Мицелий - Софья Ковыль

– Грибы, – незамедлительно ответил Паша. – Только грибы.

– Цель стажировки?..

– Грибы!

– Может, зарплата?

– Отнюдь, – вдруг как-то устало вздохнул Паша, пожал плечами. И проникновенно вгляделся прямо в Дашины глаза, – Я был полон иллюзий, но прозрел и… Стекло предполагает стеклянность, а пиво – пивность. А живо – живность, а лак – лаковость… Лак-лак…

Паша опустился на четвереньки и начал увлеченно лакать осколки стекла с пола. Сергей Гавриилыч улыбнулся, лицо его потеплело, и он покачал головой:

– Ай да стажер, ай да сукин… В общем, случай клинический. Потрясающе!

– Почему же потрясающе?.. – тихим голосом поинтересовалась Даша.

Пашу она начинала побаиваться. Кажется, на то было достаточно причин – она медленно отступила на пару шагов назад, встала чуть за широкой спиной Сергея Гавриилыча. Здесь было спокойно. Во всяком случае, более спокойно, чем…

– Никогда не видел столь стремительного перехода от нашего с вами…. В общем, привычного нам поведения к грибидизации.

– Может, гибридизации? – осторожно уточнила Даша, выглядывая из-за руки завлаба.

Паша теперь лакал не просто стекло, а стекло, смешанное с кровью. Впрочем, это не было неожиданностью.

– В каком-то смысле. Но, мне видится, грибидизация термин более точный. Как бы то ни было… надо предотвратить распространение спор.

– Вместе с предотвращением распространения Паши? – догадалась Даша.

Сергей Гавриилыч улыбнулся еще шире, обернулся и потрепал ее по голове:

– Во всех смыслах. Даже удивительно, что ты так все понимаешь… стажер. Культу нравятся такие люди. И мне нравятся.

Она благодарно кивнула. В груди стало тепло, радостно, будто бы…

«Нет, это не любовь, совсем не любовь! Просто я очень хороший работник,» – сказала себе Даша. И повторила еще пару раз.

Она сглотнула слюну, собрала мужество в кулак и вышла из-за спины Сергея Гавриилыча. Пришло время действовать!..

Вдруг Даша истово захотела вспомнить, что же было после «да будет воля твоя»: она постоянно забывала. А зря.

– Может, лучше вы?..

– Испугается, – с сожалением заметил Сергей Гавриилыч. – Грибы боятся доминации. Агрессия, суета, гиперактивность…. Хотя могу и я, конечно. В конце концов, не первый раз…

Сергей… нет, Сережа размял плечи, поиграл мускулами под лабораторным халатом. Даша отрицательно покачала головой. И начала:

– Пашечка, – начала она, пытаясь доверительно заглянуть ему в глаза.

Но Паша смотрел в пол.

«Эх, Паша, Паша… надеюсь, тебя ждет лучшая жизнь. Жизнь без боли, необходимости много думать и переживать за меня… Тебе стоило прожить побольше и побеззаботнее. Кто знает, может, ты и наверстаешь упущенное уже в виде гриба,» – подумала она сочувственно. И повторила:

– Паша.

Он поднял взгляд. Абсолютно довольный взгляд, надо сказать.

– М?..

– Сергей Гавриилыч, – Даша пальцем показала на Сергея Гавриилыча, стоявшего чуть поодаль, – сказал, что уже пора?..

– Спать, – подсказал тот.

– Да, точно! Паша, пора спать вот в… э-э…

Даша просяще обернулась на Сергея Гавриилыча, моля о помощи и поддержке. Он раскрыл ладонь, – «один момент», – выдвинул один из ящиков, достал оттуда плотно сложенную армейскую сумку, расправил, отошел на два шага назад, не смотря гриба-стажеру в глаза…

Паша ждал. Последний раз пережевал стекло, плюнул.

Вот что бывает, когда действуешь без ТЗ.

Но отступать было некуда.

Наверное.

– Вот в этой сумке, конечно же, – радостно произнесла Даша, всплеснула руками. – Ну, давай, Паша, укладывайся поудобнее…

Он кивнул, забрался, странно, не по-человечески, но и не по-звериному перебирая конечностями, и лег. Только рыжая челка беспокойно торчала из сумки, радостно блестели глаза…

Сергей Гавриилыч поправил воротник халата и осторожно подошел, подняв брови, и одним движением застегнул сумку. Сергей Гавриилыч всегда поднимал брови, когда на чем-то сосредотачивался. Гриб внутри дернулся, но ничего не разорвал.

Крепкая сумка. Хорошая. И друг Даша поняла, что сумка используется так не в первый и, может, не во второй раз…

Даже не то что поняла. Скорее почувствовала. И вдруг на нее накатил страх. Ужас, дрожь, тотальное неверие, что Паша – такой, что Паша – теперь там, хотя она его и жалела, по нему и не тосковала…

Сергей Гавриилыч подошел со спины и уверенно и крепко обнял ее.

– Сережа… – выдохнула Даша, прижалась щекой к его широкой руке.

Хотя бы к чему-то. Чему-то живому, чему-то теплому, чему-то человеческому.

– Ну-ну, Дарья, – сказал он.

«Какой у него приятный голос,» – подумала Даша.

Раньше она не думала, какой у него голос. Как-то незачем было. А сейчас…

– Ты хочешь уйти, Дарья? Я пойму, если так. Здесь работать… довольно опасно. Не то чтобы мы не говорили этого нашим стажерам, но…

Даша потрясла головой. Снова прижала щеку:

– Да нет, не хочу я никуда… Паша все равно был дурак, может, ему так даже лучше. Он ведь не умер?

– Ну, в каком-то смысле… Думаю, это сложный философский вопрос. Смотря что считать этим, как его…

– Пашей?

– Да, им самым. Думаю, как грибы они даже… приятнее. И во всяком случае более бессмертны.

– О как…

Даша подумала, что Паша, оказывается, не такой уж и дурак. Пусть он не-дурак и не вполне осознанно, не по своей воле не-дурак – вот так парадокс…

Сергей Гавриилыч разжал объятия. Потянулся, разминая руки, легким движением перекинул сумку с Пашей через плечо, тот в ответ недовольно замычал, но, впрочем, не слишком настойчиво.

– Ну что ж, стажер, пойдем в теплицу. Надо бы вернуть гриб туда, откуда этот идиот его вчера взял… Удобрим, опять же, – договорил он и безмятежно улыбнулся.

Даше начинала нравиться эта улыбка. Не такая уж и демоническая, в конце концов…

– Так точно! – Даша резво отдала честь и пошла, едва успевая за размашистыми шагами Сергея Гавриилыча.

Распределение длины ног явно было не в Дашину пользу.

Глава 5

Никогда до этого Даша не надевала СИЗ с таким усердием, не подгоняла так плотно одно к одному и не расходовала там много одноразовых перчаток: все они сидели неровно. Все они могли сидеть лучше.

А Сергей Гавриилыч рядом с ней одевался совершенно спокойно. В каждом его движении и взгляде на беспокойно копошившуюся сумку сквозила какая-то странная тотальная обыденность.

– А вы с кем обычно занимаетесь тру… то есть, грибо-стажерами? – спросила Даша, поправляя бахилы.

– Трупами, Дарья, трупами. Давай говорить прямо, хотя бы друг с другом, – Сергей Гавриилыч улыбнулся, кажется, вполне дружелюбно. Расплолагающе.

…нет: это улыбнулся Сережа.

«До чего он похож на кота, когда улыбается. Бородатого кота,» – подумала Даша и тоже улыбнулась.

– И все-таки?

– И все-таки обычно я ими занимаюсь один, – беззаботно ответил Сережа, не переставая улыбаться. – Обычно стажёры не становятся грибами поодиночке. Так что обычно у меня в два