Опять беременна - Ирина Лазаревна Муравьева

Получив деньги, женщина улыбнулась и открыла калитку, ведущую на территорию блошиного рынка.

Без привычной толпы народа, внутри было необычайно тихо и пустынно. Джина хотела предложить молодой паре что-либо из своего товара, но мужчина сказал, что они с женой ищут определенную лавку. Якобы там его жене очень понравились побрякушки. Джина лишь фыркнула. В то, что молоденькая смазливая девчонка может быть женой такого напомаженного индюка- она ещё могла поверить( тем более что круглый живот девушки подсказывал «причину брака») но вот поверить что у Тары хороший товар!

Да, Джина на рынке знала многих. И Тару из «Карт Тары» в том числе. Подруга/ конкурентка держала лавчонку полную мистического ширпотреба от палочек для благовоний до оккультных справочников. Большая часть товара была из Китая. Дешевое барахло, а вовсе не заявленные Тарой «эксклюзивные товары ручной работы».

Неужели эти дурни купились?

Джина показала лавку( мало чем отличающуюся от других таких же, разбросанных по всему городу). Мужчина внимательно рассмотрел все и затем попросил дать ему координаты Тары. Подкреплена просьба была таким хорошим количеством купюр, что Джина уже не задумалась о безопасности знакомой. Хотя ей и показалось странным то, что мужчина стал заучивать адрес наизусть, а не записал его в свой телефон. Но прежде чем здравый смысл смог пересилить жажду наживы, странная парочка удалилась. Джина вернулась к «распаковке товара» в своей секции, и очень скоро забыла о происшествии. Настолько, что скоро оно абсолютно стёрлось из памяти. Будто бы его и не было. Хотя…да. Точно не было. Как и денег в кармане Джины.

День 14

Ужасно хотелось переодеться. Странно, учитывая то, что Каролине не хотелось ни есть, ни спать. Все эти чувства проходили, едва она возвращалась в начало следующего дня. Но ходить две недели в одной и той же одежде…Это было слишком. Выхода было два: потратить время на поездку в магазин, или же- запасная одежда была в спальне Курта. Упс. Учитывая то, чем и с кем женишок сейчас был занят. Между тем, Каролина почувствовала странное безразличие. Какая разница, если так теперь всегда? А переодеться она хочет уже сейчас. Поэтому, распахнув дверь спальни, она спокойно прошла к гардеробной.

Курт замер в процессе. Вероника так же заткнулась со своим постаныванием. Они явно не ожидали подобного явления. (А если Вероника и ожидала, то уж точно думала что Каролина закатит грандиозный скандал. Но нет. Нет. И нет.) Каролина спокойно прошла к гардеробной, взяла свои вещи прямо с вешалками, и направилась обратно к двери.

-Ради всего святого, смените уже позу,- бросила она по пути,- Надоело смотреть одно и то же порно почти каждый день.

Дверь за Каролиной захлопнулась.

-Обязательно было устраивать эту сцену?- спросил Роберт, который уже ждал Каролину внизу, скрестив руки на груди.

-Зато я могу переодеться,- отмахнулась та.-Да и какая теперь разница?

Роберту последняя фраза совсем не понравилась, но он промолчал, надеясь что сегодня они наконец найдут зацепку и смогут решить эту головоломку.

Скоро вниз прибежал Курт. В одних джинсах на голое тело.

-Каролина…милая.. я…

Бедолага и сам не знал, что сказать, но Каролина жестом прервала его мучения.

-Курт, мне сейчас некогда. Я зашла взять одежды. И все. Можешь возвращаться к своим делам. Я еду в город с Робертом.

Курт посмотрел на Роберта, желая услышать хоть какое-то объяснение. Но тот лишь пожал плечами.

Каролина тем временем уже сменила кофту и обратилась к Роберту:

-Ты готов?

-Конечно. Ещё даже помню адрес.

Вместе они направились было к выходу, но Курт преградил им дорогу:

-Я попросил бы объяснить, что здесь происходит?

Невольно, Каролина закатила глаза: откуда у него наглости на претензии?

-Милый, - девушка положила ладонь на грудь жениху,- позволь напомнить, что наверху тебя ждёт Вероника. А у меня- дела в городе. Если хочешь поговорить, давай завтра,- при последней фразе она как-то странно улыбнулась. Так, что у Курта мурашки пошли по коже. Или он просто замёрз в одних джинсах на голое тело?

Каролина тем временем отпихнула Курта с пути и прошла вперёд. Роберт- за ней. Почти в дверях последний улыбнулся и окликнул брата:

-Ты ведь будешь хорошим мальчиком и не сядешь сегодня за руль?

Двери за странной парочкой закрылись, а Курт так и остался «собирать мысли», пока сверху не послышался окрик Вероники.

-Что там у вас происходит? Я уже могу выйти? У меня, между прочим, дела!

-Да иди куда хочешь,- шикнул Курт. Приступ внезапной злости: на себя, невесту, брата- накатил на него, и он со всей силы пнул деревянный журнальный столик, находящийся поблизости.

Увы, столик победил в схватке и Курт, схватившись за ногу, взвыл от боли.

Вероника, уже при полном параде спустившаяся с лестницы, лишь фыркнула и, не говоря Курту больше не слова, так же растворилась за дверью.

Большую часть пути Роберт и Каролина ехали молча. Каждый из них думал о своем, хотя периодически оба бросали друг на друга косые взгляды.

Наконец, поймав на себе один из таких взглядов Роберта, Каролина не выдержала:

-Что?

-Ничего. Хотя нет, кое-что есть. Я никак не ожидал от тебя подобной жестокости.

-Ты про своего брата?

-Да, про него. Теперь бедолага в полной растерянности относительно того, что здесь происходит.

Каролина фыркнула. Отвернулась к окну машины. Затем, словно нехотя, ответила.

-Мне трудно изо дня в день переживать его измену. Да, я знаю, что это лишь один день. И, может быть, единственный раз, когда Курт мне изменил…только не закатывай глаза(!). Оставь меня с этой надеждой. Мне хватает и того, что я каждый день знаю что он там, за дверью, с ней…

Ухмылка сползла с лица Роберта. А Каролина продолжила:

-К тому же, уже завтра Курт будет в полном порядке. Так что какая разница, что он подумал сейчас?

Действительно никакой,- с горечью подумал Роберт, но Каролина снова прервала его.

-А ты? За что ты так не любишь брата?

Вопрос был неожиданным.

-С чего ты взяла, что я не люблю Курта?- спросил Роберт.

-Общее впечатление.

-Оно ошибочно. Я люблю Курта.

-Неужели?

В голосе Каролины читался едкий сарказм. Она не верила ему. Конечно, с чего бы ей верить? Роберт порой и сам не верил себе. И все же… Каролине было