Тайна ночи - Вайолетт Лайонз

— Не вам отчитывать меня, — обвинительно бросила Патриция ему в лицо. — Особенно когда дело касается уважительного отношения к женщине.

Как уже однажды случалось, лицо Грегори стало более напряженным и рельефным, а цвет глаз приобрел свинцовый оттенок.

— Что вы хотите этим сказать? — мрачно поинтересовался рассерженный ее дерзостью мужчина.

Сердце девушки, как запертая птица, лихорадочно билось о грудную клетку. Она поняла, что снова зашла слишком далеко, непозволительно далеко, но отступать было поздно.

— Я, мистер Адамc,— уверенно вступила она,— да будет вам известно, регулярно читаю газеты, в которых сообщают о ваших подвигах, и мое положение, кстати, позволяет мне быть в курсе всех последних светских сплетен.

— Ну если так, то конечно,— разочарованно протянул Грегори.— По правде сказать, я думал, что вы умнее. А оказывается, вы составляете мнение о человеке, комбинируя газетные вырезки и досужие сплетни.

— Не только! — ринулась защищаться Патриция, понимая, в какое глупое положение попала.— У меня есть и более достоверные источники. Одна моя подруга...

— А имя у нее есть? — таким же разочарованным тоном поинтересовался Грегори.

Патриция уже успела пожалеть о том, что упомянула о Джуди. Она чувствовала, что известная пословица «Ради красного словца не пожалеет и отца» сейчас как нельзя лучше подходила к ней. От этого на душе стало как-то скользко, неприятно.

— Я дала слово, что сохраню ее тайну и имя в секрете,— стала оправдываться Патриция.

— Хорошо, что вы хотя бы наполовину сдержали его.— В голосе ее проницательного собеседника отчетливо звучала усталость.

— Да вы бы, наверное, ее и не вспомнили,— с укором продолжала девушка, в памяти которой, как освещенное вспышкой молнии, мелькнуло отрешенное лицо подруги.— По-моему, вы вполне довольны своей репутацией, так что какой смысл в этом разговоре!..

— Нет уж, давайте поговорим.— Голос Грегори снова зазвучал заинтересованно.

— Ну что ж, давайте.— Патриция, наоборот, пыталась выглядеть как можно более равнодушной.— Не будете же вы утверждать, что все напечатанное в светской хронике от первого до последнего слова ложь? Что у вас не было скандального романа с этой... как же ее звали?..

Она и не заметила, как снова увлеклась и перечислила сразу несколько известных имен светских див. Грегори смотрел на нее одновременно с иронией и какой-то затаенной нежностью. Наконец он решил прервать ее длинное перечисление.

— Достаточно, Патриция. Врать не буду, все эти дамы когда-то являлись частью моей жизни, но не потому что я испорчен или развращен. Уверяю вас, общественное положение человека никак не влияет на его отношение к женщинам. У самого обычного британского фермера, живущего, предположим, в Уэльсе, за его жизнь могло быть столько же возлюбленных, сколько у знаменитого киноактера или нефтяного магната.

— Вы можете не принимать меня всерьез, считать юной максималисткой, но слишком у вас все просто,— не унималась Патриция.

— Неужели вы никогда не расставались со своим близким приятелем, осознавая, что ваши отношения зашли в тупик, что вы придумали друг друга, что лучше для обоих расстаться?— Грегори Адамc подался чуть вперед и сделал глоток сока из высокого стакана.

— Нет, никогда, — безапелляционно заявила Патриция.

— Нет, никогда...— задумчиво повторил Грегори. — Наверное, мисс Само Совершенство, вы просто никого никогда не любили.

— Как это не любила! — вспылила девушка.— Любила, и не раз, я не какой-нибудь синий чулок! Сознаюсь, и я расставалась, но чтобы в таких количествах и с такой помпой!..

— Вот видите, — торжествовал Грегори.— Все-таки я оказался прав. А в том, что моя личная жизнь рассматривается под микроскопом, моей вины нет, и закончим на этом. Лучше посплетничаем о ваших поклонниках...— Грегори снова вальяжно откинулся на спинку кресла.

— Я не совсем понимаю вас, — насторожилась Патриция.

— А тут и понимать нечего,— спокойно продолжал ее проницательный собеседник.— Вы частично удовлетворили свое любопытство, я тоже хочу. Мы ведь теперь партнеры, и недосказанность только помешает нашему делу.

— Хорошо, мистер Адамc, — решила схитрить Патриция.— Я открою вам свое сердце, но прежде ответьте, кто дал вам мой адрес.

Грегори прекрасно понимал, что девушка хочет увести разговор на другую тему, но сделал вид, что попался на уловку.

— Я уже сказал вам, что доброжелателей всегда хоть отбавляй. Навести кое-какие справки не составило большого труда, а узнал я даже больше, чем можно было предположить...

— И что же вы узнали?

— Ну, например, что у вас интересное прозвище — Железная леди.

— А! Это?..— со снисходительной улыбкой протянула Патриция.— Тоже мне секрет! Просто люди почему-то считают, что если девушка ставит свою карьеру, какое-то дело превыше всего остального, значит, она не от мира сего или просто фригидна.

— А если так поступает мужчина,— подхватил ее мысль Адамc,— это считается нормальным и правильным, и все им восхищаются.

— Точно, — согласилась Патриция. — Слава богу, хоть в чем-то мы понимаем друг друга.

— Если я не ошибаюсь, — продолжил разговор Грегори,— вы создали фирму, которая занимается дизайном интерьера, реставрацией предметов искусства и даже поиском шедевров, без вести пропавших в период Второй мировой войны.

— Совершенно верно,— не без гордости ответила девушка,— работа творческая и очень интересная. Правда, если бы не начальный капитал, который предоставил мне отец, ничего бы не вышло. Но сейчас все затраты окупились, я расплатилась, и теперь мой бизнес ни от кого не зависит.

— Кажется, я начинаю что-то понимать, — встрепенулся Грегори. — Заполучив меня в сопровождающие, вы хотите еще больше самоутвердиться, доказать всему обществу, что вы не только удачливая деловая женщина, но и обыкновенная женщина из плоти и крови, любящая жизнь, счастливая в любви.

Патриция тщетно пыталась отвести глаза, в которых Грегори настойчиво искал подтверждения своей догадке. Она не на шутку испугалась, что его цепкий, проницательный взгляд проникнет в святая святых ее мыслей и чувств.

— Да, Патриция,— вкрадчиво продолжал сидящий перед ней мужчина.— Несомненно, вы чрезвычайно интересный человек. Я еще раз предлагаю вам разделить со мной обед.

— А я не в восторге от этого предложения, — заупрямилась девушка.— Чтобы рассказать о себе, мне вовсе не требуется ресторанный антураж.

— Я придерживаюсь иного мнения,— настойчиво произнес Грегори и легко, словно грациозный фехтовальщик, поднялся со своего места. Патриция же инстинктивно вжалась в мягкую спинку кресла.

Он сделал несколько шагов и остановился, глядя на нее сверху вниз, как бы лаская своим магнетическим, влекущим взглядом.