Чужой муж - Ольга Рузанова

Ка-а-айф.

Неприятные впечатления от очередной встречи с Олесей под окнами моего дома смывает первым же глотком вискаря. Настроение, сука, испортила своими угрозами.

Парни, Андрюха и Паша, негромко говорят о делах. Антоха с кем-то переписывается в телефоне. Я, устроив голову на спинке дивана и закрыв глаза, отдыхаю.

Вечер только начался, надо закинуться допингом и как следует расслабиться.

Слышу, что музыка, доносящаяся из зала снизу, становится громче, по ногам тянет сквозняком.

- Мальчики... привет!..

Затянувшись табаком, открываю глаза и вижу сквозь плотный никотиновый туман двух девочек.

Дина и Варенька.

Горячие сосочки. И по отдельности и вместе.

- Иди ко мне, - оживляется Антоха, подзывая, очевидно, любую из них.

- Ты жадина, - дует губы Варя и, обойдя диван, на котором сидят Андрей и Паха, приближается ко мне.

Правильно, бельчонок. Олежа на своих куколках не экономит. И пососать даст и копеечку на карту кинет.

Дина следует за подругой и, ловко обойдя ее прямо у финиша, прыгает на мои колени.

- Приве-е-ет...

Сделав еще одну затяжку, выпускаю струю дыма вверх и чувствую на шее ее жадные губки.

Варвара не теряется, присаживается слева от меня и ведет ладошкой по груди.

- Надеюсь, на этот раз твоей жены поблизости нет?.. - шепчет Дина в ухо, - я требую компенсации за моральный и физический ущерб.

- Мы развелись... почти...

- Почти? - смеется Варя, - то есть, в следующий раз она может и меня за волосы оттаскать?

- А вы как хотели, девчата? - делаю финальную затяжку и выдыхаю дым в широко открытый рот Дины, - кто не рискует, тот не пьет шампанское... и не ест сладкое на десерт.

- Варюш... - доносится до нас обиженный голос Тохи, - иди ко мне, сладкая. Видишь, ты там лишняя. У Олежки уже на Динку встал.

Андрюха и Паха ржут в голос. Их девки вниз потусить спустились, поэтому, на этих они не претендуют.

- Оле-е-еж... - хнычет Варя, - я с тобой хочу.

- В другой раз, - усмехаюсь, спихивая с колен ее сестру и поднимаясь на ноги.

У Варюшки задница тощая, а мне сегодня пухлости и мягкости хочется.

Обхватываю пальцами запястье Дины и веду ее в соседнюю пустую випку.

Здесь тише и темнее, а диваны такие же мягкие.

Падаю на один из них и, раскинув руки на его спинке, указываю взглядом на свой пах.

Дина плотоядно облизывается, бросает рядом со мной свою крохотную сумочку, в которую, наверное, только пачка презервативов и помещается, и начинает расстегивать блузку.

Сиськи у нее большие, мягкие, с крупными, светло - коричневыми сосками и, что примечательно, натуральные. Между них едва ли не приятнее, чем внутри самой Дины.

- Олег... - проговаривает, волнуясь, - только ради тебя... ты же знаешь... только тебе...

- Знаю, - вру в ответ на ее ложь.

- У тебя самый охрененный член...

- Я в курсе, - а это чистая правда.

- Я никому не сосу, кроме тебя!

- Давай, Дин... - съезжаю бедрами вниз.

- Я вообще минет ненавижу.

- Возьми в рот, бельчонок.

Сглотнув, она подходит ближе и, выкручивая бедрами восьмерки, медленно опускается на колени. Гладит ладонями мои бедра, склонившись, трется носом о ширинку и только при помощи зубов и языка расстегивает пуговицу джинсов и молнию.

Фантастический навык для той, что ненавидит минеты.

Так же зубами оттягивает резинку боксеров и освобождает полуэрегированный член.

Покрывая его быстрыми короткими поцелуями, вынимает из петлиц пуговки рубашки. Распахивает полы в стороны и начинает целовать живот. Всасывает кожу, влажно лижет его языком.

Мой младший, почуяв на себе тепло ее дыхания, окончательно просыпается и, сладко потянувшись, встает по стойке смирно.

- Обожаю, - бормочет Дина возбужденно, - так соскучилась... любимый мой...

Обхватывает его у основания, вбирает в рот головку, и в этот момент я давлю на ее затылок и загоняю сразу в глотку. Не люблю, когда телка во время секса использует рот не по назначению.

Держу так, пока пока она хрипеть не начинает и только после этого отпускаю.

- Дикарь!.. - выдыхает восхищенно, глядя на меня снизу вверх.

Дальше моего вмешательства не требуется. Поняв, что от нее требуется, Дина делает все сама.

Сосет, заливая свои сиськи слюной, облизывает его и зацеловывает, но, чувствуя, что я собираюсь кончить, вдруг поднимается на ноги, задирает юбку, стягивает с себя трусы и, наклонившись вперед, упирается ладонями в пол.

Бл*дь.

Тяжело вздохнув, вынимаю презерватив из заднего кармана и, вскрыв упаковку зубами, раскатываю его по стволу и поднимаюсь на ноги.

- Хорошо держишься?..

- Д-да, - хрипит натужно и глухо вскрикивает, когда я вгоняю до упора.

Луплю по пышным ягодицам, пока она орать не начинает и кончаю в презерватив одновременно с ней.

- Оле-е-еж... - не то плачет, не то хнычет, - давай попробуем что-то более серьезное...

Пошатываясь, выпрямляется, убирает волосы с мокрого лица и шмыгает носом. Вся красная, опухшая, искусственные длинные ресницы неестественно загнулись и сделали ее похожей на поломанную куклу.

- Я не достоин тебя, Дин...

- Это я! Я тебя не достойна!.. - выкрикивает задушенно, - ты идеальный! Ты просто лучший, Олеж!..

- Где-то бродит твоя половинка, бельчонок.

Снимаю презерватив, вместе с упаковкой выбрасываю его в урну и застегиваю ширинку. Затем поправляю рубашку и заправляю ее в джинсы.

- Какая половинка?.. - глядя на меня исподлобья, вздыхает мрачно, - кругом одни уроды, нищеброды и альфонсы.

- Не утрируй.

- Такой, как ты один раз за всю жизнь встречается... хоть бы ребенка мне сделал.

Застегиваю ремень и приглаживаю волосы.

- Никаких детей... я еще слишком молод для них.

Ожидая, пока она натянет трусы и приведет себя в порядок, закидываю ей денег на карту. На лекарство от сердечных ран и разные женские штучки.

Вместе возвращаемся в випку, где ее сестра, сидя верхом на Тохе, вылизывает его ухо. Паша и Андрюха, очевидно, уже свалили.

- Варь, пошли... - зовет ее Дина.

- Да идите вы! - восклицает с обидой в голосе.

Антон, сузив глаза, заметно напрягается и посылает мне предупреждающий взгляд.

- Варя! Я домой!.. - строго повторяет старшая сестра.

- Сука!..

Слезает с моего друга, поправляет юбку и, толкнув меня плечом, идет за Диной.

Я падаю на диван и, наполнив бокал виски, прикуриваю сигарету. В мозгах неожиданно проясняется. Зудящая со вчерашнего дня на задворках сознания мысль вдруг приобретает четкость.