Дракон по обмену - Дарина Ромм

– Кто тебе велел меня разбудить, Тания? – я улыбнулась девушке как можно дружелюбнее.

– Так господин, который вас раненую привез и велел. – толстушка смотрела на меня во все глаза, даже рот слегка приоткрыла. – Я ваши вещи отдала в магическую стирку, и сорочку вам приготовила – вдруг вы пока не захотите свое надевать.

– А кто меня раздел, Тания? – я решила прояснить смущающий меня момент.

– Так я и раздела. – она приподняла бровки домиком. – Вас лекарь сначала осмотрел, дал мазь, чтобы синяки мазать, а потом я вас раздела и в постель уложила.

Она помялась, а потом смущенно спросила:

– А вы наемница, да, госпожа?

– Почему ты так решила, Тания? – я по-прежнему изо всех сил улыбалась и источала благодушие.

Девушка, видя, что я не сержусь за ее вопрос, приободрилась и зачастила:

– Так господин, который вас привез, к вам так обращался. Хотя вы и без памяти были, но он все равно вам говорил «наемница». И синяки у вас такие на ребрах, будто вы бились с кем-то. Ну и волосы… – девушка замялась, смутившись еще больше. – И одежда странная…

– Ох, Тания, ты такая наблюдательная – смотрю, от тебя ничего не укроется. – похвалила я служанку. Та радостно зарделась, и принялась болтать, а я слушать:

– Ваша правда, госпожа. От меня ничего не утаить – все вижу, и все подмечаю. А господин ваш, он ведь тоже не простой, я быстро догадалась.

– Да ну?! –  я сделал вид, что сомневаюсь.

Тания сразу надулась обиженно:

– Вот не верите, а я тотчас поняла, что он тот, про кого у нас шепчутся.

– Да, госпожа, истину вам говорю. – еще быстрее зачастила девица, видя недоверие на моем лице. –  Я было подумала, что господин, что вас привез – дракон. Да только драконы на лошадях ведь не ездят – у них крылья, им лошади не нужны. Значит человек, только необычный. А все знают, что недавно неподалеку от нашего города опять выброс чужой магии был, и главный королевский инквизитор самолично выехал на это место расследование проводить.

– Оно и понятно, – вдохновенно продолжала девушка, – что господин инквизитор сам сел на лошадь, да поехал. Потому как нечисть эта иномирная уже совсем обнаглела – лезет к нам, да пакостит беспрестанно. Сколько ее не уничтожают, а все равно лезет и лезет. Вы ведь с нечистью бились и пострадали, да госпожа?

Девушка смотрела на меня с таким благоговейным восторгом, что разбивать ее веру в мой героизм у меня рука не поднялась.

– Ох, Тания, ты такая догадливая! – похвалила ее.

Девица зарделась еще пуще и горделиво выпрямила спину:

– Ну-у, даже спорить с вами не буду, госпожа – что есть, то есть.

И понизив голос до шепота, спросила:

– А как эта нечисть выглядят, госпожа? Правду болтают, что их и не отличишь от обычных людей или драконов?

– Ну а ты сама как думаешь? – как можно небрежнее спросила я, изо всех сил надеясь, что девчонка продолжит говорить.

Мой призыв к сообразительности произвел нужное действие, и еще понизив голос, Тания зашептала:

– Я так думаю, если бы они не были похожи на нас, их бы сразу всех поперебили. А раз они все еще тута, то умеют нами притворяться. А еще…

Она сделал театральную паузу:

– У нас о прошлом месяце господа драконы останавливались. И дядька Гнут мне по секрету рассказал, что подслушал, как господа обсуждали, что нечисть эта под драконов любит подделываться. Только у нечисти чешуя не серая, да черная, как у нормальных драконов, а разноцветная, как костюм у шута в балагане. Вот так их и могут вычислить – по цветной чешуе. – со значением закончила служанка, довольная, что нашлось кому оценить ее ум и сообразительность.

– Ох и умная же ты, Тания! – прошептала я враз онемевшими губами.

Девица вдруг всплеснула руками и воскликнула:

– Чего же я стою, да болтаю! Воды же надо вам натаскать! – и крутанувшись, ринулась из комнаты.

На ватных ногах я доползла до окна и прижалась к прохладному стеклу пылающим лбом:

– Значит, здесь есть драконы. Нормальные – серые, да черные. А еще есть иномирная нечисть, которая притворяется драконами, и у которой чешуя пестрая, как костюм шута. Еще имеется инквизитор – главный по уничтожению нечисти. И кажется, именно он недавно вышел из этой комнаты, проведя ночь на одной постели со мной …

Пока я стояла у окна, глядя на улицу и размышляя о своей красно-золотой проблеме на висках, Тания развернула бурную деятельность. Притащила большую деревянную лохань и несколько чистых простыней. А затем принялась таскать одно за другим ведра с горячей водой. Когда лохань была готова, девица велела мне:

– Вы скидайте одежу, и лезьте в воду – а я вам буду помогать мыться. Не хуже горничной могу все сделать.

Да, как-же, чтобы ты мою чешую увидела – яркую, как костюм шута, – и тут же побежала к господину инквизитору. Докладывать, что он провел ночь бок о бок с иномирной нечистью. Я ведь даже не знаю, есть чешуйки у меня еще где-то на теле, или висками ограничилось.

– Иди, Тания, я сама помоюсь. А к тебе просьба будет – найди мне женское платье и платок какой-нибудь, чтобы волосы прикрыть. Сама понимаешь, здесь я не на войне, негоже людей пугать моей одеждой и короткими волосами.

 Тания понятливо закивала:

– Ваша правда, госпожа. Сейчас я вам одёжу раздобуду, а потом вы можете на базар сходить. Господин инквизитор сказал, чтобы вы себе чего надо прикупили.

– А сам он где? – как можно равнодушнее спросила я.

– Так уехал он, уже час как. Ой! – она вдруг хлопнула себя по лбу. – Он же вам велел передать кой-чего.

Она опять унеслась, а через минуту стояла передо мной и протягивала небольшой кожаный мешочек, с крепкими завязками.

– Вот, велел кошель передать, и сказать, что он завтра к вечеру возвернется. И чтобы вы к этому времени себе купили, чего вам надо.

Я взяла мешочек и взвесила в руке – тяжеленький. Вот за это отдельное спасибо беспардонному типу. И за то, что уехал так вовремя, не успев разглядеть ни мои чумазые прелести, ни мои чешуйки.

А мне спасибо, что вчера так и не умылась и не показала ему свое лицо. И все, что он видел – это грязные разводы на коже и свалявшиеся волосы. Вот пусть по этим