Идеал женщины - Джанис Мейнард

Отец, разумеется, не мог не спросить о семейном бизнесе.

– А кто будет заправлять делами в Атланте?

– Новичок. В смысле, новичок в менеджменте. Я следил за ним. Он умен и увлечен своей работой. И я решил предоставить ему шанс проявить себя.

– Ну, раз так… – с некоторым сомнением произнес Винсент Вольф. – Ладно, благословляю. К тому же, надо признаться, я ничего не имею против, чтобы почаще видеть твою физиономию. – Он поднялся с кресла.

Из уважения к отцу Девлин также встал. Мужчины коротко обнялись. Девлин к этому еще не привык. Такое открытое проявление отцовских чувств со стороны Винсента появилось лишь в последние годы.

Когда Джиллиан вернулась к себе, ее мать была дома. Небольшой одноэтажный дом, в котором родилась и выросла Джиллиан, не шел ни в какое сравнение с домом Вольфов. Но, пусть старый и обветшалый, это все-таки был дом…

Дорин Карлайл обняла дочь:

– Тетя Тина передает тебе привет и ждет в гости, пока у тебя есть время.

Дорин, не умевшая жить без дела, тут же начала суетиться по кухне. Когда-то эта привычка матери раздражала Джиллиан, но сейчас это казалось естественным и правильным.

Она села на стул.

– Ты что-нибудь слышала о том, что Вольфы собираются строить здесь школу?

Ее мать замерла, стоя спиной к Джиллиан. Когда она повернулась, на лице у нее застыло выражение спокойствия.

– Да, слышала. На прошлой неделе. Но ты не слишком надейся. Пройдет еще немало времени, прежде чем они начнут набирать учителей.

– Девлин Вольф предложил мне сегодня работу.

Дорин тоже опустилась на стул, сжимая в руках пакет с сахаром.

– Как так могло получиться?

– Долгая история. Мы встретились вчера вечером… Я сказала, что сейчас без работы, и он сделал мне предложение.

С каким-то материнским чутьем Дорин строго произнесла:

– Джиллиан Элизабет Карлайл! Что ты натворила?

– Да ничего, мама. Я думала, ты обрадуешься.

– Благодаря Вольфам у меня есть кусок хлеба с маслом, но я родилась не вчера. Девлин Вольф – бабник!

– Ты к нему несправедлива. Разве он виноват в том, что красив и богат? Женщины сами не дают ему прохода. – Сообразив, что она защищает Девлина, Джиллиан удивилась.

– Так-так, – заметила Дорин. – Значит, красив?

Щеки Джиллиан запылали.

– Вряд ли я одна так думаю. И вот еще что. – Джиллиан решила покончить с этим.

– Что? – Во взгляде Дорин промелькнула тревога.

– Девлин хочет, чтобы я пожила в их доме. Это нужно для работы. Он очень занятой человек и хочет, чтобы я всегда была под рукой, когда у него появится свободная минута для работы над этим проектом.

– Ах, Джиллиан! – Дорин покачала головой. – Ты помнишь того парня, который подарил тебе обручальное кольцо, когда ты училась в колледже?

– Да.

– Я ведь пыталась предостеречь тебя, что он тобой пользуется.

– Да, а я тебя не слушала.

И ее мать оказалась права. Как оказалось, она была нужна тому парню лишь в качестве кухарки и уборщицы. Помолвка продлилась каких-то четыре месяца.

– Конечно, сейчас ты уже взрослая женщина, поэтому сама решаешь, как тебе жить. Но ведь ты моя дочка, и я не могу о тебе не волноваться.

Дорин не стала напоминать дочери о другом случае, и Джиллиан была ей благодарна. Когда она только начала работать в школе, директор стал проявлять к ней интерес, который Джиллиан поначалу сочла как проявление помощи более опытного человека. Тогда она еще не знала – директор увивается за каждой молоденькой учительницей. Все прояснилось, когда ситуация закончилась обвинениями в сексуальном домогательстве, которые выдвинули против директора несколько учительниц.

Джиллиан перешла в другую школу. С тех пор она испытывала неуверенность от неспособности различить ложь и корысть со стороны мужчин. Девлин Вольф, скорее всего, не был лжецом, но от него исходила опасность совсем другого рода. Он был настолько привлекателен и очарователен…

Но сейчас Джиллиан так нужна работа! А Девлину нужны ее знания и опыт. Даже если вдруг – кто знает? – он начнет с ней заигрывать, всегда надо будет помнить: вряд ли Девлин строит далекоидущие планы.