Забытый чародей. Лабиринт воспоминаний - Анна Бахтиярова

- Да, завтра будем устраивать на даче смотрины, раз в прошлые выходные всё отменили из-за дождя, - рассказывала дизайнер Кадрия, пока я упорно вчитывалась в пресс-релиз из прокуратуры о передаче в суд громкого дела о ДТП.

- Ты не особо зверствуй, - посоветовала Фарида, хрустя свежим огурцом, источающим по редакции божественный летний запах.

- Ещё как буду! - фыркнула Кадрия. - Кому попало сына не отдам!

- К-к-кого не отдашь?

Я не узнала свой голос. Вселенная подпрыгнула. Я точно помнила, что у дизайнера один-единственный ребёнок - дочь Айгуль, студентка финансового вуза. Та самая, что в прошлую субботу собиралась знакомить родителей с парнем.

- Сына не отдам, - повторила Кадрия, глядя на меня озабоченно. - Ян, тебе не хорошо?

О, да! Мне было чертовски паршиво! Но я не смела признаваться. Не сейчас. И не этой женщине, жизнь которой претерпела столь кардинальные изменения.

- Не, я в норме. Просто ослышалась.

- А-а-а, - протянула дизайнер и продолжила болтать с девчонками, обсуждая меню завтрашнего дачного ужина.

- Умеешь ты красиво еду описывать, аж слюни потекли! - восхитилась Фарида.

- Ты и так за столом сидишь, - поддела Лена.

- Подумаешь, у Кадрии даже звучит аппетитнее.

- Так в чём проблема? - улыбнулась довольная похвалой дизайнер. - Приезжай к нам на дачу в следующие выходные. Вместе со своим Ильдаром. Поглядим, что за фрукт.

Ильдаром?! В моей голове грохнула дюжина фейерверков. Мужа Фариды звали Альбертом, и неделю назад соседка по парте всерьез рассуждала о разводе. Я невольно бросила взгляд на её правую руку и не обнаружила обручального кольца.

- Ты и Ильдару смотрины устроишь? - Фарида подозрительно прищурилась.

- Вот ещё! - отмахнулась Кадрия. - Ты у нас девочка взрослая. Лена, тоже присоединяйся.

- Не получится, - Ивушкина печально вздохнула. - У родителей юбилей свадьбы.

Я покачнулась вместе со стулом. Ленка говорила, мать с отцом давно не живут вместе.

- Жаль, - протянула дизайнер. - Ян, а у тебя какие планы на следующую субботу? Яна? Ох ты, батюшки! Держите!

Но никто не успел подхватить накренившийся стул. Мы с ним дружно полетели на пол. Комната наполнилась пронзительными криками и причитаниями. Кто-то требовал вызвать «скорую», поднять меня и отнести на диван в кабинет Галины, но я слышала коллег издалека - из другого мира, не иначе. Встреча виска с паркетом не прошла бесследно. Свет мигнул несколько раз и погас.

****

- Говорила тебе, не ездить на работу! - в сотый раз высказала Жозефина-Симона, охраняющая мой покой от любых посягательств и шипевшая каждый раз, когда звонил неугомонный сотовый.

- Меня же не маги черные уронили, а собственный стул, - проворчала я.

- Нет, собственная глупость. И неуемность!

Падение обернулось сотрясением мозга. Легким. Но больничный мне выписали аж до четверга. Теперь можно было преспокойно лежать дома и никуда не рыпаться. Чем я и занималась со вчерашнего дня. Родственники восприняли происшествие с ужасом и обращались, как с фарфоровой куклой. Я больная прочно ассоциировалась у них с памятными зимними событиями три с половиной года назад, когда были убиты Антон и наш серый кот Йода.

- Ты же понимаешь, что вечно так продолжаться не может, - объявила я питомице. - Нужно что-то делать. Всё вокруг неправильное. Люди, события, их выбор, поступки.

- Что делать? В рукопашную сражаться неизвестно с кем? - кошь зыркнула снисходительно. - Оно понятно, что виновник всему дед. Но он не наша весовая категория. Ты умеешь заставлять исчезать дома или менять пол отпрысков коллег? Нет? Тогда сиди и не дергайся!

- Дед, - протянула я задумчиво. - Где мой ноут? Погоди, не заводись. Поищу на сайте статью мою о нём. Вдруг свежие идеи в голову придут.

Жозефина-Симона сомневалась в сегодняшних возможностях моего сотрясенного мозга, но спорить не стала. Сидела, хмуро наблюдая, как я прямо в постели включаю ноутбук и забиваю в поисковике на сайте ключевые слова.

- Странно.

- Что? Старика теперь зовут по-другому?

- Статьи нет. Вообще нет. Словно я её не писала.

- Паразит хорошо почистил за собой, - кошь гневно выпустила когти.

Я отложила ноут, закрыла глаза и задумалась. Дело точно было в Валентине Макаровиче. С другой стороны, за ним мог стоять Вольдемар Литвинов, как и в прошлый раз за Алей Дементьевой. Темный маг любил действовать чужими руками, оставаясь в тени, в убежище, куда не мог добраться никто, кроме верных черных псов Константина и Савелия.

Но как найти старика? И стоит ли? Как мне с ним бороться?!

«Пожалуйста, откликнись! Мне необходима помощь!» - позвала я магическую сущность.

Но ответом вновь стала зловещая тишина.

Неужели, я утратила дар?! Мысль пугала до дрожи. Я никого не просила о нём, жаждала, чтобы он исчез, никогда не умела им пользоваться. Но теперь без него чувствовала себя беззащитной, неполноценной.

...Не зная, чем себя занять, я смотрела телевизор или проваливалась в сон. Телефон игнорировала, вяло отвечала лишь на звонки коллег, беспокоящихся о моем здоровье. Всех остальных мысленно посылала непроходимой чащей. Вдруг и у них в жизни произошли крутые перемены, а я по незнанию ляпну лишнее. Впрочем, я вообще не желала больше знать ни о каких переменах. Предыдущие ещё не переварила.

Безделье утомляло, но переходить к военным действиям я не была готова ни физически, ни морально. И вообще не представляла, какими именно должны были быть эти самые действия. Сама виновата! Надо было учиться магии, когда познакомилась с чародеями зимой. А заодно самообороне, как предлагал Ваня. Зря нос воротила! Теперь у него занятия расписаны до июля. И никакой блат не поможет. В этой версии вселенной потомственный телохранитель меня не помнит.

К вечеру воскресенья я скрежетала зубами от безысходности и была готова кидаться на стены. Жозефина-Симона удрала на кухню, чтобы не подставлять филейную часть тела под неприятности. Родственники, заметив дым из ушей, оставили меня вариться в собственном соку. Я и варилась, параллельно ненавидя всех и вся. Лежала и сочиняла объявление для сети: «Магиня из параллельной вселенной ищет собратьев». Бредятина получалась ещё та, но мысли о призыве магов в интернете охлаждали гнев.

Я провалилась в сон.