Истинная на одну ночь - Ольга Иконникова

– Ваше величество! – Бернадот схватил меня за руку и не позволил совершить безумство. Он силком втащил меня назад и теперь смотрел на меня со страхом, должно быть, думая, что я сошел с ума.

– Я почувствовал ее, ваше сиятельство! – выдохнул я и счастливо рассмеялся.

Маркизу не нужно было ничего объяснять. Его лицо просветлело, и он тихо спросил:

– Ваше величество, неужели? Вы почувствовали истинную?

– Именно так, маркиз! Но я не сразу понял это, а когда понял, мы отъехали от ее экипажа уже далеко.

– Ничего страшного, ваше величество! Раз это случилось – впервые за много-много лет – то вы непременно отыщете ее на балу!

Он не усомнился в моих словах ни на секунду. Хотя то, что я сказал, было больше похоже на бред умалишенного. И ведь я сам никогда не верил в это! А теперь оно случилось, и я чувствовал себя как ребенок, который впервые увидел, как работала магия.

Да, маркиз прав – раз эта девушка была в числе гостей, то я ее найду! О, я буду танцевать с каждой женщиной, которая будет в зале! И когда я возьму ее за руку, я сразу пойму, что это – она!

Никогда еще я так не волновался перед балом. И я замучил своего камердинера, требуя то разгладить манжеты на рукавах камзола, то заменить брошь, что была приколота на кружевной воротник.

– Вы ведете себя странно, ваше величество, – заметил заглянувший в мои апартаменты герцог Аргулемский. – Никогда прежде я не замечал, чтобы вы были так обеспокоены своим внешним видом.

Нолан подошел к окну, отодвинул тяжелую штору, и я вздрогнул, увидев кружившие за стеклом хлопья снега. На улице начиналась метель!

Глава 10

Королевский дворец был великолепен – прежде я не могла и представить себе ничего подобного. Я начала разглядывать его, еще когда наша карета медленно ехала вдоль высокой кованой ограды в череде других таких же карет. Фасад приятного бежевого цвета, белоснежные колонны, поддерживающие длинный балкон, и огромные окна, из которых, должно быть, был виден весь город.

Когда карета, наконец, добралась до крыльца, и я ступила на мраморную ступеньку, пошел снег – и это тоже показалось мне чем-то волшебным.

– Постарайся не потеряться внутри, дорогая Эми, – улыбнулась тетушка. – В зале будет очень много народа. И там будет ужасная духота, так что я вряд ли выдержу там дольше получаса. Если что – ищи меня в оранжерее или в библиотеке. Меня давно уже не прельщают танцы, а потому делать в бальной зале мне особенно нечего. А вот ты должна танцевать до упаду.

– Но я никого там не знаю! – испугалась я. – Нас с Джорджи с детства учили, что нельзя принимать приглашение на танец от мужчины, который тебе не представлен.

– Бал-маскарад тем и хорош, дорогая, что позволяет пренебречь некоторыми условностями. Здесь можно танцевать, не думая о титулах своих кавалеров.

– Но что, если я сделаю что-то не так? – я продолжала волноваться. – Нарушу в танце фигуру или наступлю на ногу партнеру?

Патриция рассмеялась:

– Ничего страшного, милая! Всё равно никто не будет знать, кто ты такая. И после бала сплетники смогут сказать только, что девушка в синем платье была ужасно неловкой.

Ее слова весьма подбодрили меня, и в бальную залу я вошла почти спокойной.

Тетушка ничуть не преувеличила – мне показалось, что тут было не меньше тысячи людей, хотя наверняка на самом деле их было значительно меньше. И шум в зале стоял такой, что у меня заложило уши. Платья дам были роскошны, и всё-таки я не без удовлетворения отметила, что мое было одним из самых лучших.

В зале было несколько высоких и широких окон, некоторые из которых были приоткрыты, и тетушка сразу устремилась к одному из них.

– Здесь хотя бы можно нормально дышать, – сказала она, энергично обмахиваясь веером.

Мимо нас как раз проходил официант с подносом, и мы взяли по бокалу прохладного фруктового напитка. Все гости были в масках, но я не сомневалась, что старые знакомые наверняка заранее сообщали друг другу, кто из них будет в каком костюме, или находили возможность подать какой-то знак уже здесь. К счастью, я сама здесь никого не знала, и маска на лице позволяла мне укрыться от любопытных взглядов, которые я то и дело замечала на себе.

– Не беспокойся, дорогая, я не собираюсь ни с кем здесь разговаривать, так что наше инкогнито будет сохранено. Но не обижайся на меня, если в скором времени я ретируюсь отсюда в более спокойное место. В дворцовой библиотеке есть прелестные диванчики, на которых можно прекрасно подремать до утра.

– Нет-нет, тетушка, – запротестовала я, – зачем же вам идти на такие жертвы? Я уже вполне удовлетворила свое любопытство и после первого же танца мы можем уехать домой.

Я уже успела восхититься сияющими хрустальными люстрами, росписью потолков и великолепными картинами на стенах. Мне уже было что рассказать Джорджине, если бы когда-нибудь я решилась признаться ей, что мы посетили этот бал.

– Ну, что ты, дорогая! – воскликнула Патриция. – Уезжать из королевского дворца раньше, чем наступит утро, считается дурным тоном. На таких балах принято танцевать до упаду. Можешь не сомневаться, что туфельки дам будут стоптаны до дыр.

– Танцевать целую ночь? – ужаснулась я. – Но это же немыслимо!

– О, так кажется только поначалу! Когда я была молода, мне каждый раз казалось, что бал заканчивается слишком рано. Так что танцуй, веселись и не вздумай искать меня раньше, чем гости начнут разъезжаться.

Располагавшийся на балконе оркестр заиграл громче, и церемониймейстер подал знак к началу танцев. Возле меня тут же оказался высокий худощавый мужчина в военном мундире. Он поклонился и звякнул шпорами.

– Надеюсь, вы не откажете мне, мадемуазель?

Этот танец был мне хорошо знаком,