Дитя Темного. Случайная беременность - Виктория Лебедь

— Это из-за берем…

— Нет, — перебил он, надвигаясь на меня, нависнув, будто грозовая туча из-за моего небольшого роста. В потемневших глазах сверкнул опасный блеск. — Не только. Есть еще что-то. И ты старательно пытаешься это от меня спрятать, Рита.

— Почему от Вас? Может это общее состояние, — ответила я, сдерживая очередной порыв отступить.

— Да?! Тогда почему стоит именно мне задать вполне будничный вопрос у тебя начинают трястись коленки? При Михайлове веселая и расслабленная, впрочем, как и с другими. А значит дело во мне. И началось это давно. Так что ты скрываешь, Абрамова? И кто все-таки отец ребенка? Громов? Сабуров? Или это конкурент, которого я не знаю, и ты сливаешь ему информацию? Говори правду.

Ого. Выходит, моя интуиция была права. Громов и Сабуров такие же, как Тигран. Собственно, поэтому они тоже приезжают одновременно с нами. Вроде сообщество практикующих паранормальные способности. Встречаются в Плэйсе, если быть точнее, то правильно называется Плэйс Паувер, то есть место силы. Обмениваются знаниями, гребут энергию, освобождаются от негатива и прочее прочее, чем там обычно занимаются люди не из мира сего. Никогда не вдавалась в подробности. Зачем мне это? Простой смертной? Меньше знаешь, крепче спишь. Зато теперь все о друзьях Темного стало понятно и многое объяснило. Но легче от этого не было. Потому что именно сейчас у меня появился шанс рассказать всю правду о своих чувствах и той фатальной ночи.

— Дело в том, — нервно сглотнула я, облизав вмиг пересохшие губы, — что его отец… — сердце бешено колотилось, было очень страшно. Язык не поворачивался договаривать. Оттянула, называется, неизбежное. Угу. На пару часов.

— Да сколько можно, Абрамова. Я получу ответ или нет?

— Получите.

— И?!

— Тигран…ты его отец, — мой голос сорвался, проглотив концовку.

— Не понял? — переспросил босс, явно растерявшись. Похоже он услышал, что я сказала, но решил переспросить.

— Ты его отец, Тигран, — снова выдавила я из себя самые сложные в моей жизни четыре слова. И да, я перешла на ты. Сейчас уже было не до субординации.

— Что за чушь. Мы с тобой не спали, каким образом я вдруг стал его отцом? — спросил он мрачнее все больше и больше. — Ты вообще хорошо себя чувствуешь? Что за выдумки?

— Мы спали, просто ты не знал, что это я, — ответила спокойно, пытаясь сохранить хладнокровие, хотя к горлу уже подступал комок, а на глаза просились слезы. Признание давалось мучительно тяжело. Поскольку я пересекала точку невозврата к былым отношениям. — Помнишь вечер с партнерами в Грамбрэро Россо почти четыре с половиной месяца назад?! Я ведь тогда по вине официанта из ресторана исчезла ненадолго, а потом там вдруг появилась незнакомка в черной ажурной маске. Так вот это была я.

— И ты меня соблазнила? — в его голосе появилась сталь.

— Еще чего, — хмыкнула я. — Просто не возразила, когда начал приставать и целовать. Можешь сам убедиться, — я сняла деревяный кулон, положила на журнальный стол и протянула ему руку. — Прочитай меня. Никакого конкурента нет и быть не может. Все так, как рассказала, — всхлипнула не выдержав.

Тигран опустил глаза и хмуро посмотрел на кисть. Он медлил. Не решался. И казалось над чем-то очень серьезно задумался. И чем больше углублялся в мыслительный процесс, тем сумрачнее становилось лицо. Похоже вспоминал ту ночь, хоть и трудно давалось. Хмель тогда в голове все смешал, а утром я, как след на мокром песке, просто исчезла. Естественно, он мог все забыть. Или не придать значение. Ведь для него я была лишь очередной бабочкой на ночь.

И все же он не спешил проверять мои слова, даже если немного восстановил память того вечера. Но мысленно погруженный в себя его облик приобрел угрюмость, надменность и холодность, что длилось недолго.

— Почему ты обманула? Почему не остановила? — четко и выдержанно спросил он, спустя несколько мгновений, подняв голову, приковывая меня своим фирменным гипнотическим взглядом, который всегда отличался глубиной и насыщенностью.

Я знала и понимала, что он хотел сейчас сделать. Погрузить меня в самый настоящий транс, чтобы выпытать все-все из самых глубин подсознания. И я покорно это допустила, позволив себе утонуть в его обсидиановых немигающих глаз, заметив, как пространство вокруг начало сужаться. Все важное становилось неважным. Появилось умиротворенность, комфорт и полный релакс с ощущением довериться любому, кто хочет тебя выслушать.

Вот уж точно самая действенная сыворотка правды.

— Потому что я люблю тебя, — услышала я свой голос, словно со стороны - мелодичный, приятный. Неужели я это сказала?! — Уже давно и безудержно. Поэтому не смогла сдержаться. Тогда я решила хотя бы один раз… Всего один раз с любимым человеком… — закончила я, внезапно тоже вспомнив все-все до малейших деталей. Круговорот ощущений. Эйфорию от умелых ласк. Услышала горячий шепот. Хриплый смех. Стон. Будто каким-то образом перенеслась в прошлое и снова вошла в свое тело, вновь переживая все заново, наслаждаясь, восторгаясь сильным мужским телом и дрожа от страсти, когда наши обнаженный тела двигались, задавая ритм…

— Остановись, — произнес кто-то тихим, но твердым голосом, заставив резко вынырнуть из нахлынувших чувственных воспоминаний, в которые сам же меня и отправил. Ощущение как будто очнулась после фазы быстрого сна, когда сновидения яркие, насыщенные, красивые и оказалась в суровой реальности, где меня держат за руку, смотрят ошарашенно, враждебно и гневно.

Глава 12

Вокруг нас стояла тишина. Напряженная, неприятная, громкая. Тигран смотрел на меня. Я смотрела на Тиграна. Что творилось у него в голове было не трудно понять. Прочитала на лице. Мне аккуратно хотят свернуть голову до характерного щелчка. Что творилось в моей голове он теперь тоже все прекрасно знал.

— Я могу переночевать в гостинице, — сказала осторожно, уверенная, что меня не то, что видеть не хотят, а люто ненавидят. — А завтра первым же рейсом вылечу домой.

— И оставишь босса без помощника? Что за безответственность, Абрамова? — и было сказано так едко. Так насмешливо.

— Мне, кажется, после всего, что произошло я больше не могу быть твоим помощником.

— С чего бы это?! — усмехнулся он. — Учитывая новые обстоятельства