Соната любви - Сьюзен Барри

Какая трогательная сцена: мирный деревенский пейзаж, двое всадников подъезжают к старинным железным воротам, опорой которым служат исполинские каменные столбы, и попадают под арку из склонившихся деревьев. Липовая аллея тянется от самых ворот и по праву считается самой красивой в графстве. Липы сплелись кронами, и в дневные часы солнечные лучи, пробившиеся сквозь густую листву, походят на свисающие с веток золотые нити.

Девушка взглянула на небо. День угасал. Через пару часов станет совсем темно, а надо еще упаковать вещи. Дел невпроворот, а времени, как она поняла, осталось мало.

— Мне пора, — вздохнула девушка. — У меня масса дел, а я не знаю, с чего начать. Невероятно, каким количеством вещей я обзавелась за два года.

— Если потребуется помощь при переезде в коттедж, дай мне знать. — Ее спутник отворил створку ворот и стоял, поглядывая снизу вверх на девушку. Он гладил лоснящиеся, бархатистые бока лошади, уверенными движениями знатока растирая уставшие мышцы животного. Молодой человек явно рассчитывал задержать на какое-то время наездницу. — К концу недели я буду порядком занят, но завтра смогу тебе помочь. В конце концов, тебе же понадобится крепкая спина, чтобы перетащить тот чайный столик. И я, как никто другой, умею толкать пианино. Я так понял, ты забираешь пианино с собой?.. То, что подарил тебе сэр Джеймс…

— Да, конечно. Но мебелью займется Диксон. Если потребуется помощь, он позовет садовника. Сэр Люк появится не раньше субботы, так что он ни о чем и не узнает. А даже если бы и узнал, не думаю, что стал бы возражать.

— Да, не стал бы. — Молодой человек с надеждой взглянул на собеседницу. — Тем не менее, я бы хотел тебе помочь.

— Конечно… когда въеду в коттедж. Ты мог бы развесить картины. Я уверена, Мартин, у тебя точный глаз. — Она нежно провела по его щеке кончиком охотничьего хлыста.

Мартин ухватился за хлыст и потянул на себя.

— Почему бы нам не поужинать сегодня вдвоем? — В его голосе звучала мольба. — Я бы заскочил домой переодеться и…

— Нет, Мартин.

Ее голос был мягок и спокоен, но в нем появился холодок. Так бывает, когда в теплый летний день вторгается прохладный ветерок с озера, скрытого липовыми аллеями. В ее взгляде сквозило предупреждение… ах, этот решительный взгляд самых прекрасных на свете женских глаз! Глаза девушки темнели, как темнел мир вокруг вслед за уходящим солнцем. Но юноша знал — в свете дня ее глаза отливают небесной синевой… а у горящего камина они подобны двум сверкающим звездочкам, такие добрые, искренние…

Молодой человек чувствовал нарастающее нетерпение спутницы, ее желание поскорее переехать. Это его огорчало.

— Тогда, может быть, завтра?

— Я же сказала, у меня не будет минуты свободной до переезда.

— Но если дело лишь в том, чтобы упаковать вещи, я могу приехать помочь…

Девушка решительно покачала головой. На ее щечках алел прекрасный румянец после долгой скачки.

— Нет, Мартин. Ты невероятно любезен, но я обещала миссис Эдгерли помочь ей и девушкам подготовить поместье к приезду сэра Люка. Мы не знаем, сколько гостей с ним прибудет. Надеемся, что приедет его мать…

— Он что, не поставил вас в известность?

Она вновь покачала головой:

— Нет. Кажется, сэр Люк не видит причины, почему надо предупреждать нас заранее.

— Уверен, миссис Эдгерли не согласится с ним. Должно быть, у нее сейчас полно хлопот.

— Да. Она нервничает. Из-за того, что не встречалась с ним раньше. После того как он вырос, я хотела сказать.

— Кажется, никто из здешних не знаком с сэром Люком. — Мартин нахмурился. — Но кое-кто из моих знакомых слышал о нем. К слову сказать, много чего о нем интересного.

— Правда?

Неожиданное, заметное нетерпение в ее голосе заставило юношу ухмыльнуться. Он с любопытством глянул на нее. Девушка сидела в седле в непринужденной позе опытной наездницы. Мартин мог часами любоваться ею. Но нынешний разговор вызывал в нем смутную тревогу.

— Мелани, ты гадаешь, каким сэр Люк окажется на самом деле? Много ли времени ты размышляешь об этом с тех пор, как мы узнали, что он приезжает?

— Нет. С чего это вдруг? — рассерженно буркнула девушка.

Мартин пожал плечами:

— Холостяк, необычайно богатый человек… баронет! Мне вдруг пришло в голову, что ты можешь заинтересоваться им.

— Он мне интересен еще меньше, чем миссис Эдгерли и горничным из поместья. — Но легкая тревога в ее голосе не ускользнула от слуха собеседника. — Ты же знаешь, как я любила старого сэра Джеймса. Мне неприятна сама мысль, что кто-то прибудет сюда и… Ну, словом, начнет здесь хозяйничать, — горестно добавила Мелани. — Это так неправильно… совершенно неправильно!

— Но сэр Люк — законный наследник. Я хочу сказать, у него есть полное право распоряжаться поместьем.

— Да. Он племянник сэра Джеймса. Бедный старый сэр Джеймс, у него никогда не было детей. Я знаю, как он переживал, что не завел сына-наследника. Люк ведь ему совершенно чужой. И останется чужим для всех обитателей дома. Вот почему все сейчас на нервах!

— Включая тебя?

— Нет. Наши пути не пересекутся. Ко времени его приезда я буду вести хозяйство в собственном коттедже!

— Надейся!

Широко улыбнувшись, Мартин выпустил узды и отошел от лошади.

— Не переусердствуй с работой, красавица. И если я тебе понадоблюсь… только позвони, и я приду!

— Спасибо, Мартин.

Девушка была ему очень благодарна… искренне благодарна. Ведь юноша говорил правду. Он, в самом деле, готов был примчаться к ней по первому зову. И он очень нравился Мелани.

Молодой человек стоял под липой и смотрел, как удаляется девушка. Но она ни разу не обернулась, не помахала на прощание. Мартин разочарованно отвернулся, вскочил в седло и направил лошадь на дорогу к деревне. На западе резали небосклон красные языки заходящего солнца, бросая алые блики на фигуру стройного, привлекательного молодого мужчины. Наездник желал иметь больше убедительности в споре с девушками, давно все про себя решившими.

Мелани свернула с дороги прежде, чем оказалась на освещенной территории поместья. Кобыла привычно затрусила в сторону конюшни, где было безлюдно в вечерние часы. К огромному удивлению девушки, двор конюшни оказался заставленным автомобилями. Наездница так резко остановила лошадь, что едва не вылетела из седла.

Двор занимал немалую площадь и использовался для выездки лошадей. Рядом с каретным домом располагались конюшни со стойлами для лошадей и амбаром. На втором этаже находились жилые комнаты для конюхов. Каретный дом использовался теперь как гараж, а недавно появились еще два новеньких гаража. Заметив, что двери всех гаражей закрыты, Мелани решила, что нежданная делегация не останется в поместье на ночь. Возможно, это группа туристов, решившая ознакомиться с исторической достопримечательностью, каковой, несомненно, является Вроксфордское аббатство.