Случайные поцелуи - Сандра Хьятт

С запозданием Лекси сообразила, не должен ли Адам идти на первом месте в этом списке?

— Проклятье, Адам! — неожиданно донесся до нее голос Рейфа. — Разве не ты должен быть здесь вместо меня? — Рейф не заметил, как вернулся к террасе, шагая от края до края декоративной изгороди. Лекси не могла видеть его за высокими плотными кустами, но слышала отчетливо. — Если подумать — да, но… — Его голос снова зазвучал чуть глуше. — У меня есть своя жизнь и свои планы. — Рейф не произносил ее имя, но Лекси нисколько не сомневалась, что речь идет о ней. — И должен сказать, что мои планы куда интереснее того, чем я вынужден здесь заниматься, выполняя твое поручение. — В животе у Лекси все вдруг сплелось в тугой узел, так как она начала догадываться, о чем конкретно шла речь. — Вся эта ситуация… Это просто нелепо! — В голосе Рейфа послышалось нескрываемое презрение. — Не могу понять, то ли коварная, беспомощная, наивная молодая женщина…

Стэнли прочистил горло.

— С другой стороны, — сказал он, заглушая голос Рейфа, — может быть, вы и правы. Принц Квак — не так уж далеко от истины.

Лекси улыбнулась, а потом и засмеялась, благодарная Стэнли за эту поддержку, тем более что до этого момента он никогда не позволял себе критиковать кого бы то ни было, причем так откровенно.

«Ну и что из того, что сказал Рейф? — внушала себе Лекси, убеждая себя не принимать его слова близко к сердцу. — Почему меня должно заботить мнение этого человека?» И все же, несмотря на самовнушение, Лекси чувствовала себя задетой. Ей было больно сознавать, что он ее презирает.

Неожиданно до нее дошел весь смысл его слов. И как она не заметила этого несовпадения раньше? Рейф произнес «коварная», а вслед за этим «молодая и наивная». Что Рейф хотел этим сказать? Разве одно не исключает другое? И вообще, Лекси не считала себя наивной. Да, может, она иногда идеалистически смотрит на жизнь, но она никак не наивна. И что значит «коварная»? Ей нравится Адам. Она надеется его полюбить и рассчитывает на ответную любовь. По мнению Рейфа, это — коварство?!

Рейф стоял у лимузина под палящими лучами солнца. Алексия опаздывала уже на десять минут. Все было готово к отъезду — ее вещи уже лежали в багажнике автомобиля. Единственный, кто отсутствовал, была она сама. В очередной раз взглянув на широкую лестницу, он наконец увидел, как распахнулась дверь, из которой вышел дворецкий. Один.

Рейф подавил вспыхнувшее раздражение:

— Где она?

— В доме мисс Алексии нет, сэр, — бесстрастным голосом хорошего дворецкого ответил Стэнли.

— Тогда где она может быть?

— Скорее всего, на верховой прогулке. Я посмотрел в конюшне. Одна из лошадей отсутствует, хотя никто не видел, чтобы мисс Алексия уезжала. Боюсь, она забыла про время. Такое с ней часто случается, когда юная леди отправляется гулять.

Рейф снял с себя пиджак и бросил на сиденье:

— Отведите меня в конюшню.

— Конечно, сэр.

Рейф взял с собой конюха, который знал обычный маршрут Лекси. Через полчаса езды верхом они увидели ее у озера. Лекси сидела на бревне, обхватив колени руками, и смотрела на блики, танцевавшие на водной глади. Позади нее щипала траву гнедая кобыла.

— Можете возвращаться, — сказал Рейф конюху.

Тот кивнул и повернул свою лошадь назад. Рейф несколько минут молча смотрел на Алексию. Солнечный свет играл в рыжеватых волосах девушки, делая ее неотразимой. Она сидела неподвижно, напоминая ему одну из тех картин, которых Рейфу достаточно пришлось перевидать, открывая то одну, то другую галерею. Ее странная неподвижность и опущенные плечи говорили о тяжелых думах, и это его встревожило. Лекси казалась такой одинокой и грустной… Или виноватой?..

Спрыгнув с лошади, которая тут же опустила голову и стала щипать траву, Рейф неслышно подошел к Алексии и сел рядом так близко, что их плечи почти соприкасались. Увидев ее ноги в блестящих начищенных сапогах, он почему-то вспомнил о том, как вчера держал ее маленькие ступни в руках…

— Прошу прощения, — тихо сказала Лекси. Она так сильно сцепила пальцы, что они побелели.

— Не стоит. Такое со мной не в первый раз. Я привык к тому, что женщины заставляют меня ждать, — сказал Рейф. Он знал, что Алексия извиняется не за то, что ему пришлось отправиться на ее поиски. — Если честно, то это в третий раз, а первые два раза меня заставляла ждать сестра. — Рейф перевел взгляд на Лекси, но ее лицо было скрыто за блестящим рыжевато-золотистым покрывалом волос. Все же ему показалось, что ее губы тронула беглая улыбка, словно Лекси благодарила его за эту попытку ее рассмешить. — Хорошо еще, что мы можем опоздать, наш самолет не взлетит без нас.

— Я не могу ехать.

Тревожное предчувствие Рейфа усилилось. Что бы это ни было — каприз, запоздалые сожаления или что-то еще, но он должен доставить ее в Сан-Филиппе!

— Почему нет? Все уже готово. Твои вещи уложены. Машина и самолет ждут только нас. Ты боишься летать? Но наш пилот — один из самых лучших.

Рейф заправил прядь волос ей за ухо, вглядываясь в сосредоточенное лицо в поисках улыбки, но ее не было.

— Ты был прав, — словно не замечая его взгляда, сказала Лекси. — Все это просто нелепо. Ни один нормальный человек на такое не пойдет. Боюсь, я настолько свыклась со своей мечтой, что не позволяла себе думать ни о чем другом.

Значит, она действительно слышала его разговор с Адамом!

— Алексия, я редко отношусь к чему-нибудь серьезно, поэтому ты не должна принимать всерьез все, что бы я ни сделал или ни сказал. — Именно так, зная Рейфа, и поступали члены его семьи. — Тебя ведь влекло к Адаму, правда?

— С двенадцати лет, — кивнула Лекси.

Рейф удивленно присвистнул. Ничего себе! Питать тайную симпатию к кому-нибудь столько лет! Теперь понятно, почему четыре года назад она поцеловала его — принимая за Адама, — с той восхитительной смесью страсти и подкупающей невинности.

— Глупо, да? — спросила Лекси с кривой улыбкой.

Про себя Рейф был согласен с ее собственной оценкой, так как в то время Адам был увлечен дочерью посла — молодой знойной красоткой, которая была на десять лет старше Алексии и в разы превосходила ее в искушенности. Даже сейчас, насколько мог судить Рейф, его брат был согласен вступить в брак с Лекси главным образом из чувства долга. Но Алексии он сказал совсем другое:

— Чувства не подчиняются разуму.

Лекси кивнула:

— Иногда мне кажется, что мое увлечение Адамом началось еще раньше, когда мне было восемь лет. Ты тогда посадил мне на колени лягушку. Я даже не успела закричать, так как Адам быстро сбросил ее с моих колен.

Рейф улыбнулся:

— Артур. — И когда Лекси непонимающе посмотрела на него, объяснил: — Лягушка. Ее звали Артур.

Глаза Лекси расширились от изумления.

— Ты хочешь сказать, что лягушка… была домашней?