Цирковые твари - Эйден Пирс

Белый огонь охватил меня. Никогда еще мой суккубский голод не был так утолен. Но мне было еще недостаточно. Они не лишили меня девственности. Они были такими твердыми и в то же время такими нежными.

— Кто вы? — прошептала я, наклонив лицо, чтобы посмотреть на клоуна, когда он поднялся на ноги и снова засунул себя в штаны. Я повернула шею и увидела, что другой клоун уже вернул маску на место.

Они только рассмеялись, холодно и жестоко, как и в первый раз, когда я их встретила.

— Мы найдем тебя после шоу, маленькая предвестница.

6

Цирковые твари

Мэг

Вытерев лицо о футболку с призраком, я сложила ее вокруг меча, чтобы защитить лезвие, и положила обратно в чехол. Затем отправилась на поиски Лолли. Расскажу ли я ей о том, что произошло? Наверное, нет. Тот момент с клоунами был интимным — настолько интимным, насколько может быть интимным то, что два клоуна за пластмассовым котлом жарили меня на вертеле.

После нескольких минут поисков горгоны я проверила свой телефон и поняла, что она, вероятно, искала меня, а когда не нашла, вернулась к своему киоску со сладостями.

Я вышла из дома с привидениями и вошла в главный шатер.

Находиться внутри черно-белого биг-топа было все равно что попасть в лихорадочный сон. Воздух пах потом, шум дезориентировал, энергия всего этого была чрезвычайно сильной.

Это была выгребная яма агрессивных эмоций и аур.

Несмотря на то, что я знала, что это место совсем не похоже на цирк Уокера, в атмосфере царила ностальгия, заставлявшая меня скучать по отцу. Нахождение в цирке, в любом цирке, позволяло сохранить память о нем.

Вопрос был в том, смогу ли я выдержать, вдыхая ядовитый запах крови, витавший в воздухе? Может быть, нет, если бы мне пришлось каждый вечер сидеть на трибунах. Было бы лучше, если бы я находилась на ринге, где можно было бы дергать зрителей за ниточки и заставлять их чувствовать именно то, что я хочу.

Я не умру, если посижу один вечер в зале.

Когда я нашла свое место, то с облегчением обнаружила, что все места по обе стороны от меня свободны. Пустота была достаточна, чтобы освободить голову от хаоса.

Шоу еще даже не началось, а зрители были на взводе, опьяненные вихрями темной магии, окутавшей зал. В нескольких рядах от моего началась жестокая драка между двумя монстрами. Никто не сделал ни шага, чтобы остановить их. Зрители дразнили и бросали попкорн в дерущихся идиотов, жажда крови витала в воздухе так сильно, что у меня голова шла кругом.

Поставив гитарный чехол на сиденье рядом со своим, я на всякий случай держала руку на защелке.

Бой утих, и все опустились на свои места, когда в шатре погас свет. Никакого шоу-освещения не было. Не было команды. Все управлялось магией, настолько ощутимой, что я чувствовала, как она скользит по моей коже, словно ласкает ее.

Волосы на моем затылке встали дыбом. Я согнулась в кресле, дыхание вырывалось из груди быстрыми короткими толчками. Казалось, что высота над уровнем моря изменилась. Воздух стал холоднее, тоньше.

Шепот и вздохи пронеслись по трибунам, когда створки палатки распахнулись и внутрь ворвался сильный порыв ветра. Я напрягла глаза в темноте и поняла, что это не ветер. Это было что-то другое, что-то живое. Его энергия была настолько сильной, что я задыхалась, как от густого дыма, пробивающегося в легкие.

Что бы это ни было, это было что-то злое.

Над головой раздался нечленораздельный смех, похожий на смех самого дьявола, маниакальный и безумный.

Темное облако искрящегося фиолетового дыма закружилось вокруг центрального столба, и через несколько напряженных ударов появилось изображение человека.

Я напряглась на своем месте, чтобы разглядеть его в темноте.

Это должен был быть инспектор манежа «Грешников Сайдшоу». Тот, кто стоит за всем этим безумием. Он определенно выглядел соответствующе. Он был создан из магии и теней, но его облик был одет по высшему разряду.

Вместо обычного для большинства инспекторов красного бархатного фрака, его фрак был глубокого сливового цвета. Фрак был длиннее, чем у Уокера, и доходил до середины бедра. Его шляпа напоминала костюм сумасшедшего шляпника: одна сторона длиннее другой, а верх слегка наклонен. Его голова была наклонена вниз, а шляпа скрывала лицо. Длинные темные волосы развевались за спиной, как будто созданные из теней. В руке в перчатке была длинная трость с рукояткой, форму которой я не могла разглядеть с такого расстояния.

Он был стройным, высоким и обладал такой властной силой, что каждая душа в зале затрепетала в предвкушении.

Кем бы ни был этот монстр, он держал всех на ладони своей окутанной шелком руки.

— Призраки и приведения. Твари и гады. Прямо из адских недр Нижнего мира к вам выползает величайшее зрелище на Земле. Здесь собраны ужасы, способные вызвать кошмары у самых мерзких монстров.

У меня перехватило дыхание от голоса инспектора. Он был темным и неповторимым, гладким и сладким, как расплавленный мед.

Медленно он поднял голову, и мое сердце чуть не остановилось. Пронзительные изумрудные глаза пронзили мою грудь, пробив легкие. Но кому нужно было дышать, когда можно было умереть и попасть в нижний мир? Может быть, там будет больше таких, как он.

Инспектор был воплощением темной магии: лицо, покрытое тенями, и острые, как драгоценные камни, глаза, полные тайн.

— Я приветствую вас в «Грешниках Сайдшоу», — продолжал он. — Где вы непременно обмочитесь от восторга.

Над кольцом, безумно гогоча, пронесся человек на трапеции.

— А может, и истечёте кровью!

Он был без рубашки, в одном лишь трико с высокой талией и ромбовидным рисунком, подчеркивающим мускулистые бедра. Его лицо было разрисовано, как у клоуна-арлекина, и выглядело так, будто его нанесли в спешке. Впрочем, это придавало его облику изюминку.

Из противоположного конца палатки высунулся второй мужчина, такой же, как и первый.

— Или кончите!

Эти два акробата были так похожи, что единственное различие между ними заключалось в том, что у одного волосы были синего цвета, а у другого — кислотно-зеленого. Они должны были быть близнецами. Очень, очень сексуальными близнецами.

Когда они проплыли мимо друг друга в центре кольца, они похлопали друг другу в