Личная жизнь тихони Элис - Кэтти Уильямс

Гостиная, которую, как и прежде, использовали чаще других помещений, подверглась небольшому косметическому ремонту. Стены были перекрашены из темно-розового цвета в светло-розовый, а на месте прежней софы с обивкой в цветочек теперь стояла другая. Она хорошо сочеталась с новыми длинными шторами, которые красивыми складками ниспадали на пол.

— Большая часть имения изменилась с… —

Джеймс засмеялся и сел, закинув ногу на ногу; при этом он смотрел на Элис, старательно избегавшую его взгляда, — ну, скажем, с некоторых пор. В восточном крыле находится небольшая галерея, где выставлено несколько довольно редких работ импрессионистов, а также несколько современных. Я проведу вас туда немного позже. Ну и что вы думаете об увиденном? — обратился он к Виктору, глядя при этом на Элис.

Виктор откинулся на стуле и выдал ему четкую профессиональную оценку комнат, через которые они прошли, затем задал несколько вопросов, уточняя размеры поместья, поинтересовался, чем вызвано намерение открыть замок для посетителей, и пожелал узнать, в какой части здания собирается жить Джеймс.

Элис слушала, не участвуя в разговоре, склонив набок голову, как если бы была заинтересована беседой, хотя на самом деле ее мысли блуждали в далеком прошлом: рука Джеймса на ее руке, его изучающие пальцы, необыкновенно радостное чувство влюбленности, счастливые мечты и радужные надежды, которым не суждено сбыться…

Появилась Джен, толкая перед собой старинный столик на колесиках, на котором стоял дорогой китайский фарфор вперемешку с разномастными чашками.

— Спасибо, — сказал Джеймс, заметив, что Джен явно не собиралась уходить. — Я разолью чай сам.

К ужасу Элис, налив ей чай, он, помня ее вкус, добавил туда две ложки сахара, и она почти выхватила у него чашку в надежде, что Виктор этого не заметил.

— Возможно, вам захочется получше осмотреть город, — предположил Джеймс. — Скажем, завтра. Чтобы почувствовать обстановку.

— Хорошая мысль, — согласился Виктор. — Кстати, Элис уже знакома с местностью.

Элис почувствовала, как краска прилила к ее лицу, и попыталась лучезарно улыбнуться Джеймсу.

— Я жила здесь неподалеку, — сообщила она, стараясь подавить спазм в горле.

— Неужели? — Джеймс хмыкнул, заинтересованно подняв брови. — Удивительно, что наши дорожки никогда не пересекались!

Виктор явно что-то чувствовал, однако пока лишь внимательно следил за ними.

— Едва ли они могли пересечься, — холодно обронила Элис. — Мы вращались в совершенно разных кругах.

Если Джеймс полагает, что может играть с ней, будто кошка с мышкой, он глубоко заблуждается.

— Именно так, — с преувеличенной готовностью согласился Джеймс. — И к тому же меня здесь долгое время не было. Школа-пансионат, потом университет.

— Как уже сказал Виктор, я знаю город…

— Как странно! — прервал ее Джеймс.

Элис сделала вид, что не заметила его вмешательства, стараясь при этом не показаться грубой.

— …и с радостью покажу ему окрестности, — продолжила она.

— Я прослежу, чтобы у вас была машина.

— Я приехал на своей, — пробурчал Виктор и, возвращаясь к делу, стал задавать вопросы об истории поместья.

— Будет лучше, если это место станет доступным, — заявил Джеймс, — а то здесь все покрылось паутиной.

— Вы хотите сказать, что собираетесь превратить «Верхние поля» в общедоступное место отдыха? — спросила Элис, ужаснувшись этой мысли, и Виктор нахмурился, глядя на нее.

— В основном это так, — жизнерадостно подтвердил Джеймс, сосредоточив внимание на Элис. — Конечно, перепланировку нужно будет выдержать в определенном стиле, сохраняя исторические традиции этого места. К примеру, можно было бы предусмотреть в проекте бассейн…

— А что, бассейн особенно сочетается с историческими традициями, — ехидно спросила Элис, не обращая внимания на Виктора, который недовольно скривил рот. — Вам никогда не получить разрешение на его строительство.

— Пожалуй, — уныло согласился Джеймс. — А жаль…

У Элис мелькнула саркастическая мысль, что следующим проектом Джеймса станет организация парочки дискотек для привлечения молодежи. Генри перевернется в своем гробу. Он всегда говорил ей, что дом, конечно, великоват, но в нем царят тишина и покой, а это дорогого стоит. Но теперь здесь распоряжается сын Генри, с его идеями о бассейнах, игральных автоматах и дискотеках.

— Вот уж не предполагал, что ты такой крупный специалист по фамильным замкам, — ледяным тоном произнес Виктор, сразу поставив Элис на место. Она покраснела и смешалась.

— Н-нет, конечно, это не совсем так, — и, чувствуя на себе взгляд Джеймса, спросила себя, не мог ли он сказать о бассейне преднамеренно, с тем чтобы подловить ее.

— Тогда, может быть, ты будешь задавать вопросы по существу?

— Конечно, — бесцветным голосом пообещала Элис и не проронила больше ни слова.

Уклониться от осмотра замка ей не удалось, а Джеймс только и делал, что сыпал соль ей на раны: он заставил ее осмотреть все — от ковриков на полу до обоев на стенах, при этом намеренно задавал ей вопросы о том, где она жила раньше, и так часто повторял, что мир удивительно тесен, что через два часа Элис больше всего хотелось убежать куда глаза глядят.

Вечером, устав от хождения по замку, они вновь расселись в гостиной. Не в силах противиться желанию нанести ответный удар, Элис повернулась к Джеймсу и вежливо поинтересовалась:

— А где же миссис Клейдон? Простите, не помню, упоминали вы о том, что женаты, или нет…

Джеймс покраснел.

— Я был женат, — удрученно сказал он.

Элис продолжала вежливо улыбаться, а в памяти всплыл их последний разговор четырехлетней давности.

Что же за женщина была его женой? — спрашивала она себя. Юная аристократка с безукоризненным выговором, превосходно обученная верховой езде? Элис вдруг пожалела о том, что попробовала взять реванш, пытаясь поставить Джеймса в неловкое положение.

Виктор взглянул на часы и сделал уклончивое замечание о том, что они заговорили не о самых приятных вещах. Но Джеймс смущенно продолжал с добродушным видом:

— Это длилось недолго, так уж вышло. — Он издал короткий горький смешок.

Элис кинула недовольный взгляд в сторону Виктора, сидевшего с непроницаемым лицом.

— Теоретически это была идеальная партия. — Джеймс в упор взглянул на Элис. — Жизнь нам всем преподает уроки, не правда ли?

— Некоторые из нас заслуживают их в большей степени, чем другие.

— Я могу поговорить с тобой, Элис? — Голос Виктора был злым и холодным.

А Джеймс продолжал:

— Под конец она была так же рада отделаться от меня, как и я от нее. Развод получился довольно гадким. Идеальная партия оказалась в итоге не такой уж идеальной. А сейчас, если вы простите меня… Ужин будет накрыт в большой столовой в восемь. — Он кивнул им и вышел.