Волны огня - Энн Хэмпсон

К телефону попросили Шани. Она нетерпеливо выхватила трубку у подруги, но тут в комнату вошла сестра Гловер и прошептала:

— Мэтрон хочет видеть вас.

— Сейчас?

— Да, как можно скорее.

Шани обратилась к Брайану:

— Дорогой, я перезвоню тебе через несколько минут.

— Но, Шани…

— Прости, милый… — Она положила трубку, глянула в зеркало и, поправив передник, направилась вслед за Дженни, только что закончившей свою смену.

— Бедняга Брайан, — усмехнулась Дженни, остановившись у двери своей комнаты.

— Я обещала ему перезвонить через несколько минут. За это время он не зачахнет. — Шани счастливо улыбнулась подруге.

— И скоро ли зазвучат свадебные колокола? — полюбопытствовала Дженни, открывая дверь.

Шани слегка нахмурилась и неуверенно ответила:

— Не в самое ближайшее время, Джен.

— Но ты ведь выйдешь за него, я полагаю?

— Он пока не просил моей руки, но… — секунду помедлив, Шани снова заулыбалась и уверенно закончила: — Конечно, я выйду за него.

— Так зачем же ждать? — в глазах Дженни читалось явное недоумение. От нее не ускользнуло ни колебание подруги, ни нервозные движения ее рук. — Дело в том, что ты не хочешь отсюда уезжать?

— Должна признать, при мысли об этом мне становится немного неуютно, — призналась Шани, ухватившись за второй вопрос как за возможность ухода от первого. — И когда этот момент наступит, мне будет очень грустно.

Через окно в конце коридора виднелось голубое мерцание Средиземного моря, отражавшего безоблачное кипрское небо. Госпиталь стоял на возвышении, и из его окон открывался неповторимый вид на Лоутресский залив. Будучи самым большим и оснащенным лучшими кадрами медучреждением на острове, госпиталь охотно посещался пациентами из среды английских иммигрантов, вот почему на посту всегда присутствовали одна или две английские медсестры. Мэтрон тоже была англичанкой, как и двое докторов.

Мэтрон подняла голову и улыбнулась, когда, в ответ на ее приглашение, дверь открылась и вошла Шани.

— А, сестра, я думала, что вы уже ушли.

— У меня был разговор с одной из пациенток. — Шани поморщилась. — С миссис Фостэр. Она очень нервничает из-за предстоящей операции.

Мэтрон поднялась и пересекла комнату, чтобы опустить жалюзи на одном из окон; не было еще и половины девятого, но солнце уже палило вовсю.

— Так или иначе, я уверена: зная, что вы рядом, она будет чувствовать себя гораздо лучше. Я послали за вами, чтобы сообщить, что ответ на ваш запрос дан положительный; вы будете переведены на работу в операционную.

Шани поблагодарила ее, изо всех сил стараясь скрыть свой восторг. Работа в операционной всегда привлекала ее. Когда она поступила на работу в Лоутресский госпиталь два года назад, единственным ее желанием было работать с мистером Роджерсом, главным консультантом по нейрохирургии. Но ко всеобщему сожалению, мистер Роджерс вынужден был оставить работу в связи с плохим состоянием здоровья. Добрый и обаятельный человек, он был всеобщим любимцем, и все его сотрудники дружно сходились во мнении, что, кем бы ни был новый консультант, того же шарма и прелести в нем уже не будет.

— Новый хирург прибывает завтра после полудня, — продолжала Мэтрон. — Я знаю, у вас будет выходной, но мне хотелось попросить вас подготовиться к встрече с ним. По характеру он весьма эксцентричен, так мне передали, поэтому лучше всего, если весь его новый штат будет представлен ему по прибытии.

Эксцентричен? Как же с ним работать? — подумала Шани и в очередной раз пожалела о раннем уходе мистера Роджерса.

— Я буду на месте, — пообещала она. — Во сколько вы его ожидаете?

— Его самолет прилетает в Никосию в два тридцать, так что примерно час спустя он будет здесь. — Далее Мэтрон приступила к обсуждению операции миссис Фостэр, которую должен был проводить новый хирург. — Если принимать во внимание то, что я слышала о нем, мистер Мэноу вряд ли будет долго терпеть нервозность…

— Мэноу? — Кровь отхлынула от лица Шани. — Андреас Мэноу?

— Вы знакомы с ним? — Мэтрон глядела на нее с тревогой; было совершенно очевидно, что сестра Ривс потрясена услышанным.

— Я думала… мне казалось, что фамилия нового хирурга Манолис.

— Очевидно, небольшая неточность. Так вы знакомы с ним? — переспросила Мэтрон, явно обуреваемая любопытством.

— Он работал в одном лондонском госпитале. — Ответ Шани лишь увеличил непонимание женщины, и, запинаясь, она поспешила добавить: — Он б-был коллегой моего… моего отца.

— Ясно. Но с тех пор прошло несколько лет? — взгляд Мэтрон все еще оставался вопросительным, и Шани стоило больших усилий, чтобы вернуть утраченное самообладание, Внешне ей это удалось, но сердце билось так, что ей казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. — Когда умер ваш отец?

— Пять лет назад.

— Уже так давно? Боже, как летит время! Мистер Мэноу все еще работает в лондонском госпитале. Вернее, он там работал до вчерашнего дня. Теперь около года он будет работать у нас в Лоутресе. — Мэтрон перевела дух, и Шани уже испугалась, что та снова продолжит свои расспросы, но в этот момент зазвонил телефон, и Мэтрон лишь повторила: — Итак, не забудьте, сестра. Готовьтесь к встрече.

Готовиться к встрече…

Добредя до своей комнаты, Шани буквально упала на кровать, чувствуя невероятную слабость. С тех пор как она встретилась с Брайаном и их чувства друг к другу стали ей очевидны, она поняла, что рано или поздно ей придется вступить в контакт с Андреасом. Но ей и в голову не приходила мысль о встрече с ним.

Не допуская, однако, и мысли о том, чтобы менять что-либо в своей жизни по причине грядущего испытания, она взяла себя в руки, спустилась вниз и перезвонила Брайану. Он хотел уточнить время их вечернего свидания. А двенадцать часов спустя они ужинали на берегу моря, под сенью виноградных лоз, шелестевших от легкого дуновения порхавшего над волнами ветерка. Мириады звезд и сияющий над морем серебряный полумесяц освещали морскую гладь призрачным светом.

Они ели парную кефаль с гарниром из молодого обжаренного картофеля и салата, а завершили трапезу десертом из спелых фиг и сладким турецким кофе. Они немного потанцевали, затем спустились по ступеням к пляжу, и Брайан, обняв ее за плечи и на ходу пытаясь подобрать нужные слова, заговорил о том, что рано или поздно должно было прозвучать. Более подходящего момента, чем в такую волшебную ночь, и быть не могло.

— Я должен кое о чем спросить тебя, Шани. Я уверен, ты знаешь, о чем именно.

То, о чем она постоянно думала… и чего так желала.