Роза в обручальном кольце - Кэрол Мортимер

— Веббер, — наконец, сказала Крис. — Меня зовут Кристал Веббер, миссис Кристал Веббер, — подчеркнула она.

— Веббер... — тихо повторил Сэм. — Как и Джеймс Веббер, оформитель интерьеров?

Крис кивнула.

— Как и Джеймс Веббер, оформитель интерьера.

Все же ей не хватило сил, и глаза подернулись пеленой слез, которые в последнее время часто накатывали сами собой.

— Черт, извините! Я не знал! Что я за идиот!

— Все нормально, — заверила его Крис, пытаясь стряхнуть с ресниц внезапные слезы. — Надо было сказать об этом раньше, когда я увидела, что Джеймс работал в вашем доме, но я...

— Вы не обязаны мне ни о чем говорить, — сказал Сэм. — Но Молли должна была предупредить меня...

— Нет, не должна, — грустно возразила Крис. — Да и о чем тут говорить? Я была замужем, и мой муж умер, — закончила она. Ей было по-прежнему трудно произнести это слово.

Сэм посмотрел на золотое обручальное кольцо, свободно сидящее на среднем пальце ее левой руки.

— Я даже не заметил вашего кольца.

— Я ведь сказала, это не имеет значения, — поспешила заверить его Крис, желая завершить слишком болезненный для нее разговор.

Сэм, взглянув на ее бледное лицо, кивнул.

— Так начнем сначала, Кристал?

Разве это имеет какой-то смысл? Она пробудет здесь недолго. Их дороги никогда не пересекутся снова, в этом Крис не сомневалась.

— Конечно, — спокойно согласилась она. — Кстати, а где же Мерлин? — Она попыталась найти нейтральную тему.

— Я решил, что лучше пока оставить его на улице, — пояснил Сэм. — Я выходил покормить его.

— Пожалуйста, не отправляйте его на двор из-за меня. Там туманно, сыро и к тому же холодно. Уверена, он быстро поймет, что я не представляю угрозы для вас, если вы впустите его в дом, — решительно сказала Крис.

— Зато я не очень уверен в этом, — ответ Сэм.

Крис бросила на него удивленный взгляд, пытаясь угадать, что он имеет в виду.

Если бы это сказал кто-то другой, можно было бы подумать, что он заигрывает, но Сэм...

Она улыбнулась, вдруг внезапно поняв, о чем он говорит, — его сострадание касалось не только бездомных собак.

— Вы тоже в детстве приносили домой раненых птиц и животных? — поинтересовалась Крис.

— Я?.. Да что вы выдумываете, Кристал? — Сэм нахмурился.

Она спокойно покачала головой.

— Не стоит жалеть меня, Сэм, — твердо сказала она. — Терпеть не могу, когда меня жалеют! И саму себя жалеть я тоже не люблю.

Она провела шесть прекрасных месяцев с Джеймсом, три из них она была его женой. Некоторые не имеют в своей жизни даже этого!

Крис резко поднялась, намереваясь выбросить остатки пищи в мусорное ведро. Но тут же от удивления у нее перехватило дыхание: Сэм схватил ее за руку и резко повернул к себе лицом.

— Я не жалею вас, Кристал, — раздраженно заявил он. — И больше не смейте даже пытаться указывать, что мне нужно делать и чего не нужно! — отрезал он.

Она растерянно заморгала.

— Но я не пыталась...

— Пытались, черт побери! — оборвал Сэм, изменяясь в лице. — Вы... да к черту все! — воскликнул он, наклонился и властно поцеловал ее в губы.

Потрясенная внезапностью произошедшего, Крис была не в силах даже шелохнуться в его крепких объятиях и не противилась поцелуям, ощущая всю мощь его тела. Он продолжал целовать ее так нежно, что в ней возникло давно забытое желание. Тепло, подобно потоку лавы, медленно разливалось по ее телу, и лед в сердце начинал таять.

Она думала, что все чувства умерли в ней вместе с Джеймсом. Не может быть, чтобы этот непостижимый человек смог вернуть ей забытые ощущения!

Крис вырвалась из его объятий.

— Прекратите! — яростно воскликнула она и уставилась на Сэма. — Прекратите, — повторила она упавшим голосом.

Его рот скривился в мрачной улыбке, но он и не думал ее выпускать.

— По-моему, уже прекратил, — хрипло произнес он.

Крис тоже тяжело дышала от возбуждения.

— Отпустите меня, — наконец сказала она и высвободилась из его объятий. — Не знаю, за какую женщину вы меня принимаете, Сэм, но я...

— Я не принимаю вас ни за какую женщину, Кристал.

— Я вовсе не отчаявшаяся вдова, жаждущая мимолетного приключения...

— Советую вам на этом остановиться, Кристал, — нервно перебил ее Сэм. — Я поцеловал вас. Ни словом, ни намеком я не дал вам понять, что этот поцелуй должен привести нас в постель. В следующий раз подождите, пока вас об этом попросят.

— В следующий раз? — Она задохнулась от возмущения, дрожа всем телом.

Сэм усмехнулся.

— Я не имел в виду себя, — саркастически заметил он. — А впрочем, ничего нельзя сказать наверняка... — протянул он и уверенной походкой вышел из комнаты.

Зато она знала наверняка! Ни за что в жизни Сэм Бартон больше ее не поцелует, разве что... разве что...

Крис в изнеможении опустилась на стул, потрясенная тем, что только что произошло, — ее губы горели, а кровь бешено пульсировала в жилах.

Как она могла допустить, чтобы этот холодный, надменный и непредсказуемый человек поцеловал ее?..

Успокаиваясь и постепенно приходя в себя, Крис поняла, что чересчур самокритична. Она этого и не допускала, просто была слишком потрясена, чтобы вовремя остановить его.

Надо же — именно Сэм Бартон! Мужчина, абсолютно непохожий на ее покойного мужа, как ночь не походит на день, а шторм — на сияние солнца. Джеймс был чуть больше пяти футов ростом — по крайней мере, на шесть дюймов ниже Бартона, — и он был улыбчивым голубоглазым блондином.

А Сэм с его хмурым, задумчивым взглядом производил впечатление человека, не знающего, что такое смех.

— Поздоровайся с очаровательной леди, Мерлин, — сказал Сэм, заходя на кухню со своим преданным псом. — Вряд ли он вас потревожит, — съязвил он, заметив ее настороженный взгляд. — Ему не хватит вас даже на приличный ужин.

От такого оскорбления румянец залил ей щеки. Хотя при сложившейся ситуации это было лучше, чем хорошие манеры.

— Привет, Мерлин, — бодрым голосом поприветствовала Крис собаку, протянув руку, чтобы та обнюхала ее.

Огромная пасть собаки, истекающей слюной, и ее свирепый оскал заставляли сомневаться в утверждении Сэма.

— Животные более склонны к нападению, если чувствуют, что их боятся, — заметил Сэм.

И не только животные, подумала Крис. Хотя она не боялась Сэма... просто считала его совершенно непостижимым. А сейчас — в еще большей степени.

После того как он узнал о ее утрате, ей на короткое мгновение показалось, что он посочувствовал ей, и было совершенно непонятно, как это сочувствие переросло в обжигающую страсть поцелуя.