Заложница миллиардера - Агата Лав

— Что это?

Я вздрагиваю, когда мужчина возвращается и забирает мою ладонь. Просто-напросто берет ее и уводит в сторону, как будто она принадлежит ему и он может делать с ней всё, что ему взбредет в голову.

— Вода.

В моей руке действительно оказывает стакан с водой. Я провожу пальцами и угадываю грани из стекла, а еще капельки влаги.

— Я не просила, — я убираю стакан в сторону, но промахиваюсь мимо столешницы и тот падает на пол.

Черт!

Тонкий звук бьет прямо по нервам, хотя Хозяин никак не реагирует. Я сама жалею, что допустила оплошность, в следующее мгновение. Он делает шаг и осколки с выматывающим треском крошатся под его ботинками.

— Специально или случайно? — спрашивает он.

— Это имеет значение? Накажете, если специально?

— Дам другой, если случайно.

В его голосе нет злости. Это должно успокаивать, но я все равно не могу выдохнуть.

— Почему я здесь? Мне же нельзя на ваш этаж.

— Ты кричала.

Он останавливается справа от меня, опершись бедром на столешницу, и смотря строго на мое лицо. Я тоже поднимаю глаза и замечаю, что отголоски света падают на его профиль и позволяют разглядеть хоть что-то. У него высокие острые скулы и коротко стриженные волосы, под машинку, как любят спортсмены.

— Но вы не спрашиваете “почему”.

— Я спрошу у Когсворта.

Я не могу сдержать нервную усмешку. Конечно, он будет разговаривать со своим человеком, я же здесь на правах диковинной зверюшки, какая разница, что я говорю.

— Только у него? Мои слова не имеют значения?

— Ему я доверяю, а тебе нет.

Ах…

Я отталкиваюсь руками, чтобы спрыгнуть с острова и уйти подальше от него, недоверчивого и скрытного. Успеваю соскользнуть, но мужчина ловко ловит меня и возвращает на место, как будто куклу ставит на правильное место.

— Тебя ничего не смущает? — произносит он хрипло и рывком переносит ладонь на мое правое колено. — Хочешь пораниться?

Он проводит по ткани брюк, и я сквозь жгучую злость вдруг понимаю, что на мне нет кроссовок. Вернее, одного кроссовка. Правого. Я, видно, потеряла его, когда сопротивлялась Когсворту, а он тащил меня к дому. Я только сейчас замечаю потерю и затихаю, осознавая, что Хозяин не дал мне спуститься босой на осколки.

— Когсворт также довел тебя до слез? Оказался рядом, когда ты вздумала калечиться?

Его издевка почему-то бьет по нутру. Надменный тон с холодной интонацией действует как лавина, она сносит жалкие крупицы самообладания, которые я успела собрать. Я вспыхиваю, не веря, что он возвышается надо мной как неприступная скала и потешается над моей слабостью.

— Да, именно так, — я киваю, как заведенная. — Он также держал меня на месте и говорил противные вещи. Только чуть хуже.

Я снова чувствую, что вот-вот расплачусь, но не хочу реветь, как идиотка, перед холодным богачом. Я цепляюсь за край столешницы и пытаюсь отползти в другую сторону, хоть куда-нибудь, лишь бы не чувствовать пронзительный сумрачный взгляд незнакомца.

— Хуже? — в его голосе появляется что-то новое, но я не в том состоянии, чтобы разбирать полутона.

Я отмахиваюсь, на что мужчина грубо обхватывает меня под коленками и подтаскивает к себе.

— Что именно? — рычит.

Из него вырывается агрессия, которая опаляет меня и действует сильнее, чем все грязные угрозы Когсворта.

— То, что вы сейчас делаете, — я собираю все силы, чтобы не заикаться. — Прямо сейчас.

Я бросаю взгляд между нашими телами. На вызывающую позу, в которую он выкрутил меня и вынудил практически лечь под себя.