По законам чужого жанра - Дора Коуст

Вернувшись в родной городок, я первым делом отправилась сначала в аптеку, а потом уже домой. Меня беспокоили неприятные ощущения в области… В общем, в той области, которой я этой ночью нехило так гульнула.

В аптеке мне порекомендовали мазь, но настоятельно посоветовали обратиться к гинекологу. Я и сама собиралась, а потому еще на подлете к дому позвонила в частную клинику и выбила себе запись на вечер. Голова шла кругом, а ноги бежали впереди меня. Одной рукой я паковала чемоданы, а другой звонила тете Маше, у которой снимала квартиру. Добрая женщина согласилась вернуть мне деньги за следующий месяц, а я в свою очередь не стала требовать возврата оплаты за оставшиеся дни этого. Такой бартер устроил нас обеих, так что утром я должна была оставить ключи у соседки.

Вещи никак не хотели упаковываться, а точнее, запихиваться в два чемодана. Оглядев комнату и устроенный мною бардак, я поняла, что мне потребуется как минимум еще одна сумка. Время поджимало. Кое-как одевшись и пригладив растрепанные волосы, я выскочила из дома и вихрем понеслась в торговый центр. Сумку покупала не глядя. Единственным критерием отбора была ее вместительность. Еще через пятнадцать минут я уже упрашивала дежурного охранника пропустить меня в офис, чтобы забрать свои вещи. Пожилой мужчина ломался, гнул свою линию и искренне советовал мне приходить завтра, но меня спас тот, от кого я этого вообще не ожидала.

– Софья Сергеевна! – окликнули меня таким жизнерадостным голосом, что я даже вздрогнула.

Оборачивалась медленно, с ужасом глядя на счастливого начальника, который несся на меня с роскошным букетом цветов. Причем несся так, что я отлично понимала: он собирается меня обнять. И, наверное, даже раздавить в своих объятиях.

– Сонечка! – еще радушнее выкрикнул управляющий нашего маленького филиала ада на земле, а я опасливо сделала шаг назад. А потом еще шаг. А потом хотела сигануть куда-нибудь подальше, но не успела.

Начальник впихнул мне цветы и крепко стиснул в своих объятиях, громко чмокнув в щеку. Я от такого напора растерялась, а потому совсем не упиралась, когда он на буксире тащил меня в секретарскую. Лишь растерянно стояла посреди помещения, недоуменно наблюдая за тем, как Игорь Владимирович запихивает в мою новенькую спортивную сумку мои пожитки и не только их.

Создавалось ощущение, что он на радостях кладет все без разбора, потому что в сумку летели и канцтовары, и загашенные коробки конфет, и даже подарочная упаковка чая с бергамотом, который мужчина терпеть не мог, но я его все равно покупала.

Когда выносить из секретарской было уже нечего, Игорь Владимирович попытался впихнуть мне кактус, который стоял на подоконнике еще до моего пришествия. От этого подарка я кое-как отказалась, а вот от предложения подвезти меня до дома не смогла. Мужчина еще и на утренний автобус до столицы хотел меня проводить, но удалось отбиться. Правда, я еще минут пять потратила на то, чтобы постоять в подъезде около окна и полюбоваться на танцующего начальника.

Управляющий так лихо отплясывал у моего подъезда джигу, что у меня даже слезы умиления навернулись. Выглядел он при этом как самый настоящий сумасшедший, но санитары за ним не торопились. Лишь бы не свихнулся, а то у бабы Клавы удар тяжелый, а он, охальник, целоваться к ней полез и получил за это клюкой. Вот ненормальный!

Улыбнувшись своим мыслям, я отвлеклась на пиликнувший телефон, но, заметив, который час, тут же полетела вверх по ступенькам. До приема у гинеколога оставалось двадцать минут, а я еще ни морально, ни физически не готова знакомить кого-то со своим внутренним миром. И да, на экране высветилось очередное сообщение от Охотника, которого я игнорировала весь день. Просто…

Да не знала я, что ему писать.

Мне было настолько стыдно, что я даже к зеркалу не подходила, чтобы не видеть свое отражение. Переспать с незнакомцем? Раз плюнуть, если это сюжет очередного фильма, но я-то не такая! Была. А теперь приходилось заключать договор со своей совестью, клятвенно заверяя ее, что такое произошло в первый и последний раз. И вообще, я больше не пью! Честное слово, между прочим, потому что плохо настолько, что хочется лечь и прикинуться дохлой.

– Ну что ты мне пиликаешь? – глянула я на телефон, врываясь в холл частной клиники.

Крылатый Охотник: «Так сильно обиделась?»

Сумасшедшая Ехидна: «Да», – отправила я и поспешила к стойке администратора.

Опоздала на две минуты, но в частной клинике такое простительно. Тут, главное, плати, а все остальное по тарифу all inclusive. Мне и бахилы выдали, и чай предложили, и всего один листик подписать дали вместо привычных двадцати страниц в обычной поликлинике. А самое главное, в платной не нужно было проходить квест «посети десять кабинетов, прежде чем попасть в тот, который нужен тебе». Кроме того, все быстро и красиво.

В кабинете меня встретила улыбчивая женщина в возрасте. Выслушав меня и заполнив форму на компьютере, она предложила мне залезть на пыточное устройство для всех тех, кто уже вступил на кривую дорожку полового взросления.

Осмотр был быстрым и не слишком приятным. По окончании я получила кучу рекомендаций, разобраться в которых клятвенно пообещала себе завтра. В конце концов, ничего срочного там нет, а результаты анализов, которые я сдала, будут готовы только утром и высланы мне на почту. Очень надеялась, что завтрак и антипохмелин были единственными подарками.

– Да что же ты никак не успокоишься? – взвыла я, читая очередное сообщение.

Крылатый Охотник: «Что мне сделать, чтобы загладить свою вину?»

Сумасшедшая Ехидна: «Позвони», – насмехаясь, отправила я, полностью уверенная, что он никогда мне не позвонит. Уговор дороже денег. Да и номер свой я ему не давала.

Каково же было мое удивление, когда на экране уже через секунду высветился незнакомый мне номер.

– Да? – опасливо ответила я.

– Привет, все еще дуешься?

– Как ты узнал мой номер? – выпалила я первым делом, поспешив на автобусную остановку.

Автобус с звучным номером шестьсот шестьдесят шесть лихо отъезжал от остановки, но, завидев спешащую меня, водитель остановился. В салон я буквально ввалилась, споткнувшись о массивную ручную кладь какой-то бабули, но вовремя уцепилась за шест.

– Это так важно? – Голос мягкий, чарующий.

Наверное, именно так я себе его и представляла. Непроизвольно улыбалась, хотя изо всех сил старалась оставаться серьезной. В конце концов, я же на Охотника обиделась. Придется играть роль до конца.

– Если ты знаешь мой номер, значит, ты знаешь и меня. Так не честно.

– А кто сказал, что я буду играть по правилам? – спросил он с явной усмешкой.

– А кто сказал, что я вообще буду играть? Ты не приехал вчера, – разозлилась я. Настроение резко испортилось, потому что такого ответа я не ожидала.

– Не смог. Не все зависит только от нас. Бывает такое, что в жизни возникают препятствия, – начал мужчина разводить полемику, технично вешая лапшу мне на уши. Знала я такие ответы, не несущие никакой смысловой нагрузки.