Ты меня предал - Анна Бигси

Скорее, о ком. Но вслух я этого не говорю, а просто вспыхиваю от стыда.

— Об учёбе, — выпаливаю первое, что приходит в голову. — Зачёт скоро, надо подготовиться…

— Кстати про учёбу, — голос отца становится тяжелее, а у меня по спине пробегает холодок. — С кем ты разговаривала около института?

— О чём ты? — притворно округляю глаза, но голос предательски дрожит.

Я не умею врать. Совершенно. Но, видимо, пора учиться.

— Не прикидывайся! — рявкает отец, а Эльмира язвительно посмеивается. — Ты прекрасно знаешь о чём. Что у тебя с этим мерзавцем?

Он видел, как я разговаривала с Вороном. Видел, но специально ничего не сказал сразу, чтобы я потеряла бдительность. А я-то дура повелась.

— Ничего, — виновато опускаю глаза. — Он просто предложил меня подвезти…

— Просто? — отец повышает голос. — Ты считаешь это допустимым?

Давит, пытаясь сломать, но внутри наоборот зреет сопротивление. И оно, конечно, побеждает.

— Что в этом такого? — вскидываю подбородок и с вызовом смотрю в глаза отцу. — Я даже не согласилась!

За такую дерзость можно и по лицу схлопотать, но тот лишь опасно прищуривается.

— Ты разговаривала с посторонним мужчиной, — напоминает вкрадчиво, но в то же время жёстко втрамбовывает в мозг. — Ты разве забыла, как должна себя вести приличная девушка?

— Не забыла, — цежу сквозь зубы и сжимаю под столом кулаки так, что ногти болезненно впиваются в кожу. Больно, но немного отрезвляет и приводит в чувство.

— Ирада, о чём ты только думаешь? — отец со злостью припечатывает ладонь к столу. — У тебя помолвка на носу. Не дай бог кто-то донесёт Асаду, и он усомнится в твоей чистоте и невинности.

Качает головой, предупреждая о возможных последствиях.

— Ну и пусть! — взрывает меня. Вскакиваю с места. — Я всё равно не хочу! Пусть откажется!

— Опозорить меня решила? — рычит отец и подаётся вперёд. — Разве так я тебя воспитывал?

— Ты продал меня, отец, — буквально выплёвываю ему в лицо. — Тебе не стыдно?

— Замолчи, — он с силой бьёт кулаком по столу. Вздрагиваю и по инерции отпрыгиваю в сторону. — Иди в свою комнату. До понедельника больше из дома не выйдешь!

— Я что, в тюрьме?

— Хватит, я сказал, — выдыхает отец, бледнеет и начинает оседать на пол.

— Отец! — бросаюсь к нему и удерживаю, не давая упасть. — Что с тобой?

— Сердце… — хрипит он и закатывает глаза.

Эльмира сразу же оказывается рядом. Вдвоём мы укладываем его на диван и вызываем скорую. Вроде обошлось, но я всё равно чувствую вину за случившееся. Чуть не довела отца до инфаркта. Что я за дочь такая?

Убегаю к себе в комнату. Падаю лицом на постель и даю волю слезам. Жалею себя и свою судьбу. Даже не представляю, как выпутаться из этой паутины вины и долга. Может, просто сдаться и покориться решению старших? Так всем будет лучше. А с мужем договориться. Сам же сказал, что это возможно…

Он станет моим первым и единственным. Во всём. Я ведь даже не целовалась ни разу и не знаю, как это делается. Девочки рассказывали подробности, но так это всё непонятно и постыдно.

Представляю себе, как Асад приближается, а я пытаюсь принять его для себя. Проникнуться им, вопреки всему. Его запах щекочет обоняние, вдыхаю и невольно морщусь. Слишком грубый и яркий. Мне не нравится, отталкивает. К горлу подступает тошнота. Я не смогу. Лучше будет всем, кроме меня.

Глава 10

Ворон

Мне смешно от самого себя до нервного тика. У меня тренировки с пацанами, на работе дел столько, что в сутках не хватает часов. А что делаю я? Играю в сталкера, мать вашу!

У меня есть расписание всех занятий Ирины вплоть до номеров аудиторий и имён преподавателей, читающих лекции. Я знаю, по какому маршруту из объездных утром её привозят на занятия. Знаю, что девочка, в болотных глазах которой появилась невыносимая тоска, после второй пары сидит одна в небольшом сквере перед вузом и всё время о чём-то думает.

Мне хочется, чтобы ведьмочка улыбнулась, поэтому пришлось немного ускориться и поговорить с Русланом Грановским насчёт просьбы Рустама. Прямо сейчас они с отцом должны ехать к нему на встречу в головной офис. Потом Рус отправится сам проводить тренировку у своих, ему нужно практиковаться в качестве лидера группы. Задатки есть, надо работать. А я, так уж и быть, присмотрю за его маленькой сестрёнкой, чтобы она никуда не вляпалась, а то вид у девочки сегодня уж больно мрачно-решительный.

Направляюсь в сквер ближе к концу её последней пары. Встаю за широким стволом дерева и наблюдаю за учебным корпусом. Ира наконец-то выходит, поправляя вечно сползающий с плеча рюкзак. Действительно, прихрамывает. С ней в компании пара девчонок и парень. Смеются, болтают, а она только кивает в ответ.

Маленькая моя, иди сюда скорее, я тебя пожалею.

Её друзья сворачивают в сторону открытого кафе, а Ира шагает прямо ко мне, пиная по дороге кучу жёлтых листьев. Порывом ветра их поднимает от земли и несёт по дорожке. Она улыбается, а я роняю взгляд себе под ноги. В траве, местами ещё зелёной, нахожу маленький голубой цветок. Кто такой, не знаю, с ботаникой у меня всегда было плохо, но он такой же нежный, ранимый и стойкий, как эта девочка.

Выхожу к ней. Пугается, застывает.

— Привет, — протягиваю цветок.

— Здравствуйте, Ворон.

Меня коробит, что она обращается ко мне по прозвищу. Я с ним давно сросся и для всех всегда представляюсь именно так, а от Иры вдруг захотелось услышать собственное имя. И я решаю представиться.

— Павел. И хватит уже «выкать». Держи, — вкладываю цветок ей в руку.

— Что вы … ты опять здесь делаешь? — с опаской оглядывается по сторонам.

— Устраиваю небольшое похищение. Пойдём? — подаю ведьмочке раскрытую ладонь. Дёрнув тёмной бровкой, смотрит на меня с явным сомнением. — Смелее. Это точно не опаснее полёта из окна, — смеюсь я.

— Рус… — Ира раздражённо закатывает глаза.

— Чем дольше мы здесь стоим, тем больше ненужного тебе внимания привлекаем. Поехали, Ир. Пожалуйста. Я не обижу тебя.

— Верю, — кусает губы и трёт цветком о