Мама стреляет сразу в голову - Катя Водянова

– Значит, ты ухлестываешь за Катариной ради ее содействия в переговорах с миграционной службой? – не сдавалась мама. - Хорошо устроился! Жилье, еда, наивная девушка с горячим телом под боком!

– Я ещё ни в чем не помогла Рику, ма.

И святая Катарина свидетельница, это была сущая правда. Пока что Эспозито только страдал от их знакомства.

– Рику? Ты представила его как Пабло!

– "Р.И.К." – так назывался новый тип аккумуляторов, которые я сконструировал ещё в колледже. С тех пор друзья и зовут меня Рик, к Катарине тоже прилипло, – он широко улыбнулся и развел руками.

– Не обращай внимания, ба всегда говорила, что тяга к полицейской службе у меня от мамы. Из нее бы вышел отличный детектив!

– А из тебя вышла отвратительная лгунья, Катарина! Ты пригласишь нас внутрь или будешь ждать, пока окончательно околеем?

К вечеру действительно похолодало, так что Катарина сама хотела оказаться в квартире и сделать пару глотков обжигающего чая. Но отчего-то шаги по выщербленным и затертым ступеням давались тяжело, хотя подняться надо было всего на этаж. Возле двери квартиры Катарина долгo возилась с ключами, а потом, когда все же вошла внутрь, стала смотреть вокруг глазами мамы.

Вот на столе с утра осталась невымытая чашка, кухонное полотенце скомкано, а один из ящиков выпирает над остальными. Из комода торчат вещи, а еще в комнате приоткрыто окно, отчего в квартире было ничуть не теплее, чем на улице.

– Святая Валерия! Что здесь творится!

Мама всплеснула руками, затем вошла в комнату и сразу же начала складывать футболку Катарины по всем правилам: загибы с двух сторон и подвернуть низ, как делают в магазинах.

– Так места мало, ещё и Хуан заполнил комод своими вещами.

– Сложи аккуратно – и все влезет!

Она потянулась к кружевной майке, но Катарина вовремя перехватила мамину руку, затолкала вещи и задвинула ящик.

– Мойте руки, я сейчас сделаю всем чай.

– Разогрей тогда ужин, надо накормить твоего приятеля, пока он не проколол кого-то торчащими костями.

Себе Катарина готовила мало, в основном, питалась в ближайшем кафе вместе с Гарсией и Джобсом. А если и добиралась до плиты,то ради чего-то экзотического и сложного в приготовлении, за чем можно скоротать если не весь,то половину выходного дня точно.

При этом мама считала, что такое отношение к питанию – прямой путь к язве и дистрофии, поэтому при каждом удобном случае старалась передать Катарине порцию своей стряпни.

Вот и сейчас на плиту отправились мамины мясные рулетики и тушёные овощи, а из собственных запасов Катарины нашелся только сыр и немного хлеба. Цельнозерновoго. Причем сейчас, на срезе, все эти зерна здорово напоминали Катарине содержимое той самой банки, которой Джессика воспитывала свою старшую дочь, отчего есть его совсем не хотелось.

И пока Катарина возилась с ужином, мама продолжила свой допрoс:

– И где моя дочь вас нашла? Во время рейда по трущобам?

– Вот уж кто бы говорил! – всплеснула руками Катарина. – А не та женщина, которая однажды двадцать часов провела в реанимации с чужим ребенком, потому что, видите ли, он давал положительную динамику только в твоём присутствии!

— Не сравнивай! Там шла речь о жизни человека!

– А у меня речь идёт о жизнях множества людей, потому что иммигранты – серьезная проблема Сан-Игнасио и всей Лусии…, – Катарина осеклась, заметив, как мама подалась вперёд, чтобы разоблачить ее ложь насчёт парня. – Но с Пабло мы в самом деле знакомы давно.

– Сорок шесть дней, - подтвердил он. – Мои даже сорок семь. Мы познакомились утром, а сейчас уже вечеp,так что если посчитать в сутках…

– Второе имя Катарины? – резко переключилась на него София.

– Джозитта.

Ответил он быстро и без раздумий. Но это объяснимо: полное имя полицейского и его звание всегда выбивают на грудной части экзоскелета. Катарина выдохнула и разложила по тарелкам ужин, но мама и не думала сдаваться.

– Это из-за вас она испортила волосы?

– Новая краска из Федерации виновата. Только появилась на Лусии, Катарина и решила опробовать, – он пожал плечами и отрезал себе кусочек рулета. После отправил в рот, точно сидел в каком-нибудь ресторане, а не на тесной кухне служебной квартиры.

– А какую музыку она слушает?

– Картавый парень завывает о несчастной любви под гитару, – сразу же нашелся Пабло и отправил в рот следующий кусок.

Εл он быстро, но не жадно,и в целом, если не обращать внимания на одежду, казался приличным парнем. Мама тоже пoстепенно теплела, глядя на него, и вопросы задавала не такие каверзные. Хотя Рик четко отвечал на них, будто в самом деле знал Катарину все сорок столько-то там дней. А ещё не забывал жевать, отчего покончил со своей порцией намного раньше Катарины и от добавки не отказался.

Рулетов ей было не жаль,тем более, по слухам, в изоляторах миграционной службы кормили неважно, а в космических лагeрях передержки – и того хуже, потому Катарина без возражений снова наполнила ему тарелку, пододвинула стакан сока и продолжала удивляться, как точно и без запинки Пабло отвечает на вопросы. В некоторых областях он откровенно юлил, в других – ошибся, но в целом отвечал ничуть не хуже теоретического парня Катарины. Даже мама не нашла, на чем его можно подловить.

– Почему же вы так выглядите? - она указала на майку, у которой от ветхости ткань расползалась возле шва.

– Мы с Катариной договорились, что я не буду брать у нее денег. Не хочу, чтобы меня подoзревали в корысти.

На это мама только покачала головой, но негодование предназначалось точно не Рику. Да-да, как же ты могла, Катарина, бросить своего парня на произвол судьбы! Он-то, конечно, молодец, что от всего отказывается, но могла бы и настоять. Все это настолько явно читалось в ее взгляде, что Катарина не выдержала и начала сoбирать посуду.

– Благородно. Но инженер-энергетик… Вам бы еще на этапе сортировки