Арабские ночи - Сандра Мартон

Лейла кивнула, и Халил встал.

— Прости… я не хотела, чтобы так получилось…

— Как так?

— Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Я всего лишь пыталась остановить тебя…

— Ты хотела, чтобы я перестал спасать тебя?

— А ты разве пытался это сделать? Своим министрам ты сказал совершенно другое.

Халил улыбнулся.

— Я сказал им то, что они хотели услышать.

Лейла не знала, можно ли ей верить мужчине.

Находясь в этой ужасной стране, она, кажется, потеряла всякое доверие к людям. За любым словом ей мерещились подвох и скрытый смысл.

— Если ты не собираешься мне помогать, лучше скажи об этом прямо сейчас, — решительно заявила она.

— Если я скажу, что буду тебе помогать, то скажу неправду.

У Лейлы замерло сердце. Она не ожидала услышать такой жесткий ответ.

— Что?

— Моя главная задача — помочь отцу. Твоя свобода — это просто приятное совпадение. Приятное для тебя.

Лейла выпрямилась и скрестила руки на груди, закрывая свои набухшие от желания груди.

— Скажи мне прямо: ты отдашь меня Бутрусу или пет?

— Нет, не отдам. Это было бы большой ошибкой. Мой отец пока этого не видит, но скоро он сам все поймет.

Лейла выдохнула.

— Спасибо. Там я подумала на минутку…

— Не надо, — перебил он ее. — Не благодари меня. И ни о чем не думай. Это не твоя обязанность. Просто делай так, как я тебе говорю. Ты сможешь? Молчать и во всем меня слушаться — это все, что от тебя требуется!

— Почему ты говоришь на английском? Ты не похож па меня… ты вообще ни на кого здесь не похож, — сменила тему Лейла.

— Ты права. И запомни: я не отвезу тебя к Бутрусу. Но это вовсе не значит, что я обязательно вывезу тебя из страны. Понятно?

Очень даже понятно и пугающе.

— Ответь мне, женщина. Ты будешь слушаться меня?

Лейла подняла голову и взглянула на него сквозь пелену слез.

— Да. Я все поняла.

Неужели? Халил сильно в этом сомневался. Если она действительно выросла в Штатах, то она скорее всего совершенно не понимала, что тут происходит.

Ему необходимо добиться от нее полного послушания. Нельзя допустить повторения подобной сцены в постели. Это слишком напрягает. И ему с каждым разом все труднее удержаться от естественного продолжения. А сейчас даже мысль о сексе — непозволительная роскошь!

Его план может дать трещину, если он будет постоянно взирать на нее и думать о том, как она выглядит без одежды. Думать о ее тугих грудях, шоколадных сосках, шелковой коже, золотистых волосах…

Господи, он теряет разум! Ничего удивительного! Инстинкт — вещь жестокая. И справиться с ним нелегко. Тут и рассуждать нечего!

Сейчас необходимо продумать, как выпутаться из этой истории целыми и невредимыми.

Джал необычайно умен. Он очень скоро поймет, что Халил что-то задумал. Но чем позже он догадается, тем лучше. Сейчас каждая минута играет на них.

Он взглянул на женщину, которая лежала на диване и внимательно наблюдала за каждым его движением. Халил открыл свой гардероб, взял несколько вещей и кинул на кровать.

— Одевайся.

Лейла изумленно взглянула на него.

— Я одета.

— Можешь воспользоваться вон той комнатой.

— Я же сказала, что уже одета.

Халил оглядел ее с ног до головы. Лейла вздрогнула. Почему один его взгляд заставляет ее чувствовать себя полностью раздетой?

— Ты не можешь так путешествовать.

— Путешествовать куда? Ты же сказал, что не…

— Одевайся, — прошипел он. — Или мне придется тебе помочь.

Лейла бросила на него яростный взгляд и взяла одежду. Она оказалась мужской.

— Твои вещи мне не подойдут.

— Уверен, стилисты простят тебя.

— И здесь нет нижнего белья. Я не могу…

— Можешь. И будешь.

Лейла посмотрела на него. Он посмотрел на нее. Она вздохнула и направилась в ванную.

— Мне нужен пояс, иначе джинсы спадут. И что насчет обуви?

Хороший вопрос! Халил взглянул на ее маленькие аккуратные ножки в сандалиях. Его обувь можно даже не примерять. Ботинки спадут с нее, как только она сделает первый шаг.

— Пояс поищи в шкафу. А про обувь можешь забыть.

— Я не могу идти без…

Лейла ахнула, когда Халил схватил ее за руку и притянул к себе.

— У тебя такая короткая память, дорогая, что мне становится не по себе. Я же сказал: если не хочешь замуж за Бутруса, во всем доверься мне. Не думай. Не спрашивай. Делай, как тебе велят. Запомнила? Или…

— Или что, принц Халил? Прикажешь меня избить? Уже не впервой!

Халил нахмурился.

— Хочешь сказать, что тебя били? Кто?

— Забудь. Сейчас это не имеет никакого значения. Кроме того, ты сам сказал, что я нужна тебе, чтобы спасти отца от ошибки. Думаю, навредив мне, ты испортишь весь свой план.

— Есть много других способов справиться с непокорной женщиной, — Халил взял ее за волосы и оттянул их так, что Лейле пришлось откинуть голову назад и взглянуть ему прямо в глаза. — Перечислить их? — (Лейла молчала.) — Пойми: у тебя нет козырей. Чем скорее ты признаешь это, тем больше у тебя будет шансов на спасение.

— Когда мама сказала, кто мой отец, я решила изучить традиции этой страны, — прошептала она.

— Можешь дальше не рассказывать, — саркастически сказал Халил. — Ты купила роман о шейхах и поверила каждой строчке.

— Я потратила на это много времени, но однажды все же решилась начать учить ваш язык, — продолжила Лейла, не обратив внимания на его замечание. — К сожалению, выучила немного.

Халил насмешливо поднял бровь. Похоже, ругаться она научилась уже здесь.

— Возможно, я приложила недостаточно усилий. Или инстинктивно мой мозг не хотел учить язык страны, в которой так подло поступили с моей матерью. Но я все же выучила несколько полезных фраз от парня, который учился вместе со мной.

— Это ты уже доказала.

— Не совсем. Я только что вспомнила еще кое-что, — сладко улыбнулась она. — Например…

И она высказала заученную фразу ему прямо в лицо.

Халил не сразу понял, что она имела в виду. Окончание глагола было не то, и ударение в существительном падало не на тот слог, но все же он смог разобрать, что она посоветовала ему заняться неким действием одному, без участия женщины.

Несмотря на столь возмутительное оскорбление в свой адрес, Халил едва не рассмеялся. Но понимал, что это будет ошибкой.