Игра влюбленных - Джудит Мэлори

— И ты так спокойно предлагаешь мне сделать ЭТО? — Голос Люси дрожал от возмущения, и она недоверчиво посмотрела на стоящего рядом с ней молодого человека.

— Такое сейчас происходит сплошь и рядом, — пожал плечами Стивен.

— Но не со мной! Как ты мог предположить… даже подумать, что я смогу переспать с незнакомым мужчиной?

— Я не понимаю причины твоего гнева.

Ах, он не понимает!.. Люси от негодования сжала кулачки. Сейчас она все объяснит!

— А ты считаешь, что я должна принять твое… твое гнусное предложение с улыбкой? По-твоему так, Стивен?

— Я знаю, Люси, ты отличаешься от многих девушек, у тебя… э… немного старомодные взгляды на жизнь, но я предлагаю неплохое дело, — сказал он и поправил галстук. — Сама подумай. Если…

— Не желаю ничего слышать! — закричала Люси. — Достаточно!

Девушка подошла к столу и налила себе стакан воды.

— Значит, ты не согласна?

— Конечно, я не согласна! Я не проститутка, которая спит с мужчинами из-за денег!

— Но это не просто деньги! Это Очень Большие Деньги!

— Мне наплевать! Не желаю продаваться!

— Господи, Люси, как мне тебе объяснить, чтобы ты наконец поняла?!

— Ничего не надо объяснять, Стив. Я устала и хочу спать. — Девушка провела рукой по волосам и откинула непослушные пряди назад.

— Я не прошу от тебя ничего невозможного! Давай-ка присядь, и мы все спокойно обсудим.

Стивен подошел к ней, ласково обнял за плечи и повел к мягкому кожаному дивану.

Сейчас ее самым заветным желанием было принять ванну с травами, почувствовать, как каждая клеточка ее тела расслабляется. Она уже видела, как накидывает на тело легкую шелковую сорочку и ложится на широкую кровать.

Но девушка знала, что сначала придется выдержать неприятный разговор со Стивеном.

Стивен налил себе хереса и сел рядом. Его красивое лицо было сосредоточенно. Молодой человек лихорадочно прикидывал в голове, как уговорить Люси соблазнить Денвера Стоуна. Тогда все его проблемы будут решены. Ему нужны деньги. И причем срочно.

— Я так не считаю — продолжал Стивен. — Скинь туфли, у тебя устали ноги. Я вообще не представляю, как женщины умудряются ходить на высоких каблуках.

— Это была твоя идея, смею заметить. Я не люблю такие туфли, предпочитаю более удобную обувь, — проговорила Люси и принялась расстегивать изящные застежки на позолоченных плетеных босоножках.

Когда она скинула их и выпрямилась, то заметила, что Стив выжидающе смотрит на нее.

— Не надо, Стивен, не смотри на меня так. Бесполезно, — твердо сказал Люси. Ей не хотелось спорить, но и уступать она не собиралась. — Я сказала свое последнее слово.

— Ты его можешь изменить.

— Сомневаюсь. Меня ничто, никакие обстоятельства не заставят переспать с человеком лишь потому, что он богат, а мы попали в затруднительное положение.

Стивен наигранно рассмеялся, но она заметила, как костяшки его пальцев побелели от напряжения.

— Затруднительное положение? Ты не донимаешь всей сложившейся ситуации. В затруднительном положении мы были год назад, сейчас наше положение можно охарактеризовать лишь одним словом — катастрофа! Мы обанкротились. У нас совсем нет денег. Мы по уши в долгах.

Стивен не упомянул про деньги, которые проигрывал в казино. Люси об этом знать не обязательно.

— Тогда зачем мы столько тратим на всякие пустяки? Мы могли бы вполне обойтись без новых вещей и поездок за границу. Я не понимаю твоей расточительности.

— Естественно! Тебе ни разу в жизни не пришлось целый день провести в офисе, ломая голову над тем, как привлечь новых клиентов и удержать старых!

— Да, согласна, меня не интересует бизнес, — сказала Люси. Ее неприятно удивила злость в голосе Стивена.

— Ты вполне довольна работой художника! — выпалил он. — Но ты забываешь об одном: «Магнолия» также и твоя компания.

Люси равнодушно пожала плечами и подобрала под себя ноги. Ей стало уютнее, несмотря на искаженное лицо Стивена и его напряженный взгляд.

— Мне принадлежит лишь десять процентов акций, и я готова в любой момент их продать.

— Но ты этого не сделаешь! — прорычал в ответ Стивен и тотчас приказал себе успокоится. На Люси нельзя давить. — Продажа твоих акций просто убьет меня! Сейчас главное для меня, для компании, а соответственно, и для тебя — привлечь инвестиции Денвера Стоуна.

— И ты считаешь, что я должна его соблазнить! — В Люси поднималась волна раздражения.

— Ты можешь с ним быть просто любезна?

— Просто любезна! Перестань, Стивен! Может, я немного и старомодна, но отнюдь не наивна!!

— Сестренка, ты даже с ним не знакома…

— Тем более!

— Он красивый мужчина.

— Но главное его достоинство — это деньги. Не так ли? Его миллионы! — вспылила Люси и почувствовала, как краска заливает ей лицо. — Нет, я не играю в грязные игры! Это не для меня.

Стивен окончательно разозлился и швырнул пустой стакан об стену. Тот с грохотом разбился, и осколки рассыпались по пушистому ковру, покрывавшему пол гостиной.

Люси испуганно взглянула на брата. Дело принимало серьезный оборот.

— А что тогда по тебе, а? — закричал он. — Ответь мне! Тебе нравится наряжаться в шмотки, купленные на заработанные мною деньги? Ты предпочитаешь целыми днями пропадать в своей мастерской, рисуя картины, не заботясь о пропитании!..

— Не кричи на меня, черт побери! — Люси редко ругалась, но сейчас Стивену удалось вывести ее из терпения. — Что ты себе позволяешь? Так называемые шмотки ты мне покупаешь сам, чтобы я могла в них сопровождать тебя на твои бизнес-встречи, званые ужины и вечеринки. Мне они не нужны! Я прекрасно чувствую себя в джинсах и свитере! Ты меня постоянно используешь, заставляешь мило улыбаться так называемым потенциальным партнерам по бизнесу и просто «важным персонам»! Я соглашалась на все это, желая тебе помочь, но сейчас ты переходишь все дозволенные границы! Кто дал тебе право так со мной разговаривать? И не смей трогать мои картины!

Сестре были не свойственны такие вспышки гнева, и поэтому Стивен, крепко сжав губы, от чего они превратились в тонкую линию, примирительно сказал:

— Прости. Я нахожусь в постоянном напряжении. Нервы сдают.

Люси облизнула губы и провела рукой по лбу.

— Ладно. Мы оба переборщили.

— Согласен.

На минуту воцарилась тишина. Было слышно, как большие настенные часы безжалостно отсчитывают время.