Вор и любовь - Барбара Картленд

Поскольку руки Элоэ были заняты, она с облегчением отметила, что дверь, ведущая на второй этаж апартаментов, приоткрыта. Она прошла через нее и вошла в спальню. Мужчину, стоявшего около туалетного столика, она увидела только, когда начала раскладывать на кровати свежеотутюженное белье, которое принесла в руках. Он, должно быть, почувствовал ее присутствие в тот самый момент, как только она взглянула на него. Он обернулся, и она, к своему ужасу, увидела в его руках небольшую, обрамленную бриллиантами миниатюру, которая обычно стояла рядом с флаконами духов Лью с позолоченными колпачками. Содрогнувшись от страха, Элоэ поняла, кем был этот незнакомец.

С минуту они стояли, уставившись друг на друга. Высокий, темноволосый, приятной наружности, но имевший достаточно дешевый вид, этот человек был явно не англичанин.

– Что вы делаете в этой комнате? – спросила Элоэ. Услышав свой голос, она приободрилась, потому что он не выдал волнения в ее груди и дрожи в коленях. Последовала значительная пауза, прежде чем незнакомец ответил.

– Вы должны меня простить, если я нарушил ваши владения.

– Немедленно положите миниатюру на место.

Он взглянул на миниатюру с таким видом, как будто и сам был крайне изумлен тем, что она оказалась у него в руках. Он послушно положил ее на столик.

– Вы – вор! – решительно заявила она. – Я собираюсь позвонить и сдать вас в руки служащим отеля. – И тут она поняла, что не сможет дотянуться до звонка, потому что звонок был по другую сторону кровати.

– Уверяю вас, я ничего не украл, – певуче проговорил незнакомец.

На какую-то долю секунды Элоэ показалось, что на его губах промелькнула легкая улыбка. Она догадалась, что он смеется над ее беспомощностью, прекрасно понимая, что она не может дотянуться до звонка. Да и сама Элоэ была для него незначительной помехой, надумай он сбежать.

– Может быть, вы и действительно пока ничего не украли, – сказала она. – Но вам будет очень трудно объяснить, почему вы оказались в этой комнате и что вы здесь делаете. Особенно, если учесть тот факт, что вы держали эту миниатюру в руках, когда я вошла в комнату.

Произнеся это, она вспомнила, что только вчера сказала Лью Деранж:

– Эта миниатюра – слишком ценная вещь, чтобы оставлять ее на видном месте.

Лью тогда рассмеялась ей в ответ:

– Персоналу этого отеля можно доверять. Кроме того, они могут и не знать, что бриллианты настоящие. Лично я испытываю удовольствие, глядя на собственное изображение в таком богатом обрамлении. Подумать только, окруженная бриллиантами! Чего еще может желать девушка?

В шутке Лью был оттенок горечи, но Элоэ пропустила это мимо ушей и рассмеялась, как ожидалось от нее. Сейчас она убедилась, насколько была права: такие ценные вещи не должны лежать где попало.

– Думаю, вы незаслуженно резки со мной, – сказал незнакомец. – Могу признаться, что, увидев дверь открытой, я вошел в эту комнату исключительно из любопытства.

Говоря это, он улыбался, и улыбка так преобразила его лицо, что он стал не только безмерно красив, но и необыкновенно притягательным.

«Он проходимец, – подумала про себя Элоэ. – Только мошенник стремится быть таким очаровательным в столь трудной ситуации».

– Мой отец всегда говорил, что любопытство – первый шаг к соблазну, – сказала она сурово.

– Ваш отец, должно быть, очень мудрый человек.

– Он священник шотландской церкви. Призывая на помощь слова отца и его положение в обществе, она надеялась, что это придаст ей больший вес в его глазах. Однако она не сильно в этом преуспела. Незнакомец вновь улыбнулся.

– В таком случае ваш отец не преминул бы сейчас добавить: «Человеку дано ошибаться, а Богу – прощать». Вы готовы меня простить?

– Если бы я выполняла свой долг, я должна была бы немедленно сообщить о вашем присутствии. О да, я знаю, вы думаете, что сможете убежать прежде, чем я дотянусь до звонка. Однако ничто не помешает мне закричать. На этаже всегда есть охранники и дежурные горничные. Они услышат меня и придут на помощь. Далеко вы не уйдете.

– Вижу, что я полностью в ваших руках, – смиренно сказал незнакомец. – Но я и не пытаюсь бежать. Наоборот, я взываю к вашему милосердию и прошу дать мне шанс.

– Значит, вы признаете, что были неправы? – быстро спросила Элоэ. – Признаете, что вы вор?

– Вряд ли вы можете ожидать от меня признания в чем-либо, настолько преступном, – ответил он. – Это было бы крайне бесчестно с моей стороны и, кроме того, обременило бы вас очень неприятной ответственностью. Предположим, я действительно окажусь преступником и через неделю обнаружите мою фотографию в газетах, в графе «Разыскивается за убийство или поджог». Вы никогда не простите себе, что дали мне уйти. Нет! Клянусь вам, мое присутствие здесь объясняется, как я уже сказал, только чистым любопытством.

– Вы хотели посмотреть, как выглядят эти апартаменты? – спросила Элоэ.

– А если я скажу, что хотел посмотреть на апартаменты, в которых проживает несравненная мисс Лью Деранж?

– Как вы узнали о ней?

Незнакомец опять улыбнулся.

– Осмелюсь ли я сделать еще одно признание? Я читаю колонки светских новостей!

– Ах да, конечно! – Элоэ выглядела почти успокоенной. С тех пор как они прибыли в Англию, в газетах было много сообщений о Лью и ее огромном наследстве, о приемах, устраиваемых в ее честь и в честь ее матери.

– Итак, – продолжал незнакомец, – я шел по коридору, увидел, что дверь апартаментов открыта, и решил заглянуть внутрь. Конечно, я должен признать, это предосудительно, но не преступно.

– А зачем вы брали эту миниатюру в руки?

– Я подумал, что на этом портрете может быть изображена мисс Деранж. Я неправ?

– Да… да, это так, – призналась Элоэ. Казалось, он получил ответ на все, что хотел, но это сделало ее еще более подозрительной в отношении него.

– Чем вы занимаетесь? Я имею в виду… вашу работу.

– О, я занимаюсь многими вещами время от времени, – ответил он уклончиво.

– И вы работаете сейчас здесь, в этом отеле?

– Да, сейчас я здесь.

– Почему бы вам не заняться нормальной работой? Молодые люди требуются в промышленности, в магазинах и офисах – во всяком случае, любой может найти работу, если хочет этого. Почему вы не пытаетесь найти себе что-то по душе, в чем вы были бы заинтересованы?

– Вы действительно считаете, что я должен это сделать?