Пламя - Мэй Макголдрик

– Нет. Правда, хозяин был довольно крупным мужчиной, поэтому в отношении его мы были совершенно уверены. Его тело лежало отдельно, и с ним рядом были тела двух женщин. Поэтому мы и поместили этих троих здесь. Остальные… Остальных мы похоронили там.

Гэвин посмотрел в направлении, указанном священником. В углу двора часовни виднелось около дюжины могильных холмиков, поросших травой. Маленький человечек нетвердой походкой направился к этим могилам и уставился на одну из них, расположенную несколько в стороне от прочих. Дождь усиливался, но оба они не обращали на это внимания.

– Кто лежит в этой могиле? – спросил Гэвин, проследив за взглядом своего спутника. – В той, которая находится отдельно?

– Что? – Голова священника дернулась в сторону других могил, его глаза явно избегали взгляда хозяина. – Это одна из прислуги.

– Но почему она лежит отдельно? Если они умерли все вместе, то почему только ее похоронили поодаль от остальных?

– Потому что она не сгорела, как прочие, – раздраженно ответил Вильям. – Она была одной из девушек, служивших у леди Макиннес, и сломала себе шею, прыгнув из башенного окна.

– Возможно, это более приемлемый способ умереть, – спокойно сказал Гэвин, внимательно глядя на аккуратно ухоженную могилу. – Как ее звали?

– Как звали? – Священник прикрыл рукой глаза. – Я не могу вспомнить.

Небо осветила молния.

– Айрис! – вдруг выпалил он. – Точно. Ее звали Айрис.

За вспышкой раздались раскаты грома. Внимание Гэвина привлекла женщина, стоявшая возле капеллы и сжимавшая в руках сложенное белье. Гэвин узнал ее – это была Маргарет, немая сестра управляющего.

Маленький священник пробормотал что-то, что, как подумал Гэвин, должно было быть извинениями, и заспешил к женщине.

Гэвин снова перевел взгляд на могилы у своих ног. Соприкосновение со смертью не было для этого человека чем-то незнакомым. Глядя на земляные холмики, он вдруг осознал, что потеря тех, кого он любил, преследовала его всю жизнь. «Странно, – подумал он, – что эта боль никогда не проходит».

Гэвин Керр никогда не знал своей матери. Она умерла, подарив ему жизнь. Его отец и двое старших братьев были хорошими наставниками – они по-своему любили его и научили быть верным, сильным и храбрым. Но все трое погибли в один день, сражаясь против англичан у Флодден Филд. Сам он был ранен и уже готовился встретить страшный лик смерти. Если бы не Эмброуз Макферсон, спасший ему жизнь, его горло наверняка перерезали бы мародеры, рыскавшие на поле брани. «Значит, не судьба мне была умереть в тот день», – подумал он сейчас, как часто думал об этом и раньше.

Гэвин снова вернулся к плите, которая из-за падающей завесы дождя казалась теперь почти черной. С ее поверхности поднимались едва заметные струйки пара, напоминающие о душах, освободившихся от бренной оболочки.

Глядя на них, Гэвин подумал о другой могиле. В воображении он увидел Мэри, с темными волосами, струившимися по молочной коже и слегка развевающимися на летнем ветру. Она была единственной женщиной, которой он позволил приблизиться к себе. «Странно, – подумал он. – Я провел почти всю свою жизнь на королевской службе. Человек действия, человек войны. Я видел мир и помнил объятия многих женщин. Однако с Мэри я познал нечто другое. Я узнал, что такое единение душ и сердец. Но потом она тоже умерла. Ее жизнь угасла на моих глазах. Она ушла, как и все остальные, которых я когда-то любил».

Внезапно дождь перешел в ливень. Крупные капли, подгоняемые порывами ветра, хлестали Гэвину прямо в лицо.

Еще раз окинув взглядом темную плиту, прикрывавшую могилу, он словно ощутил погасший костер в сердце и осознал ничтожность и пустоту собственной жизни.

Смерть подстерегала всех, кто имел несчастье быть любимым Гэвином Керром.