Предатель. Цена обмана - Ая Кучер

— Девушка, — та недовольно вздыхает, протягивает «е», заставляя чувствовать себя ничтожеством. — Здесь недалеко есть хостел, звоните оттуда. Вы не понимаете, что портите имидж отеля?

— Несколько минут, — повторяю настойчивее, вздёргиваю подбородок. — Учитывая, сколько раз мой муж здесь останавливался, можно быть чуть вежливее.

— Не припоминаю здесь мужчин в пижамах.

— А вы проверьте фамилию Усманова. Сразу вспомните.

Я приподнимаю бровь, прожигая девушку уверенным взглядом. Никому не позволю так с собой говорить. Администраторша сдаётся, показательно вздыхает и лезет в компьютер.

А я внимательно слежу за её реакцией. Её глаза становятся больше, дыхание — нервное. Судя по всему, там не единоразовый визит в этот отель.

Больно.

Боже, как же больно.

Сердце когтями пронзает. Я судорожно вдыхаю, но кислород не попадает в лёгкие. Кровь в венах бурлит, обжигая.

Ну почему? Я ведь уже знаю, худшее увидела в муже. А всё равно больно. Так сильно, так плохо, что хочется калачиком свернуться и плакать.

Наивная девочка во мне всё ещё пытается найти хоть какое-то объяснение. Доказательство, что всё не так, как мне казалось.

Но Булат останавливался здесь постоянно. Без причины, ведь мы давно живём в этом городе. Только для встреч с другой…

— Конечно, — тон девушки тут же меняется. — Вы можете позвонить своей подруге.

— Не нужно, — звучит мужской голос за моей спиной. — С моего позвонит. А вы принесите нам, пожалуйста, чай.

Администраторша кивает, тут же улетает выполнять поручение. Я разворачиваюсь к Ильясу, не понимая, почему он вернулся.

— О, — выдыхаю, тут же стягиваю с себя пиджак. — Прости, я забыла отдать. Спасибо ещё раз.

— Оставь пока, у меня не один костюм, — усмехается, мягко подталкивая меня к диванчикам. — Тебе явно не помешает согреться. Ты ведь пьёшь чай?

— Да, а ты… Ты вроде спешил в номер, чтобы отоспаться.

— Мой сон сожрала совесть, которая не позволяет бросить девушку в беде. Держи, звони кому и сколько нужно.

Подруга явно не ответит, поэтому я, сцепив зубы, звоню папе. Даже глаза прикрываю, словно это спрячет от его злости и нотаций. Отец у меня очень сложный человек, тяжёлый.

И он тысячу раз мне повторял, что замуж выходить нужно с умом. Рано в восемнадцать. Но когда я призналась ему, что забеременела — то папа уже не мог спорить.

— Слушаю, — звучит из динамиков хриплый голос. — Вы на часы вообще смотрели? Совсем оху…

— Пап, это я, — выпаливаю, затаив дыхание. — Алия. У меня… Мне очень нужна твоя помощь. Булат выгнал меня из дома, не отдаёт сына.

Я рассказываю всё, не таясь. И так получать нагоняй, словно ребёнок, так лучше сразу пережить все «я тебе говорил». Кажется, поток слов не заканчивается очень долго.

Даже Ильяс, явно слышащий мой рассказ, сейчас не мешает. Я просто хочу сбросить этот груз, получить совет и помощь.

— Стоп, хвати, — отец осекает меня. — Чего ты от меня хочешь, Аль?

— Эм… Помощи? Ты ведь можешь поговорить с Булатом. Приехать и забрать Илю, с тобой Булат не будет спорить. Или… Ты можешь хотя бы мне одолжить денег? Пока я разберусь со всем.

— Нет, не могу. Я предупреждал, Алия. Взрослая для замужества — взрослая и для всего остального. Самостоятельно разбирайся со своими проблемами. От меня помощи не жди.

Я прочищаю горло, его спазмами зажало. Киваю, хотя папа не может меня видеть. Чего-то такого я и ждала, но надеялась, что ошибаюсь. Ну как можно не помочь собственному ребёнку?

Меня воспитывали строго. Почти всё дома было «нельзя». Спартанские условия, как иногда полушитил папа. Но при этом…

Я ведь его дочь!

Я без денег, посреди ночи неизвестно где, а внук…

Боже, да я бы ради Или всё сделала! Хоть сейчас, хоть лет через двадцать. На всё готова пойти ради него. И если вся борьба окажется бесполезной…

Если я не смогу обыграть Булата…

То я вернусь к нему. Поломаю себя, но вернусь.

Потому что хочу быть рядом с сыном.

— Если бы ты послушала меня, — продолжает отец. — И закончила обучение…

— Ясно, — перебиваю, сцепи зубы. — Я тебя услышала. И сейчас, и тогда. И если ты не изобрёл машину времени, то прошлое я изменить не могу.

— Алия, как ты с отцом разговариваешь?

— Прости, мне пора идти.

Едва сдерживаюсь, чтобы зло не бросить телефон в стенку. Вместо этого сбрасываю вызов и возвращаю телефон Ильясу. Часто дышу, стараясь справиться с новым потоком слёз.

Вытираю глаза рукавом пиджака. Терплю. Слезами я тут никак не решу проблему. Нужно думать. Где найти деньги? На первое время, пока я не найду работу.

Или не верну свои сбережения.

У меня ведь ничего нет! Булат выгнал прочь, а на мне только…

— Здесь есть ломбард? — разворачиваюсь к мужчине. — Рядом где-то?

— Без понятия. Я в этом городе проездом.

— Ясно. Спасибо большое за помощь. Мне нужно идти.

Я подрываюсь с места, едва не налетаю на администраторшу, которая лично принесла чай. Быстро расспрашиваю об окрестностях, узнаю, что ломбард в десяти минутах ходьбы отсюда.

Круглосуточный.

А у меня серёжки и обручальное кольцо. Сдам украшения, получу первые деньги. Смогу хотя бы на эту ночь где-то остаться.

Я морщусь, когда за спиной раздаётся мат. На выдохе и тихо, но я всё равно слышу. Булат никогда не ругался, мой отец тоже. А этот Ильяс…

— Стой ты, — раздражённо вздыхает, перехватывает меня за локоть. — И куда ты собралась на ночь глядя?

— В ломбард, — я закатываю глаза. Всё ведь понятно, он и так это понял. — До утра я ждать не могу.

— Всё не пойму. Ты или бедовая, или ненормальная. Пошли.

— Куда?

Теперь уже я зависаю. Но мужчина просто двигается вперёд, придерживает для меня дверь. Я оторопело следую к нему. Серьёзно? Это он так элегантно вызвался мне помочь?

Ильяс всем своим видом показывает, насколько я не вовремя попалась ему на пути. Перебираю в уме все ироничные ответы. Зачем пошёл, если я его раздражаю?

На улице темно и безлюдно, хотя рядом центр города. Словно все люди вымерли, остались только мы вдвоём.

— Я бы не советовал, — говорит, но при этом не пытается остановить меня. — Здесь цены будут занижены в пару раз, получишь гроши. А проценты накрутят адские.

— Ну, другого выхода всё равно нет. Ты же слышал… Или тебе вдруг обручальное кольцо понадобилось? — мужчина молчит. — Ну вот.

— Сожалеть не будешь?

— Я никогда ни о чём не жалею. Плохой опыт тоже опыт.

— Даже учитывая, где ты сейчас оказалась из-за своего брака?

— Зато у меня