Золотой перстень с рубином - Елена Добрынина

в доме установилось тревожное ожидание. Все было готово, повариха Пелагея и девчонки-кухарки чуть не двинулись умом, справляясь с обедом. Татьяна Александровна обещала после всем по очереди дать внеплановый выходной, только бы сам ужин прошел благополучно. В их семье давно не было мероприятий. С тех самых пор, как Николя вернулся из Nского полка. Тогда, полтора года назад им всем было не до праздников. В доме воцарилась тяжелая атмосфера, изменить которую у графини вышло не сразу и ценою больших усилий.

Сейчас же Татьяна Александровна погрузилась в давно забытые ощущения, когда она устраивала приемы и вечера в своем доме. Эти хлопоты давались ей теперь с трудом, но раз Павел Андреевич попросил, отказать она не имела права.

Аня на ужин идти не хотела. Во-первых, ей было не в чем. Единственное нарядное театральное платье не подходило. И хоть Глаша его вычистила и зашила, для домашнего вечера оно не годилось. А во-вторых, Аня считала, что гувернантка – это нанятый сотрудник, а не член семьи, поэтому ее место в своей комнате. Но Татьяна Александровне казалось, что присутствие Ани как раз добавит вечеру камерности и домашней атмосферы, из разряда «все свои». Кое-как Аня согласилась, но решила, что будет присутствовать только на самом ужине. А на вечере после – нет. Зато по реакции Николая и этой княгини она поймет, что там у них происходит. Господи, думала Аня, ведешь себя как ревнивая дурочка. Но ей надо было найти, за что зацепиться, чтобы вырвать графа из своей головы и сердца. А просто так сделать это не получалось.

В результате на ужин она собралась идти в новом синем платье – абсолютно скромном и безликом. За две ночи до вечера Ане вдруг пришло в голову, как они могут украсить платье. На вырезе-лодочке сделали вертикальный надрез вниз. Получилось, что вырез стал глубже и на краю надреза застегивался на жемчужную шарик-пуговку. Сам лиф они с Глашей обшили белым кружевом прямо поверх синего материала. Поучилась акцентная горловина с белым кружевным лифом. Не очень празднично, но хоть как-то украшено, подумала девушка. Смирись уже, тягаться с княгиней в нарядах – это глупость. Тем более, как там назвал ее граф Ильинский – мадам Фурор? С таким настроением она и вышла в гостиную.

Кроме Оболенских на ужин был приглашен Александр Сергеевич Гнездилов и пара чинов из министерства. Князя с женой еще не было, гости беседовали между собой, разойдясь на маленькие кучки. Аня поздоровалась с присутствующими и подошла к Натали. Вскоре к ним присоединился Гнездилов и Аня почувствовала себя с одной стороны, более уверено – их она хотя бы знала. А с другой – девушка понимала, что мешает им ворковать. На Натали было воздушное, газовое персиковое платье, которое ей очень шло. Даже Гнездилов залюбовался Наташей. Все больше и больше ему была приятна мысль об их возможных отношениях. Но для этого нужно было очаровать не Натали, а ее отца.

Аня отошла от молодых людей и встала в сторонке. Постояв с минуту, она уже хотела отправиться к графине и спросить, не нужна ли помощь, как вдруг почувствовала прикосновение к своему локтю и, даже не поворачивая головы, поняла, что рядом с ней бесшумно, словно из ниоткуда возник Николай. Он только приехал из службы, но успел уже переодеть служебный мундир. Молодой граф остался в брюках и просторной рубахе, поверх которой был небрежно накинут сюртук.

- Добрый вечер, Аннет. – Эти три слова прозвучали над ее ухом чуть насмешливо. – Скучаете?

- И вам не хворать, Николай Павлович. – Съязвила Аня, а голос дрогнул. – Отчего же? Наслаждаюсь обществом и вечером.

- Я напугал вас? – Спросил он бесстрастно. – Показалось, что ваш голос дрожит.

Девушка пожала плечами. Надо же, заметил волнение.

- Нет, вам показалось. Просто для провинциальной девушки столько впечатлений и высокопоставленных гостей. – Аня специально выделила последние слова.

Пусть знает, что она в курсе, кого так ждут сегодня в гости. Николай словно и не обратил внимания на ее выпад, а сам удивился. Значит, действительно причина ее холодности – в ревности к Лилит. Ревности? Эта мысль неожиданно согрела сердце.

Аня была безупречно одета. Скромное, но интересно обыгранное кружевом синее платье притягивало внимание к оригинальному вырезу, обещая, но не показывая. Светлые русо-пшеничные волосы как всегда убраны в гладкую прическу, хотя он прекрасно помнил по встрече в кабинете, что ее волосы слегка вьются, когда не в прическе. И только пряди у лица непослушно выбивались из общего порядка и падали на лицо, выдавая истинный характер хозяйки.

- Отлично выглядите, ma chère. – Сделал Николя комплимент.

Щеки Ани на секунду вспыхнули румянцем, она на автомате поправила прядь за ухо и шепнула «Спасибо».

В передней послышался шум, возня и вошедший швейцар доложил, что прибыли князь Оболенский с супругой.

Глава 10.

Ане показалось, что в тот момент, когда в гостиную входили Лилит и её муж князь Оболенский, у них с Николя было одно напряжение на двоих. Она физически ощутила, как он вдохнул и задержал дыхание. Потому что она сама точно так же не выдохнула.

Княгиня была прелестна. Её волосы были уложены в свободный нетугой узел, прямые пряди предварительно завиты. Лилит широко и открыто улыбалась, приветствуя гостей. Платье её было довольно закрытым, из плотной переливающейся то ли синим, то ли зеленым ткани, с воротником-стойкой у горловины. Аня даже удивилась столь скромному наряду. Но когда женщина прошла дальше и можно было разглядеть ее спину, всё стало понятно. Сзади до самой талии платье было открытым, оголяя изящные лопатки. Аня попыталась отвести взгляд, чтобы не так заметно было, как они с графом пялятся на мадам Оболенскую. Но глазели не только они. Все гости были в недоумении - наряд был слишком откровенен и экстравагантен для домашнего ужина. А Лилит казалась вполне удовлетворенной реакцией гостей. На ее лице не было ни смущения, ни сомнения.

Первой неловкую тишину прервала Натали и направилась к чете прибывших. Ни графа-отца, ни Татьяны Александровны не было в этот миг в комнате, и Натали взяла на себя смелость поздороваться с ними первой.

- Ах, господин князь, дорогая Лилит, рады приветствовать вас.

На помощь ей уже спешила матушка и за нею следовал граф Ильинский. Лилит обвела взглядом залу, наткнулась на Николая и сморщила носик - он должен был к ним подойти, а не Наталья.

Николя не сдвинулся