Нежданный гость - Эйми Карсон

Десять лет назад

Кампус Хиллбрукского университета, штат Нью-Йорк

– Надо же, сегодня последняя ночь, которую мы проводим вместе в этом доме, поверить не могу. – Рииз Майклз беспокойно поднялась со стула.

Она с тремя соседками вглядывалась в окружавшие Хиллбрук-колледж поля и холмы, переливающиеся всеми оттенками зелени в лучах предвечернего солнца. Лужайка пестрела желтыми, розовыми и пурпурными гиацинтами. В воздухе витали свежие ароматы весны. Во всем сквозила новизна. Перемены. Совсем как в ее жизни. Она не смогла удержаться и поделилась с подругами новостью. Этим утром они с Мейсоном тайком получили разрешение на брак.

– С нетерпением ждем дальнейших приключений, – с характерным южным акцентом растягивая слова, пропела светловолосая Марни. – Только мы не простили бы, если бы ты не приехала сегодня на девичник.

– Хотя ясно, ты растворилась в роскошном морпехе, – понимающе улыбнулась Джина.

Внутри Рииз зашевелилось знакомое чувство – жар и радостное, волнующее предвкушение, от которого сердце едва не выпрыгивало из груди, возникавшее всякий раз, когда она вспоминала Мейсона. Впрочем, каждые две секунды наполняя ее счастьем, надеждами и желанием снова обнять его. Уголки губ тронула улыбка.

– Вы только посмотрите на нее, – не унималась Джина. – Она же просто сияет.

Рииз решилась было выболтать секрет, но Марни заговорила первой:

– А я считаю, вы слишком быстро возбуждаетесь и слишком легко прыгаете в постель.

Рииз почувствовала себя так, словно кто-то плюнул ей в душу, и поджала губы.

Джина безразлично посмотрела на Марни:

– Большинство женщин не стремятся сохранить себя до свадьбы.

Марни заправила волосы за ухо.

– Что плохого в том, чтобы поберечь себя до свадьбы?

– Я не говорю, что это плохо, но на свете многое не укладывается в понятие хорошо.

Рииз, вздыхая, слушала их бесконечный спор, длившийся уже год. Нежная светловолосая южанка Марти и циничная сексуальная брюнетка Джина. Недоставало лишь практичной Касси из Австралии, та изучала астрономию и слыла заумной, поглощенной в разгадывание секретов космоса, потому парни не занимали ее время.

«Ну же, Рииз, скажи им, что вы поженитесь уже через несколько дней».

Пожалуй, не стоит торопиться. Рииз собралась с силами и, надеясь на лучшее, решила попытать счастья.

– Мейсон не такой, как другие. Он единственный.

– Ох, ради бога, меня сейчас вырвет. – Джина сделала свои фирменные круглые глаза. – Ты безнадежный романтик, Рииз. Неужели веришь всем этим бабским сериалам?

Рииз постаралась не выдать разочарования, надеялась, что из них троих хотя бы Джина ее поддержит.

– Только не говори, что влюбилась в него с первого взгляда. Честно, тебе просто невтерпеж. И любовь здесь ни при чем.

Рииз повертела пустой бокал и тихо произнесла:

– Но я правда влюбилась.

Никогда не терявшая здравого смысла Касси пристально уставилась на нее. Она заговорила с сильным австралийским акцентом:

– Но разве вы могли узнать друг друга всего за одну неделю?

Рииз недовольно насупилась. Когда восемь дней назад она присела рядом с Мейсоном у барной стойки в бруклинской забегаловке, сразу поняла, что пропала. И дело не столько в его мускулистых руках, красивом лице и очаровательных вихрах каштановых волос. Она во всем винила его чудесные светло-карие глаза, их взгляд светился дерзкой заносчивостью и излучал уверенность в себе. Ему стоило лишь раз посмотреть на нее – и… Сердце подсказало: обратной дороги нет. И не важно, кто он, чем зарабатывает на жизнь, а ее родители возненавидят его за… В общем, за все. Например, он посмел родиться в захудалом районе Нью-Джерси, посмел быть рядовым морпехом. И посмел украсть сердце их единственной дочери, которую они с рождения прочили в жены не иначе как принцу, как в дурацких детских фильмах про принцесс.

– В мире биллион человек, – Касси толкала ученую речь, – по статистике, встретить единственного невозможно.

– Вынуждена согласиться с нашим ботаником, – сказала Джина, слегка наклонив голову в сторону Касси. – Ты встретила одного из многих, Рииз. Твой Мейсон горячая штучка, ты просто пала жертвой либидо. – Джина улыбнулась, не обращая внимания на расстроенный вид Рииз. – Трахайся на здоровье, получай удовольствие, пока можешь.

Чувствуя, что ей нужно время собраться с силами, прежде чем сообщить им новость, Рииз встала и взяла в руку пустую бутылку от шампанского:

– У тебя один секс на уме, Джина, – и направилась на кухню.

– Точно! – крикнула Джина ей вслед. – Возвращайся, мы жаждем подробностей.

Когда дверь захлопнулась, Рииз густо покраснела – подробности-то весьма красочные. Она действительно наслаждалась каждой минутой, проведенной с Мейсоном в постели, но их отношения не ограничивались чисто физической связью. С ним она изменилась к лучшему. Перестала бояться преподавателя истории девятнадцатого века, легче выносила телефонные разговоры с властной матерью. Будущее виделось ей в радужных тонах и больше не пугало.

Рииз взяла бутылку шампанского из холодильника, поставила пакет попкорна в микроволновку. Прикусила нижнюю губу, вспоминая насмешливую реакцию подруг на ее заявление о том, что Мейсон единственный, и их настойчивые утверждения о том, что ее ослепил секс. Да, конечно. Она действительно с трудом вылезла сегодня утром из постели Мейсона, особенно когда он подкрался к ней сзади и его сильные руки скользнули по ее бедрам, прижав ее к себе. Словом, Рииз окончательно погибла. Напрочь позабыв о выпускном экзамене по истории, она выгнула спину и с готовностью отдалась на волю Мейсона. Горячая настойчивость, с которой он взял ее, заставила обоих почувствовать себя так, будто они родились заново. И так всякий раз. Столько жизни, любви! Если бы она могла поделиться этой энергией с ООН, на земле наверняка воцарился бы мир во всем мире. Поэтому, когда Мейсон предложил ей выйти за него замуж, Рииз сказала «да».

Выйти замуж за Мейсона легко. Трудно сообщить об этом родителям и подругам.

Запах подгоревшего попкорна вернул ее к действительности. Рииз вытащила пакет, высыпала содержимое в миску, взяла шампанское и направилась к задней двери. Выйдя на крыльцо, оглядывая красивый двор и легкоатлетов из мужской команды, разминавшихся на лужайке, услышала голос Марни:

– Это будет роскошная свадьба. У Рииз замерло сердце.

– Чья свадьба?

Британский акцент Джины прозвучал с особенным сарказмом:

– Старшего брата Марни и его маленькой южной милашки. – Она выхватила шампанское из рук Рииз. – Что ты там делала столько времени? Надо же быть такими дураками, чтобы жениться. В нашем-то возрасте.