Огни Аль-Тура. Единственная - Магда Макушева

Я сомневалась. Пыталась взвесить все за и против. И каждое из возможных решений казалось мне неправильным. Неправильно соглашаться на предложение аль-тура и неправильно отталкивать его. Неправильно бросать все и сбегать в неизвестность, в которой будущее размыто и шатко, как никогда. Неправильно оставаться здесь, без того, к кому по какой-то иррациональной причине слишком много всего чувствуешь.

Голова заболела сильнее. Я решила потратить обеденный перерыв на сканирование своего физического состояния и лечение в служебном регенере. Привычно прикрепила к себе датчики и закрыла створки. Запустила с браслета медицинскую программу и на двадцать минут уплыла в короткую восстанавливающую дрему.

Когда сеанс закончился, я выскочила из капсулы бодрой и полной сил. Так-то лучше. Привычно уже стала просматривать результаты сканирование организма. Потом прочитала еще раз.... и еще... В глазах потемнело. Я в каком-то трансе положила руку на плоский живот и закрыла глаза. Значит вот так, высшие силы, вы решили помочь мне принять решение? Дать знак, что авантюра, в которую я сегодня чуть не ввязалась - ошибка. Что нужно оставить все, как есть?

Я чувствовала внутри и холод от окончательно принятого решения, и тепло. Невероятное и всепоглощающее тепло от того, что только что узнала. Я не планировала, но раз так случилось...

Я могла бы рискнуть одна, но я больше не одна. И сейчас на карту поставлена не только моя жизнь и судьба.

Пришлось собрать все оставшиеся силы и на одеревенелых ногах пойти обратно к пятому отсеку. По медицинской необходимости я аль-туру сегодня была уже не нужна. А завтра его заберут. У меня был личный разговор, к которому я была не готова.

Как я туда шла, я не помню. В памяти этот момент просто смазался в череду одинаковых коридоров. Когда открыла створки, то воздух из легких окончательно ушел, а в висках запульсировало.

- Лера? - на миг глаза Акселя засветились радостью и надеждой, а потом черты лица заострились, а глаза - сузились.

- Я никуда не полечу, Аксель - сказала я, до боли сжимая кулаки. Тон был холодным, лишенным даже капли эмоций, чтобы полностью скрыть мои истинные чувства - и прилетать за мной не нужно. И я тебе не нужна, твой резонанс выбрал не ту женщину.

- Ты отказываешься от меня? - голосом мужчины можно было резать не хуже ножа.

- Отказываюсь - повторила я за ним тихо, глядя глаза в глаза. Твою галактику, как же больно. Прости меня, прости меня Аксель.

Огонь в черной склере неожиданно потух. Мужчина скривился, как от боли.

- Аксель, тебе плохо? - испугалась я, кидаясь в медицинскому кому.

- Все в порядке, доктор Филатова - устало отозвался мужчина - если у вас все, не буду вас больше задерживать.

От его безразличного тона под ребрами сжался тугой ком.

- Аксель... - на какой-то очень короткий момент показалось, что я совершила чудовищную, непоправимую ошибку.

- Господин Ир-Кон - сухо исправили меня.

- Господин Ир-Кон, мне очень жаль, я... - я хотела объяснить свое решение, но язык прирос к небу, а в горле запершило.

- Уходите - прохрипел Аксель - вы сделали выбор. Пожалуйста, уходите. Мне нужно побыть одному.

В глазах стояли слезы. Сердце заполошно стучало, руки дрожали. Аль-тур закрыл глаза и больше на меня не смотрел.

- Прости меня, Аксель - прошептала я - так будет лучше и для тебя, и для меня.

Это был последний раз, когда мы с аль-туром виделись. На следующий день я сказалась больной и осталась дома. Да, я повела себя малодушно и непрофессионально. Но я просто не смогла найти достаточно силы и мужества проконтролировать передачу пациента, которого с таким трудом спасла, в руки медиков с его планеты. Для этого мне бы необходимо было его увидеть. А я не могла.

После разговора с аль-туром в тот день я вышла из пятого отсека и бездумно пошла по коридору, даже не понимая, куда я иду и зачем.

Дошла до зоны ожидания и присела в кресло. Сжала зубы, чтобы не закричать, и стала немеющими пальцами печатать сообщение мужу.

“Артем, я беременна. Срок 2 недели. Ты скоро станешь отцом”.

Глава 15: Размышления

Настоящее время. Межпланетарный катер Вердан-Данар

Валерия Филатова

Я родилась и выросла на седьмой колонии Земли, планете Янт. Наша планета известна воздушным “пузырем”, военной академией и медцентрами. Мой отец был потомственным медиком, и я с самого детства мечтала пойти по его стопам.

Они с моей мамой познакомились в уже зрелом возрасте, я была поздним и долгожданным ребенком. Мама умерла, когда мне было тринадцать. Она улетела к родственникам на другую колонию Земли, планету Мирос, а там начались волнения. Подробностей мне никто никогда не озвучивал, но после смерти мамы папа ушел в себя, и я оказалась предоставлена сама себе. Через пару лет он тихо ушел во сне, и до окончания школы я жила у маминых родителей.

На родной планете я поступила в медицинскую академию и на последнем ее курсе познакомилась с будущим мужем, Артемом Филатовым. Это не была любовь с первого взгляда. Хотя, сейчас я вообще сомневаюсь, была ли между нами действительно какая-то любовь. Влечение, привязанность и влюбленность, возможно. Сложно сейчас сказать. Артем был старше меня, и на момент знакомства работал в Совете Янта специалистом по межпланетарным коммуникациям. Мы тихо поженились через пару лет отношений и десять лет назад переехали на планету Вердан, где я хотела трудиться в медцентре центрального города, а Артем - работать представителем колонии Янт, фактически, Советником от нашей колонии на Вердане.

На Вердане у меня была квартира, которую когда-то по просьбе родителей приобрел старый друг и коллега моего отца, верданец Фирон Тан, который впоследствии стал моим начальником. Поэтому наша молодая семья переехала на новое место жительства уже имея здесь собственное жилье и карьерные перспективы.

К сожалению, работа на высокой должности не сказалась на муже положительно. Постепенно он стал перенимать привычки “сильных мира сего”. Ему хотелось красивой жизни и жену определенного типа, как у многих из тех, в чьих кругах он теперь вертелся. Я на эту роль категорически не подходила, так как имела свое мнение, хорошую работу и совершенно не интересовалась ни дорогими нарядами или побрякушками, ни званными вечерами или другими развлечениями “для избранных”. Это стало нашей точкой преткновения и поводом для споров.