Эверест. На грани жизни - Екатерина Васина

— Вас нет в списке посетителей! — отбивалась от меня секретарь, вопреки ожиданиям не длинноногая модель, а вполне себе ухоженная женщина предпенсионного возраста. Ее волосы, прежде уложенные в стильную прическу, сейчас едва ли не стояли дыбом от настойчивой посетительницы.

То есть, от меня.

— Меня и не должно быть в списке! — сообщила я, упираясь ладонями о стол. Дунула на упавший со лба локон и повторила:

— Он меня примет!

— Я вызову охрану! — предупредила секретарь и уже потянулась к кнопке под столом, но тут мое терпение, и без того не слишком прочное, треснуло окончательно. Я встала в семь утра, чтобы успеть завершить все дела в этом городе и вернуться домой к вечеру. А теперь стою тут, в роскошной приемной, обставленной в черно-белых тонах, и вынуждена ругаться с секретарем. А все почему? Потому что кое-чьего номера у меня давно нет.

— Папа! — заорала во весь голос, заставив секретаря вздрогнуть и все же нажать кнопку. Ну замечательно, давайте теперь выведите меня отсюда с позором.

— Сумасшедшая!

— Сама такая. — сообщила я и опять заорала. — Папуля-я-я-я!

Дверь в приемную была закрыта, к тому же весь последний этаж был отдан тому, к кому я пыталась сейчас попасть. Но я вдруг ярко представила, как мой вопль летит вниз и в стороны, на все пятнадцать этажей, заставляя работников ронять листки и оглядываться. Не удержалась и хихикнула, отчего паника на лице секретаря стала более отчетливой. Явно приняла меня за сумасшедшую.

Охрана в лице двух охранников появилась как раз в тот момент, когда открылась дверь в кабинет и в приемной возник мой отец. Не сильно он изменился за пять лет, разве что немного погрузнел. Но все равно в отличной форме для человека его лет. И седина на висках придавала особый шарм, в отличие от лица. Оно выглядело… неестественным. Неужели ботокс? Что, новая любовница попросила?

— Папуля! — я раскинула руки в сторону, точно собиралась его обнять.

У отца дернулся глаз, а охранники застыли в нерешительности буквально в паре сантиметрах от меня.

— Владислав Игоревич… — нерешительно начал один, но отец его перебил кратким приказом:

— Вон отсюда!

Охранников точно языком слизнуло. Секретарь превратилась в моргающий камень, а я лишь вздохнула. Да, голос у него все такой же зычный. Небось, этот крик точно докатился до первого этажа. И пойдут слухи, что "главный" не в духе.

— Джулия? — уточнил папа, точно я могла быть кем-то другим. — За мной. Анна Денисовна, никого не впускайте.

— Он всегда при виде меня бесится. — шепотом сообщила секретарю по именни Анна Денисовна, которая так и застыла с открытым ртом. — Видимо, не нравится, что сотворили его спермики.

После чего шагнула следом за отцом в кабинет, наполненный запахом мужского парфюма и сигары. Эх, так и курит.

Здесь все говорило о деньгах. Не китч, а сдержанный шик. Черная кожаная мебель и массивное дерево. Несколько старомодно, но выглядит хорошо. Большое окно открывало вид на центр города. Я бросила туда взгляд, потом перевела на отца. Тот уже стоял, уперевшись ладонями о столешницу. Прямо как я недавно.

— Почему не предупредила, что приедешь, Джулия?

— Сюрпри-и-из! — пожала я плечами. — Ты не рад? Тогда я пойду?

— Стоять! — рыкнул папуля.

Я не встала, я села в одно из кресел, что стояли вокруг стола и уже без улыбки отчеканила. Глядя прямо в холодные серые глаза, такие же, как у меня.

— Еще раз на меня повысишь голос и я уйду, понял? Ты хотел со мной встретиться, значит, это надо тебе. Не мне!

Вот бесила его, прямо чувствовала всеми клетками. Ноздри отца расширились, он с шумом вдохнул воздух и… тоже сел. Едва слышно скрипнуло кресло под его весом.

— Жизнь бродяжки не идет тебе на пользу, Джулия.

— Я бы могла поспорить, но не стану. Что тебе нужно?

Отец откинулся на спинку кресла, внимательно глядя на меня. Только вот прошли те времена, когда я вжимала голову в плечи от его присутствия и дышала через раз. Теперь повторила его позу и тоже уставилась. Прямо в глаза. Обожаю играть в гляделки!

— Нам нужна дочь. — сообщил, наконец, отец.

— У вас есть Нина. — напомнила я о своей старшей сестре.

Вот уж кто любимица родителей и прессы! Еще бы, дочка магната, компания которого занимает ведущее место в строительстве жилой и коммерческой недвижимости. А три года назад отец решил взяться еще и за индустрию развлечений. Правда, последний год о Нине ни слуху ни духу, но это в ее стиле. Еще когда я была в нормальных отношениях с семьей, она могла специально несколько месяцев скрываться от журналистов, а затем появиться как ни в чем не бывало, с таинственной улыбкой и загадочным взглядом. Добавьте к этому роскошную внешность, чуть подкоректированную пластическими хирургами и… в общем, Нина всегда смотрела отцу в рот. Он содержал ее, как и мать, которая уже давно плюнула на многочисленных любовниц мужа и все чаще прикладывалась к бутылке.

— Нина в закрытой клинике. — сухо ответил отец. — Скорее всего, оттуда она уже не выйдет.

Я заметила, как он коротко стукнул пальцами по столу.

— Она…

— Наркотики, Джулия. Думаю, тему можно закрыть. Значит так, теперь насчет тебя…

Я ошарашенно смотрела на отца, толком не слушая его. Нина и наркотики? Нет, периодически она покуривала травку, но в клинику попала явно не из-за нее. Ничего себе!

— …и особняк в Италии.

— Повтори. — потребовала, возвращаясь в реальность.

И тут же увидела как брови отца нахмурились еще сильнее, сталкиваясь на переносице. Но он опять сдержался и повторил, хотя в голосе уже слышалось едва ли не рычание. А рука сжимала карандаш так, точно он хотел метнуть его в меня.

— Повторяю, Джулия, будь любезна услышать. Счет на три миллиона долларов в самом надежном банке, особняк в Италии и личный самолет. Это ты получишь сразу же, как согласишься выйти замуж за сына Эдуарда Васильева.

— Видимо, этот сын как раз та какашка в бочке с медом, которую ты мне подсовываешь? Что за тип?

— Еще одно: перестанешь вести себя как соплячка. Вот.

Отец подтолкнул ко мне тонкую папку, что лежала рядом с ним. Я с легким недоверием открыла ее и зашуршала листами. Так, ну фото во всех ракурсах это понятно. Таинственный сын Васильева, который занимал ведущее место в индустрии развлечений, оказался неплох собой и носил роскошную бороду, а так же аккуратно выбритые височки. Так, работает на отца, финансист, из вредных привычек только любовь к кофе, занимается спортом — в общем, не мужчина, а клад! Неужели для меня мама ягодку растила?