Берег. Свернуть горы - Юлия Крынская

— Есть!— Роберт, припарковался у обочины и, перевернув Юлину руку, коснулся губами тонкой кожи с голубыми венами на запястье.— Я жажду обладать тобой, Афродита. Безраздельно, Как ты думаешь, у меня есть шанс?

Юля потерлась затылком о подголовник, и ее лицо озарила улыбка.

—Я думаю, есть. Слушай, надень темные очки,— тыльной стороной ладони она коснулась его щеки. То ли от ее взгляда, то ли от такой невинной ласки, в Роберте шевельнулось желание.— Ты смотришь так, что хочется раздеться. А в машине стекла не затонированы.

—Твой взгляд будоражит меня не меньше,— Роберт привез Юлю в банк, он видел ее некоторую неуверенность и хотел помочь скорее привыкнуть к новой жизни.— Тебе нужно свое авто. Я часто бываю в разъездах. Поэтому подумай, какую бы ты хотела машину. А сейчас я представлю тебе управляющего банка, где есть счет у меня, а с недавнего времени и у тебя. Закажем тебе персональную карту. Пойдем.

В банке клерк проводил их в кабинет управляющего.

—Мистер Фаррелл, рад вас видеть,— пожал руку Роберту толстый, с красноватым лицом, светло-голубыми глазами рыжеволосый мужчина и чуть склонился перед Юлей.— Мистер Бадж.

—Юлия…

—Рад вам представить мою невесту Джулию, в скором будущем миссис Фаррелл,— перебил ее Роберт, и она прикусила язык: «Нужно будет почитать про английский этикет». Она подарила управляющему вежливую улыбку.

Мистер Бадж подставил ей стул, осыпал комплиментами, и через селектор приказал секретарю принести три чая. Роберт сел рядом. Управляющий говорил по-английски бегло и совершенно для Юли непонятно. Вывод напрашивался один — семейство Фарреллов держало здесь крупную сумму. Пока он беседовал с Робертом, Юля другими глазами посмотрела на своего избранника. Сейчас рядом с ней сидел респектабельный, уверенный в себе мужчина. В таких влюбляются девять из десяти женщин. Роберт и без того действовал на нее, мягко говоря, возбуждающе, но сейчас на нее накатило просто нестерпимое желание: «Выставить бы мистера Баджа из кабинета и заняться любовью с Фарреллом прямо на столе, надеюсь, он из жаропрочного стекла,— она тяжело сглотнула, представив, как жар мужского тела наполняет ее изнутри.— Господи, львенок, как я тебя люблю! Улыбка, губы, глаза, волосы… А твои руки, твои сильные ласковые руки. Как они умеют обнимать, когда я засыпаю, или когда ты кружишь меня по комнате, или намыливаешь мое тело в душе. Твои объятья — моя тихая гавань, когда мне грустно или когда, наоборот, чувства рвут на части».

—Джу, послушай мистера Баджа, пожалуйста,— Роберт вывел ее из задумчивости, побарабанив пальцами по плечу. Он встал, подошел к окну и удобно облокотившись на подоконник, подмигнул ей.

Мистер Бадж затараторил по-английски так торопливо, что Юля не выдержала и перебила его:

—Я совсем недавно в Лондоне, и еще учу язык. Буду благодарна, если вы не будете говорить так быстро.

Банковскую терминологию Юля едва понимала на английском. Мистер Бадж взмок как в бане по-черному, терпеливо толкуя ей тонкости и отличия одной системы карт от другой. Он вытирал проплешину на затылке платком, не переставая любезно улыбаться. Юля слушала его с достоинством кивая, гневно поглядывая на Роберта, который наблюдал за ними из-за спины управляющего, от души веселясь. Но ему, наконец-то, надоел этот цирк, и он пришел на помощь мистеру Баджу: помог Юле определиться с выбором карты, заполнил за нее заявление.

—Итак, будущая миссис Фаррелл, давай-ка мы сегодня начнем знакомство с семьей!— Роберт, сев в машину, достал трубку и нажал кнопку вызова.— Бабушка Анна, мне не терпится представить тебе Джу, готова принять нас сегодня?.. Да мы ненадолго! Не нужно ничего специально готовить… Отлично! Скоро будем у тебя.

Юля улыбнулась, отметив про себя его тревожный взгляд, брошенный в зеркало заднего вида.

—Как скажешь! А где живет бабушка?

—Неподалеку от Белгравии. В сказочном домике, честно, сама увидишь!

В цветочной лавке на Бромптон Роуд Юля выбрала роскошный букет из белых роз и лиловой эустомы, купила в кондитерской напротив коробку шотландского печенья.

Север Бромптон Сквер до самого Гайд-парка оказался очень симпатичным районом. Эннисмор Гарденс представляла собой очаровательную, вымощенную булыжником улочку с розовыми, голубыми, желтыми двухэтажными коттеджами, стоявшими вплотную друг к другу. Разноцветный плющ, увивающий стены домов, добавлял очарования к поздней осенней поре, окутавшей город. Ряды необычных зданий были выстроены из портландского камня. В одном из этих игрушечных домиков с колоннами по сторонам от входа и балконом, обрамленным витиеватой чугунной решеткой, жила бабушка Анна.

—Правда, красиво?— Роберт припарковал машину и заглушил двигатель.

—Да,— Юля редко очаровывалась, но сейчас ее просто распирало от восторга,— Я думала, Питер единственный уютный город на земле.

Роберт улыбнулся:

—Здесь рядом православная церковь — Собор Успения Божией Матери и Всех святых. Именно там, я полагаю, мы принесем друг другу клятву верности и любви.

Роберт потянул Юлю к себе и поцеловал так нежно, что комок подступил к ее горлу.

—Это будет самый счастливый день в моей жизни,— когда в синих глазах возлюбленного вспыхивал огонек, ее сердце билось сильнее.

—В нашей,— тихо добавила Юля.

—Как я хочу сейчас прижать тебя к груди и целовать до беспамятства,— Роберт погладил ее по щеке. Она протянула к нему руку и проникла под рубашку, нащупав биение сердца.

—Тук, тук, тук…. Это самый лучший звук, который я когда-либо слышала.

Роберт накрыл ее руку своей ладонью и глухо произнес:

—Если бы ты знала, как важен звук твоего сердца для меня, единственное, ради чего живу теперь. Я понял это, когда затыкал пальцем пулевое отверстие в твоей груди. В горле пересыхает всякий раз, как вспомню часы, проведенные у постели в госпитале. Твое избитое и исполосованное плеткой и скальпелем тело, балансировало на грани смерти, отчаянно сражаясь за жизнь, а я мог лишь молить Бога дать тебе еще сил.

Капли дождя стучали по стеклу автомобиля, но внутри него время остановилось. К действительности их вернул звонок телефона.

—Это бабушка, наверное,— Роберт достал мобильник и кивком головы подтвердил догадку.— Привет, мы уже около твоего дома, будем через пять минут.

Он сунул трубку в карман.

—Пора, любимая. Волнуешься?

—Есть немного.

—Все будет хорошо,— Роберт достал складной зонт из бокового кармана. Он выскочил под ливень, обошел машину и открыл дверь с Юлиной стороны.