Что скрывают лжецы - Сара Ней

У неё загорелая, изящная и гладкая шея.

Какой ее и помню.

Проклятье, держу пари, она также приятно пахнет.

В обычных джинсах и простой чёрной футболке, нет никаких сомнений в сходстве между Табитой и её братом теперь, когда они в одной комнате. Оба высокие с темновато-блондинистыми волосами, у них одни и те же ярко-голубые глаза и рост; но если Кэл сильный и суровый — грубоватый — с вечным фингалом под глазом и покрытой шрамами от регби губой, то Табита имеет все женственные изгибы и тонкие черты лица.

Две недели назад, когда я сказал, что у неё костлявая задница, то соврал.

Она самое очаровательное создание, которое я когда-либо видел.

Она пишет грязные любовные романы и работает в строительной компании.

Она назвала меня до смешного привлекательным — смехотворно привлекательным. Что это вообще значит?

Я продолжаю наблюдать за ней, дожидаясь, когда её притяжение ко мне проявится каким-то образом — кокетливый взгляд в моём направлении, застенчивая улыбка. Дерьмо, мне будет достаточно зрительного контакта.

Она ничего мне не даёт.

Если Табита Томпсон запала на меня, она ясен пень скрывает это лучше других; она бегает от меня, как от чумы с тех пор, как шагнула ногой в туфлях на высоком каблуке через входную дверь моей квартиры.

Нужно отдать ей должное — она скрытная в этот раз. Я говорю про отменный уровень бегства. Моя квартира не большая, но каким-то образом она смогла от меня ускользнуть, как яростный соперник в игре «Мортал Комбат».

Не хочу хвастаться, но я чертовски хорош в этой видео игре. Я запросто наберу 300 уровень, это фигня против любого тридцатилетнего и надеру их технически подкованную задницу. Ох, вы говорите, что «Мортал Комбат» не имеет уровней? Полное дерьмо. Они появляются, когда я играю — я настолько крут, что создаю уровни.

Прошла всего неделя с тех пор, как я натолкнулся на её книгу в «Блумин Граундс» и две недели, когда мы с Грей встретились с ней в магазине. Но с того момента, как приехала на новоселье, она избегает меня, притворяясь, что не взволнована моим присутствием.

Как сейчас, к примеру, Табита кружит вокруг стола с закусками, уставившись на сэндвичи и набирая начос, словно официантка в баре и это её работа. Она, вероятно, даже не собиралась есть ничего из этого. Она просто не хочет повернуться и обратить на меня внимание.

Словно я не заметил её нежелание находиться в одной комнате. Я захожу в комнату, она выходит. Я передвигаюсь по комнате, она переходит на другую сторону. Кошки-мышки.

В моём чертовом доме.

Дерьмо, теперь она заставляет меня нести херню.

Эта маленькая игра в прятки сводит меня с ума.

— Ты слушаешь? — Локоть ударяет мою грудную клетку, моментально ошеломляя меня. Наконец кивая на что-то сказанное Дексом рядом со мной, я поворачиваюсь к Кэлу и возвращаюсь к их разговору.

— Прости, что ты говорил?

Парень моей сестры прослеживает движение, оглядываясь на сестру, а затем на меня. Он делает небольшую паузу, прежде чем ответить.

— Я спросил Декса, придёт ли он с тобой ко мне на матч против Пердью через две недели. Он сказал «нет».

Декс дергает стильный галстук-бабочку вокруг горла.

— Не могу. Моим сестрам нужно кое-что сделать.

У него шестнадцатилетние сёстры близняшки.

— Вечер открытия классного мюзикла, — объясняет он. — Должно быть не всё так плохо. В этом году они делают...

Рассеяно кивая, я перестаю слушать, чтобы краем глаза наблюдать за Табитой. Она прислоняется к дальней стене гостиной, удерживая чудовищную тарелку чипсов и овощей, улыбаясь чему-то, что говорят мои тётя Синди и кузина Стелла. В этот момент, её язык скользит между вишнёво-красными губами, облизывая уголок рта.

Мой взгляд не оторвать.

— Ладно, давай перейдем к сути дела, — прерывает низкий голос Кэла, вместе с ещё одним быстрым толчком в грудную клетку. — Что происходит между тобой и моей сестрой?

— Ничего.

Он не жалеет слов.

— Херня. Я наблюдаю за вами и за тем, как она пытается сбежать от тебя весь вечер.

Как ни странно, я понимаю каждое слово, которое он только что сказал. И поскольку он поднял эту тему, я мог бы также спросить.

— Ну, и что?

Я почтительно скрещиваю руки на груди, продолжая пялиться на Табиту.

— Ладно, теперь я понял. — Кэл опрокидывает пиво и тяжело сглатывает. — Не удивительно, что она не хотела приходить.

Моя голова оборачивается.

— Что, черт возьми, это значит?

Ублюдок забавно смеётся.

— Грей буквально заставила её.

— Почему?

Он пожимает широкими плечами.

— Потому что. Видимо ей до сих пор стыдно из-за обвинения Грейсон в измене мне с тобой или типа того. Мы перешли к тяжелой артиллерии, чтобы привезти её сюда.

Ради всего святого.

— Что это значит?

— Это значит, что мы дали ей чёртову взятку, чтобы она пришла. Мы знали, что рано или поздно вам придётся снова увидеться и решили, что она может справиться с этим. Грей поклялась, что она вернётся домой провести девичник с подругами Таб. Ох, мы также пообещали, что сегодня ей не нужно будет с тобой говорить. — Он мягко проводит двумя пальцами по левому глазу, который потемнел от свежего ушиба и зашит черной ниткой. — Тем не менее, мы в буквальном смысле запихнули её в грузовик. Я чувствовал себя чертовым похитителем, разве что без вызывающего тревогу наблюдательного фургона.

Прекрасно.

Но могу ли я сказать кое-что? Две недели назад она назвала меня до смешного привлекательным — не говоря уже о том, что пожирала конкретно меня глазами в магазине. Чертовски верно, она пожирала. Следовательно, она запала на меня.

Как будто я забуду этот маленький занимательный факт в ближайшее время. Ни за что.

Кэл насмехается.

— Хочу сказать — просто посмотри на то, как она пытается избегать тебя и все такое.

Он прав. Табита крадётся от стола с закусками к книжной полке на дальней стене гостиной, удерживая нагруженную тарелку в одной руке и пробегаясь второй вдоль деревянных полок. Она проводит кончиками пальцев по кожаному тому Уолта Уитмена, а затем по всему вплоть до копии «Дивергента».

Она засовывает чипсы в рот, медленно