Ревность хулигана - Елена Рейн

На остановке было пусто. Вышла и повела плечами, ощущая холод. Еще бы, не в брюках ведь. Я любила платья, но смысл их покупать, когда некуда надеть. Да и при моей работе это лишние расходы. Вздохнула и пошла вперед по дорожке, когда услышала детский крик:

– Кристина! Кристина!

Обернулась и увидела Панову Ольгу с Милой, ее маленькой дочуркой. Ольгу можно без прикрас назвать красавицей: длинноногая, стройная, с хорошими формами и ангельским лицом. Дочка была ее маленькой копией со звонким голоском. Малышка увидела меня и бросилась прямиком ко мне с криком:

– Тетя Кристи! Тебя Кристи, подожди!

Подхватила ее на руки и начала кружить, улыбаясь от ее смеха. Остановилась и щелкнула по носику.

– Как дела, егоза?

– Хорошо! Только мама опять задержалась. Тетя Оля так громко ругалась.

Посмотрела на измученную Ольгу, тянущую за собой большой пакет с продуктами, и спросила:

– Ты как?

– Не спрашивай… – сказала она и наконец-то дошла до меня. Остановилась и опустила пакет. – Ты как?

– Средней паршивости, но об этом не сейчас.

– А где твой?

– До сих пор на вахте.

– Миллионы зарабатывает? – весело уточнила.

– Это другие зарабатывают, а этого вечно обманывают. Я уже закормленная очередными обещаниями, а по факту ноль.

– И когда вернется?

– Да не вернется он, как оказалось, если только опять через вахту. Поедет к родственникам. К брату. Сказал, что долго не видел, а оттуда опять в свой Когалым, на месторождение. Я тоже его не вижу. Дочь даже не в курсе, что папа – это член семьи, она его не видит. В садике заявила, что это дядя, который по телефону говорит, что любит нас, но у него не получается приехать. Представь?

– Да уж…

– А как на работе?

– Да работы столько, что можно ночевать в банке. Все то в декрете, то на больничном. Уже надоело. Потребительские кредиты на мне. Теперь Анна уходит, и меня поставят на ипотечные проекты. В общем, в кабинете можно жить. За Милкой некому смотреть. Хочется отдохнуть, но Татьяна Валерьевна напомнила о том, что они приняли меня с условием, что я не ухожу в декретный и на больничный.

– Завтра выходные, выспишься.

– Удаленно буду работать, но все же не на работе. Кстати, заходи к нам на чай завтра. Я блины хочу напечь или пирог. Надеюсь, с этой работой я не забыла процесс.

– Думаю, точно не забыла.

– Слушай, я хотела с тобой о твоей сестре поговорить…

– Что случилось?

Тут она замялась, а в следующую секунду заинтересованно выдала:

– Это к тебе?

Посмотрела вперед и увидела Костю. Он стоял у своей машины и ждал.

– Да.

– Твой жених?

– Не знаю…

– Ты бы под окнами с ним не стояла…

– Из-за сестры?

– Завистливая она у тебя. К тому же, зная вашу ситуацию, сомневаюсь, что ты сказала про нее.

– Нет.

– Ну вот, так что поменьше с ним тут тритесь.

Кивнула и спросила у малышки.

– Ну что, будем прощаться?

– А ты в гости к нам придешь?

– Обязательно! – пообещала и поцеловала ее в щечку, в то время как она обняла меня за шею.

– Жду на блины, – весело напомнила Оля.

– Ага. Непременно!

Ольга приняла дочь и, поставив на ноги, поспешила с ней в подъезд. Я же поплелась к Косте. Чувствуя злобный взгляд, обернулась и увидела в окне Валерию. Она наблюдала.

– Пройдемся? – предложила Ширяеву.

Он кивнул и пошел за мной.

* * *

– Почему ты сбежала?

– Не поладила с твоим Сергеем, – с грустью ответила, вглядываясь в темные деревья. Совсем стемнело.

– Плевать на него, – произнес Костя, останавливая меня за руку. – Ты со мной пришла…

Так дело не пойдет. Пора рассказать про мое личное проклятие.

– У меня есть сестра-близнец, – нехотя призналась.

– У тебя? Неожиданно!

– И она… не такая, как я. Валерия с детства умела расположить к себе, быть всеобщей любимицей… для всех, но меня она возненавидела. Сестра подставляла всегда и везде.

– Почему ты рассказываешь о ней?

– Сегодня она видела нас. Если Валерия подойдет к тебе, ты поймешь, что она не я. И еще… в этом случае я прошу переговорить со мной, а не слепо верить ее словам.

Тут он перехватил за талию, притягивая к себе.

– Я никогда не поверю другой, обещаю.

Я не верила обещанию жениха. Неправильно, но так. Вероятно, потому что еще ни разу мне никто не верил после слов сестры. Я слишком грубая, дерзкая, неправильная, не такая, как моя идеальная копия. Я никого не знакомила со своей семьей, но сестра все равно отнимала у меня все. Просто играючи, показывая, что за любовь я принимаю фальшь, что никому не нужна, что любой из них спокойно променяет меня на нее. Единственной, кто знал мою семью в настоящем ее обличии, это Оля.

– Кристина, объясни мне сегодняшнюю ситуацию. Я не могу принять, что ты ушла.

Сглотнула и прошептала:

– Сергей решил, что я это моя сестра, – выдавила из себя.