуктах, чтобы купить вожделенные туфли, кто-то скажет «настоящая женщина», кто-то «настоящая дура». Так или иначе, в начале того июня моим финансовым запасом было несколько измятых пятисотрублевок плюс мелочь в кошельке.

И все.

Как назло все те, у кого можно было перехватить в долг, разъехались.

Неинтеллигентное гусарское решение проблемы пожарной сиреной сигнализировало в голове.

Напиться.

Нет, я не из породы экстремальных девушек, которые не пьянеют от бутылки виски, непринужденно матерятся и, залихватски цыкнув зубом, приглашают понравившегося мужчину к эротическому сближению. Просто то знойное лето само располагало к тому, чтобы отложить неприятности на потом. Расслабиться, забыть о проблемах – ну хотя бы на один-единственный вечер.

В баре «Real McCoy» на Баррикадной я встретила старого приятеля Мишаню. Когда-то мы трудились в одной редакции, он – фотографом, я – корреспондентом. Потом Мишаня неожиданно уволился и, поговаривали, спился. Не видела его лет пять, и вдруг улыбающаяся физиономия призраком прошлого материализовалась передо мною. Похудевший, загорелый, немного состарившийся и застенчиво пытающийся это скрыть – в ровном каштановом цвете его поредевших волос почудился химический отлив. Мне всегда было жаль мужчин, которые красят волосы. Но Мишаня – случай особенный. В его улыбке было столько оптимизма, что хватило бы на всех посетителей клуба.

– Ба, кого я вижу! Старушка Кашеварова!

– Мишаня! – недоверчиво выдохнула я. – Надо бы соврать, что ты совсем не изменился… Но, честно говоря, выглядишь так себе.

– Думаешь, ты стала королевой красоты? – подхватил он мой тон.

– Мне простительно, меня уволили, – я развела руками.

– Да ты что? На мели, значит?

– Вроде того.

– Тогда сегодня угощаю я. Не переживай, старушка, сейчас дернем по «Маргарите», потом переедем в «Help». Там отличные коктейли.

– Ты что, разбогател? – недоверчиво прищурилась я. В те времена, когда Мишаня был в поле моего зрения, он использовал любой предлог для отлынивания от работы и прочим гурманским удовольствиям предпочитал палаточное пиво с самодельными сухариками.

– А вот и нет. Просто у меня правильные друзья. Идем, познакомлю тебя с БББ.

– С кем?

– БББ! – торжественно повторил он. – Безумными Богатыми Бездельниками. Угощают они. А потом продолжим наш барсерфинг.