Брачные игры драконов. Часть 3 - Анна Алексеева

Ледяная драконица со вздохом приняла человеческий облик и примирительно произнесла:

– Давайте перестанем угрожать друг другу, соберёмся вон за тем столом и всё обсудим. Да, Аманда?

Настоятельница фыркнула.

– Сначала дождёмся всех остальных.

– И позовите Совет, будьте добры, – добавила ледяная драконица. – Места здесь всем хватит.

Джеферсон раздражённо выдохнул и, не оборачиваясь, приказал:

– Туман, созови старейшин сейчас же.

– Сию минуту, мистер Джеферсон, – раздался позади голос собрата.

– И прикажи своим цепным псам принять человеческий облик. Разговаривать в такой обстановке я не согласна, – надменно произнесла настоятельница, шагая к выбранному столу на двадцать персон.

– Пока все не будут здесь и не перестанут угрожать Храму, они будут стоять настороже.

– Храм всё ещё нас боится? – настоятельница села на первый попавшийся стул, обернулась к нам вполоборота и закинула ногу на ногу, сцепив руки замком на колене. – Глупенький какой, теперь уже поздно что-либо с ним делать. Силы Виригии вы уже высосали, назад пути нет.

Джеферсон не спешил присаживаться за стол переговоров. Он остался стоять рядом со столом, поглядывая на подлетающих дракониц, и пальцы его были напряжены. Бросив на него короткий взгляд, я убедился в том, что кожа Архонта начала поблёскивать металлом – и вновь сосредоточился на гостях.

Я был ещё совсем птенцом, когда это произошло. Драконицы Далёких Стуж объединили свои силы, стремясь уничтожить Сердце Храма, якобы для предотвращения истощения Виригии. И теперь храм боялся их, его стены вибрировали, призывая нас защитить его.

– Мы выполняли задание Праматери! – возразил Джеферсон. – Она бы не допустила уничтожения мира!

– Согласись, в этом были некоторые сомнения после того, как она прокляла собственных потомков. Впрочем, именно о ней мы и хотели поговорить.

В это время драконицы долетели, и теперь одна за другой врывались в зал сквозь арки, поднимая в зале вихри. Останавливаясь внутри, они осматривались, оборачивались в женщин и проходили за стол, чтобы устроиться рядом с настоятельницей.

Последней влетела чёрная драконица. Её чешуя отливала серебром, миндалевидные глаза были подчёркнуты изящными белыми линиями – и я с трудом подавил желание выйти из боевой стойки. Она тем временем приняла человеческий облик. Тёмные, когда-то иссиня чёрные волосы, теперь казались серыми из-за частой седины, но они по-прежнему осыпались густыми волнистыми прядями на шею. Глаза всё так же весело смотрели на мир, хотя губы были серьёзно поджаты. На короткое мгновение наши взгляды соприкоснулись, и я заметил короткую улыбку, которую драконица тут же скрыла и поспешила за остальными.

Я с трудом узнавал собственную мать, которую не видел так давно, что почти забыл, как она выглядит и как звучит её голос. Единственная женщина, которая не отказалась от меня, несмотря ни на что, и наверняка большая часть её седых волос были подарены мною.

А ведь ей всего шесть сотен лет. Как рано она постарела.

– Вот мы и на месте, – провозгласила настоятельница. – Можете присаживаться.

Джеферсон неторопливо отошёл от стола, жестом призывая нас к себе. Жрецы стянулись в небольшой круг, и Архонт негромко произнёс:

– Сумрак, Циклоп, Шрам и Стайлз – остаётесь со мной. Внимательно следите за монашками, я не представляю, что от них можно ожидать. Остальные распределитесь по плану “тихая заводь”.

Ни единым жестом не выказав, о чём шла речь, мы молча разошлись в разных направлениях. Следуя приказу, я занял место примерно по центру стола напротив женщин, чтобы видеть каждую из них. Джеферсон сел во главе стола, рядом с настоятельницей. Руки его всё ещё блестели металлом – он ей не доверял.

– Что ж, – произнесла она, когда все оставшиеся в зале заняли свои места за столом. – Пока мы ожидаем старейшин, поведайте мне о последней связи с Праматерью

– Это было всего десять часов назад, а вы уже здесь, – заметил Джеферсон. – Вы подозрительно хорошо осведомлены.

– У меня есть свои источники, мальчик, – усмехнулась настоятельница. – И если бы я хотела сделать что-то с вашей ненаглядной малышкой, то её давно уже не было бы в живых.

Джеферсон был хорошей заменой Мастеру. У него ни единый мускул на лице не дрогнул ни от её слов, ни от пренебрежительного тона. Вместо ответа он хлопнул по колокольчику на столе, и звон его понёсся по глухой трубе в глубину храма.

– Вы провели в пути несколько часов, – произнёс он в ответ на вопросительный взгляд настоятельницы. – И наверняка проголодались. К тому же, холодный чай способствует продуктивной беседе. И всё же, прежде чем мы поделимся с вами информацией от Праматери, может, всё-таки объясните причину своего неожиданного визита?

– Кхм, – кашлянула настоятельница, и положила руки на стол. – Что же, к делу, так к делу. Нам стало известно, что у вас возникли определённые трудности. Признаться, я успела изменить свою позицию относительно затеи с Сердцем Храма, и даже болела за успех кампании. Если вы сейчас провалитесь, позволив Избранной погибнуть, всё будет зря. Я этого допустить не могу.

– Не вы ли пытались уничтожить Сердце, чтобы у нас ничего не вышло?

– К этому вопросу мы вернёмся в том случае, если спасти малышку не удастся. Тогда у вас не останется иного выбора, кроме как последовать нашему пути.

– Вы думаете, что сможете спасти Избранную? – иронично вскинул бровь Джеферсон. – С ней работает один из лучших врачей Виригии.

– Этот врач такой же мальчик, как и ты сам. Сколько тебе? Пять сотен? Семь? Ты и не знаешь, на что способна драконья кровь, особенно если речь идёт о золотой драконице, которую вы умудрились притащить в наш мир.

– Удивите меня, – Джеферсон склонился над столом, скрестив пальцы. Настоятельница подалась навстречу:

– Сначала вы – меня. Расскажите о Писании.

– Что ж, – усмехнувшись, он откинулся к спинке стула и принял расслабленную позу. – Слушайте. Большой тайны в этой истории нет.

И он принялся в подробностях пересказывать всё, что мы успели увидеть в Святилище до того, как Лиза потеряла сознание. Все женщины напряжённо молчали, так внимательно глядя на Джеферсона, что он должен был уже задымиться, и только одна из них – Мелисса Артас – то и дело бросала на меня короткие взгляды миндалевидных глаз.

Когда Джеферсон закончил, в зале воцарилась тишина.

– Выходит, мы были правы, – произнесла грозовая драконица, постукивая пальцами по столу. – Праматерь действительно жива, и действительно существует в нашем мире.

– Если бы сомневались в её существовании, мы бы не основали Храм Богини, – заметил Джеферсон, и настоятельница раздражённо махнула рукой:

– Называть её Богиней крайне