Мелодия одиноких сердец - Настя Ильина

— Таисия! — вскрикнула мама. — Ты понимаешь, что обратной дороги не будет?

— Более чем, — спокойно ответила девушка.

Анфиса Олеговна не собиралась спускать всё это дочери с рук. Гордо подняв голову, женщина пошла в сторону остановки, а Тася согласилась поехать домой на машине Егора Константиновича. Девушке хотелось как можно быстрее собрать вещи и сбежать до возвращения матери, чтобы не слушать очередные упрёки и возмущения.

— Я поднимусь с тобой? — спросил Егор Константинович, едва припарковал машину около дома.

— Спасибо, не надо, я справлюсь.

И без того было стыдно, что незнакомый мужчина печётся о ней сильнее родной матери, поэтому Тася отказалась. Она поспешила в подъезд, поднялась на лифте и позвонила в дверь, потому что утром уходила с матерью и не взяла ключи. Отец открыл и окинул дочь обеспокоенным взглядом.

— Успел миллионер? — спросил мужчина.

— Успел… Пап, я жить к нему ухожу. Мама меня прогоняет.

— Да что же это такое?! Доченька!..

Отец прижал Тасю к себе впервые за эти мучительные недели, и девушка заплакала, вспомнив, как маленькая прибежала к нему с разбитой коленкой, а он поднял на руки и зашептал успокаивающим голосом, что всё это обязательно пройдёт.

— Это всё проходящее, девочка моя! Мама смирится, перебесится и прощения ещё просить будет. Мы ведь любим тебя! Не уходи! Я поговорю с ней, попробую убедить, что ребёнок, вне брака рождённый, это не конец света…

— Нет, папочка, ничего не получится. Мама не станет слушать.

— Тасенька…

Отстранившись от отца, Тася заметила, что за эти дни у него изрядно прибавилось седины в волосах, а лицо покрылось морщинками. Он волновался, разрываясь между дочерью и женой.

— Ты, главное, сам себя береги… А я справлюсь. Мне Егор Константинович пообещал помочь.

— Это же Сабуров! Неужели ты ему веришь?

— Странно, но верю, папочка.

Тася нехотя выбралась из объятий отца и поспешила в комнату. Девушка спешно забрасывала необходимые вещи в сумку. Услышав, что дверь в квартиру отворилась, она поёжилась, понимая, что мать вернулась. Таисия поняла в это мгновение, что всю свою жизнь жила в страхе перед тираншей матерью. И теперь она желала вырваться из столь порочного круга.

Получила двойку? Будешь наказана.

Задержалась в школе/колледже? Будешь наказана.

Попробовала перечить? Будешь наказана.

— А ты что это тут делаешь? — войдя в комнату дочери, спросила Анфиса Олеговна.

— Вещи собираю, — не глядя на неё, ответила Тася.

— Ты их не заработала… Собралась уходить к нему, так иди какая есть. Посмотрим, сколько тебя этот миллионер продержит. Думаешь, просто так будет с тобой нянчиться? Как сынок пользоваться тобой начнёт и не посмотрит, что пузатая.

— Зачем ты так, мама? — спросила Тася, захлёбываясь слезами и задыхаясь от ужаса, окутывающего её.

— Я тебе не мама. Раз собралась уйти неясно к кому, ты для меня мертва. Бери только то, что на свои кровные купила, и убирайся отсюда. Я всю жизнь ради тебя, а ты… Неблагодарная!

Тася больше не могла терпеть такое давление. Всё внутри разрывалось от горечи, словно кто-то заложил в организм бомбу замедленного действия. Сложив в рюкзак свой ноутбук, блокнот с паролями, нижнее бельё и одно платье, девушка поспешила покинуть квартиру матери.

Даже отец не вышел, чтобы проводить её, но Тася и не нуждалась сейчас в его жалости. Девушка быстро сбежала по лестнице и выскочила из подъезда. Внизу живота разлилась жгучая боль. Голова кружилась, а всё тело мгновенно обмякло. Едва добравшись до скамьи, Тася схватилась за спинку и согнулась пополам от боли, резанувшей в животе острым ножом. Девушка не сумела сдержаться и закричала.

— Таисия! Тася! — обеспокоенно позвал Егор Константинович, рванув к девушке.

— Мне в больницу нужно, — едва выловила из себя Тася, ощущая ручейки пота, стекающие со лба.

* * *

Егор чувствовал себя очень и очень странно. Даже когда жена ушла к другому, объявив, что все чувства давно умерли, такого раздрая на душе не было. А сейчас… С одной стороны, он радовался, что нашлась возлюбленная из интернета, а вот с другой — его девочка столько пережила за эти дни, что теперь долго будет адаптироваться и возвращаться к нормальной жизни.

Ещё и её мать… Никакой поддержки. Егор вспомнил свою маму, которая всегда принимала и поддерживала его решения, даже когда решил жениться на женщине старше себя. Смерть матери стала величайшей потерей, а вот мама Таисии вряд ли заслуживает слёз на своих похоронах. Но, как бы то ни было, она оставалась матерью, и Егор надеялся, что женщина не навредит собственной дочери.

Как только Таисия выскочила из подъезда в слезах с небольшим рюкзаком на плече, руки сжались в кулаки, а костяшки, в тех местах, где не было ссадин после вчерашней потасовки со стеной, побелели. Ярость быстро распространялась по венам, а вместе с ней росло желание уничтожить всех обидчиков, посмевших навредить его маленькому беззащитному ангелу.

Егор выскочил из машины и поспешил к Таисии, как только заметил неладное. Она выглядела бледной, словно моль, и создалось стойкое ощущение, что она вот-вот потеряет сознание.

— Таисия?! — постарался докричаться до возлюбленной мужчина. — Тася! — Девушка села на скамью и приподняла затуманенный взгляд.

— Мне в больницу нужно.

Вызывать скорую в такой ситуации — гиблое дело, ехать будут долго и неясно, что может произойти, поэтому Егор подхватил девушку на руки и понёс в машину, желая добраться до ближайшей больницы как можно быстрее.

Только бы успеть…

Он гнал как мог, нарушая все гласные и негласные правила дорожного движения. Вдавливал педаль газа до упора, обгонял все автомобили, порой создавая аварийные ситуации на дороге, но думал только об одном: «Медлить нельзя».

Добравшись до первой больницы, Егор выскочил из машины, осторожно взял на руки Таисию, которая теперь уже находилась на грани потери сознания, едва реагируя на его слова.

— Всё будет хорошо, малышка! — шептал Егор, понимая, что сейчас может сдать себя с потрохами, потому что волнуется за неё совсем не так, как должен переживать за девушку, изнасилованную сыном.

Взбежав по ступеням в отделение приёмного покоя, мужчина открыл дверь и пролетел к регистратуре, с ходу требуя гинеколога.

— Мужчина, да что вы тут кричите? — возмутилась девушка, сидящая в регистратуре с пилочкой в руках. Она занималась маникюром и не спешила что-то сделать. — Во-первых, сегодня мы не дежурим, и приём идёт только пациентов по записи. Вам во вторую больницу ехать надо… Во-вторых, все врачи сейчас на планёрке, вам никто не поможет, как бы вы ни кричали.

— Я камня на камне от этой больницы не