Понарошку? - Ирина Воробей

Парень выглядел озадаченным. Смотрел на собственный член так, будто впервые видел. Он сделал движение тазом, и член, как резиновый, качнулся вверх-вниз несколько раз, но не упал. На губах Золотова медленно проявлялась улыбка. Он глянул в сторону, в зеркало, и еще раз потряс членом. «Господи, как же ты самовлюблен», – с толикой омерзения подумала Саша.

– Давно так стоишь? – оглушил ее вопрос.

Девушка вздрогнула и толкнула дверь легонько вперед. Та медленно раскрывалась, выводя ее из тени. Краска с той же скоростью заливала лицо.

– А ты? – решила напасть в ответ.

Золотов посмотрел на себя, вздохнул и закатил глаза от досады. Но прикрываться не стал, хотя спасение лежало на плечах. Только поднял руки и посмотрел в глаза. Саша превратилась в моргающую статую.

– Слушай, я не извращенец, ладно? Да, выгляжу как идиот… Просто… – парень увел лицо в сторону и зажевал губы. – Блин… у меня месяц не вставал.

– Оу.

Саша повела плечами. Захотелось спрятаться опять за дверью. Такая откровенность смущала гораздо сильнее голого члена. Потом ее осенило.

– Это… из-за меня так, что ли?

Сердце рвалось наружу, к объекту своего обожания, билось в истерике. В сладкой истерике. Радовалось неимоверно, хотя девушка толком не понимала, чему именно.

– Не знаю, – Золотов пожал плечами, вскинув брови. – Может, потому что поплавал. Я полгода не плавал. А это единственное, что я в жизни люблю.

Саша улыбнулась. Неловкость еще кусалась, но на душе потеплело. Тело расслабилось. Даже ирония заработала.

– Надеюсь, ты в бассейне не эякулировал.

– Не бойся, не сегодня, – парень коротко посмеялся.

На несколько секунд воцарилось молчание. Улыбчивое. Саша сама едва сдерживала улыбку и краем глаза видела, как он делает то же самое. К ее удивлению, и Золотова одолел стыд, румянил обычно бледные щеки. Парень отошел к единственному открытому шкафчику и стал одеваться.

– Вообще, конечно, ты бесцеремонная, – заметил он, пытаясь запихнуть стоячий член в облегающие боксеры.

– Извини, я… – Саша только теперь додумалась отвернуться. – Дверь была открыта, я думала, ты ушел.

– Чего хотела?

– Ну, все того же, – выдохнула она. – Интервью.

– Думаешь, за пять минут что-то изменилось?

– Тебе же не обязательно отвечать на все вопросы откровенно, – девушка опять обернулась и увидела, как он натягивает толстовку на голый торс.

Шрам подробнее разглядеть не удалось. Золотов быстро его прикрыл и посмотрел опять не по-доброму.

– Я вообще не хочу отвечать ни на какие вопросы.

– Твой уход из спорта как-то с этим связан? – она кивнула в целом на него, но оба поняли, что дело в шраме.

– Я же сказал, я это не комментирую.

Парень швырнул костюм в пакет и сунул вместе с полотенцем в рюкзак. Собачку на молнии дернул сильно, чуть не оторвал.

– Но почему? Зачем делать из этого тайну?

– Потому что мне так надо, – ответил он по слогам и выпрямился. Развернулся и пошел на нее к выходу.

Саша вздохнула и расставила ноги на ширине плеч. Хотела занять позицию потверже, решила, что не выпустит его так запросто. Когда он уперся в нее, замерев в полушаге, спросила:

– Ты этим специально побольше внимания к себе пытаешься привлечь? – девушка подумала, что заденет его самолюбие, и приподняла рыжую бровь.

– Не специально, – голос опять звучал холодно. – Я, наоборот, устал от этого внимания. И ты меня тоже, пожалуйста, в покое оставь.

Он шире раскрыл дверь и, обогнув ее, вышел из раздевалки. Саша пыхнула от досады и побежала следом.

– Хорошо, я не буду спрашивать про причину ухода. Просто расскажи, как живешь после.

Золотов шагал быстро и за раз пересекал не меньше метра. Саша семенила за ним.

– Хреново.

Его ответ ее почему-то остановил.

– Что?.. – снова его догнала и спросила осторожно. – Почему?

– Романтики, блядь, не хватает, – сорвался и резко повернул к ней голову, остановился сам и ее застопорил. – Сама как думаешь? Тебя лишат смысла жизни, ты очень будешь счастлива?

Прищур голубых глаз пилил ее пополам невидимой проволокой. Саша поежилась и опустила виноватые глаза. Чувствовала себя глупой. Подтянула лямку сумки, встряхнула в ней всю мелочь. У нее отродясь этого смысла не было, и она не чувствовала себя несчастной. Пока даже его не искала.

– Извини. Тороплюсь. Не приставай ко мне больше.

Золотов отмахнулся от нее одной рукой и зашагал еще быстрее. Девушка и не пыталась за ним увязаться. Провожала взглядом. Чувствовала, как нарастает тоска. Не собственная, эмпатичная.

Домой она вернулась в растерянных чувствах. Произошедшее в бассейне ее одновременно вдохновляло и удручало. Было мало. Хотелось еще. Общаться с ним, пусть даже перекидываться колкостями, зато смотреть в голубые глаза напрямую и покрываться его прикосновениями, как мурашками. Испытывать щекотку на пальцах и вязкость внизу живота. И наблюдать его возбуждение вперемешку со смущением. Хотя Саше больше верилось в то, что у него встает на плавание, чем на нее.

Сидеть спокойно в комнате она не могла. Опомнилась, наконец, что так и не отблагодарила спасителя. Следовало как-то выразить спасибо. Хотя бы из вежливости. А еще, чтобы был лишний повод с ним поговорить.

Девушка пришла на кухню, где мама в очках вчитывалась в мелкий шрифт на упаковке коктейля.

– Думаешь, там под звездочкой будет написана вся правда о составе? – Саша улыбнулась.

Мама вздрогнула от неожиданности и сняла очки, зажмурив глаза.

– Очки пора менять, – посетовала и отложила их на стол. – Хотела проверить сертификат качества.

– Я уже проверила, – хмыкнула Саша. – Действительный. Но знаешь… я вот сегодня действительную справку в бассейн за пятьсот рублей купила. Так что…

Мама покачала головой неодобрительно, а потом опустила уголки губ.

– В бассейн? С чего вдруг?

– Да вот… – девушка почесала еще мокрый затылок и рассказала маме весь сегодняшний день от появления новенького до своего спасения в бассейне. Только про стоячий член и массаж ног говорить постеснялась. – Хочу его отблагодарить печеньем. Поможешь?

Она прильнула к матери и обхватила руками за плечи.

– Ну, куда ж я денусь, раз тут такое, – мама чмокнула ее в висок. – Говоришь, чемпион мира? А папе рассказывала?

– Да. Он его знает, ну, в смысле, болел за него.

– Ох, если у вас все получится, отец будет счастлив, – мама сама засияла от радости, будто умела производить солнечный свет.

Саша вздохнула.

– Да вряд ли. Он слишком классный, чтобы влюбиться в меня.

Мама вытянула лицо.

– С чего это?! Да за всю историю человечества еще не родился тот достойный, который заслуживает твоей любви!

– Приятно, конечно, это слышать от самого объективного человека в мире, – рассмеялась Саша, но расплылась в