Ты так прекрасна! - Эми Фетцер

Хлеб у Виктории Мэйсон был нелегким. Освобожденные до суда под залог частенько исчезали в неизвестном направлении — их-то она и искала.

Тот, за которым она сейчас шла по следу, был, пожалуй, самым опасным из всех, кого ей когда-либо доводилось выслеживать. Настоящий маньяк, одержимый одной лишь страстью — убивать. При этом, однако, он обладал какой-то поразительной способностью принимать облик вполне нормального, благообразного джентльмена, к тому же не лишенного чисто человеческих слабостей — такой, к примеру, как пристрастие к дорогим костюмам от Армани.

— Алло, самурай, он у тебя на мушке? — прошептала Виктория в миниатюрный микрофон.

— Да, — раздался в наушнике мужской голос. В нем явно звучала досада. — Только очень уж тут темно.

— Но в сумерки всегда темно, не так ли, малыш?

— Шутница, — буркнул наушник. — Среди великих комиков мира ты, пожалуй, завоюешь главный приз.

Ее губы дрогнули в усмешке.

Подняв глаза к небу, Виктория увидела, что в безбрежной вышине уже загорелись лучистыми точками первые звезды.

— Подозреваю, Айви Лиг знает, что мы у него на хвосте, Коул.

— С чего ты взяла?

— А он не оглядывался?

— Нет, — с раздражением отозвался напарник. Надо поставить парня на место, решила Виктория.

— А разве он не закуривал? Его золотой портсигар — отличное зеркало.

— А .. Прямо сейчас и закурил.

— Не теряй бдительность! — резко выкрикнула Виктория в микрофон.

— Я уже большой, — недовольно пробасил Коул. Но уже через пару секунд вкрадчиво спросил: — Слушай, а как ты догадалась?

— Не знаю. Так уж на ум пришло.

— Временами у меня от тебя мороз по коже, девка.

— А меня от тебя жар разбирает.

Наушник смущенно хмыкнул, и Виктория пожалела о своих словах. Она хотела ответить комплиментом на комплимент, а на самом деле оскорбила Как-то они с Коулом — высоким красивым брюнетом — решили заняться любовью, однако из этого ничего не вышло. С тех пор они стали просто друзьями. Жаль, если он сейчас вспомнит именно о той ночи и обидится на нее.

— После этого дела мы наконец отправимся в отпуск? — прервала затянувшееся молчание Виктория.

— Все зависит…

— От чего?

— Покажешь ли ты мне свои ножки?

— Зачем, ты ведь уже все видел?

— А мне понравилось, — прохрипело в наушнике. Виктория не удержалась от улыбки.

— Он снова закуривает Наклоняется, отпирает чемодан .. О Боже!

— Что там? — встревожилась Виктория Оглядевшись по сторонам, она быстро скользнула вперед, в душе посетовав, что не захватила с собой прибор ночного видения

— У него в чемодане ребенок! Черт побери, совсем еще малютка.

— Белобрысый?

— Да Связан и с кляпом во рту. — Коул чертыхнулся — Это дочь сержанта Аллена!

— Не приближайся, Коул. — Виктория сделала короткую перебежку. — Если он связан, значит, жив.

«Пожалуйста, не умирай», — мысленно попросила она, чувствуя, как гулко забилось сердце Аллен был тем самым полицейским, что «вычислил» этого маньяка. Он первым связал воедино три зверских убийства в трех провинциальных городках. Позднее тот же почерк выявили в гибели еще восьми человек. Двенадцатая жертва стала последней — серийного убийцу удалось задержать, но без явных улик. В итоге адвокат добился, чтобы подозреваемого освободили под залог. Виктория, правда, не поверила ни одному из доводов адвоката. Шестое чувство подсказывало, что за Лигом надо следить — тогда, возможно, его застукают прямо на месте очередного преступления. Это-то шестое чувство и привело ее сюда, к государственной границе, на это Богом забытое место. Похоже, интуиция ее не обманула.

Теперь надо действовать быстро и решительно: малейшее промедление обернется еще одной смертью.

Будь она рядом с маньяком, без промедления выпустила бы в него всю обойму! Но увы .. Пока приходилось просто нестись по заброшенному хозяйственному двору, над которым черной тенью высилась огромная гора.

— Коул?

К ее удивлению, ответа не последовало.

— Коул!

— Я здесь.

— Черт! Больше не пугай меня так!

— Не знал, что ты ко мне неравнодушна, крошка.

— Где ты, тупая рожа?

Каким-то непостижимым образом она почувствовала, что он улыбнулся.

— Изучаю обстановку. Сейчас подберусь поближе.

— Нет. — Напарник не ответил, и она крикнула: — Будь осторожней, парень!

— Не бойся, я его не вспугну.

— Да, может, уже давно вспугнул!

— За нашей спиной — полиция всего штата.

— То, что мы можем вызвать по радио подмогу, еще ничего не значит. Этот малый хитер и ловок, ты вполне можешь оказаться его следующей жертвой.

В ответ из наушника донесся странный звук.

— Уже.

— Коул?..

Снова в наушнике послышалось что-то непонятное — словно бы раздался глухой звук падающего тела

— Коул!

Виктория вырвала из кармана портативную рацию, нажав кнопку, вызвала полицию и, несмотря на кромешную тьму, стремительно рванулась вперед.

— Ответь, черт бы тебя побрал' — прошипела она в микрофон, догадываясь, что это уже бесполезно. В наушнике слышался лишь жуткий хрип — Коул, видимо, пытался вдохнуть, но захлебывался в крови. Судя по всему, преступник проткнул ему грудь. «Еще немного, самурай, подожди… Я иду к тебе!» Виктория на миг попыталась представить искаженное болью лицо напарника: на губах его выступила кровавая пена. На тех самых губах, которые она целовала! От этой картины сердце ее пронзило острой болью.

И тут в ночной мгле раздался выстрел — негромкий, глуховатый. Коул! Он всегда использовал глушитель, якобы чтоб не пугать прохожих.

«Я уже близко, парень. Держись!»

— Я ранил… его, — раздался слабый голос в наушнике.

— Вот увидишь — тебя наградят медалью. Чувствительный микрофон донес до нее чьи-то удаляющиеся шаги.

Виктория осторожно скользнула в длинное ветхое строение и, прижавшись спиной к стене, огляделась. Повсюду лишь обломки старой мебели и мусор. Она медленно двинулась вперед и увидела в серебристом свете луны распростершееся на земле тело.