Невеста тирана - Лика Семенова

Джулия оставила глупый вопрос без ответа:

— Почему я, Амато?

— А почему бы не ты? У меня две сестры.

— Он выбрал Марену. Почему я?

Амато повел бровями:

— Эти вопросы надо задавать не мне. Помолвка состоялась, это видели все.

Джулия сглотнула, стараясь держать себя в руках:

— Тогда зачем ты позвал меня?

Амато барабанил пальцами по столу:

— Завтра к рассвету ты должна быть готова в дорогу. Минимум вещей, одна служанка. Позже обозом пришлют то, что Паола сочтет нужным. Можешь идти к себе.

Джулия остолбенела. Стояла, понимая, что ее попросту знобит. Она собралась с духом и открыто посмотрела на Амато:

— В какую дорогу?

Брат небрежно махнул рукой:

— Ты уезжаешь в Альфи. Со своим женихом.

Внутри все обмерло, сердце перестало биться:

— Почему это? Кто это сказал?

Что-то шевельнулось в самом темном углу:

— Я сказал.

Джулия невольно попятилась, когда в неверном свете свечей высветилось лицо Фацио Соврано, дрогнула жемчужная серьга. Он пристально смотрел, и под этим взглядом хотелось сжаться. Джулия сильнее запахнула домашнее платье на груди, вдруг осознав, что не одета. Покачала головой:

— Я не поеду… Я не поеду! У меня есть полгода со дня помолвки. Я должна оставаться дома.

Соврано смотрел на нее, потирал подбородок, а его глаза, в которых отражалось пламя свечей, будто жгли насквозь.

— Вы поедете, сеньора, потому что я так хочу. Скорее, требую. И если вы не изволите к рассвету быть готовой, вас повезут в том, в чем достанут из постели.

Глава 6

Джулия пыталась спорить, умоляла брата вмешаться, но все было бесполезно — он не желал даже словом выступать против Соврано. Амато было все равно. И она готова была поспорить, что брат думал лишь о том, чтобы Фацио и его люди поскорее убрались. С ней, или без нее — не имело никакого значения. Лишь бы скорее и как можно дальше. Джулию уже списали, вышвырнули, как швыряют с палубы судна балласт. Семья ее отвергла. Единственное, что еще все же волновало Амато — предстоящий брак. Чтобы он был заключен, как полагается. И консумирован. И брата уже не расстроит, если на следующий же день Джулия попросту умрет — формальности будут уже улажены. Теперь казалось, что это никого не расстроит. Даже Марену.

Соврано полностью оправдывал свое прозвание. Он расхаживал по дворцу, как хозяин, а Амато едва поспевал следом. Фацио зачем-то потребовал, чтобы ему показали покои невесты. Просмотрел все комнаты, пересчитал прислугу, будто приценивался, выглянул в окно. Сухо пожелал Джулии доброй ночи и выставил снаружи у дверей охрану из своих людей. Он самым бесстыдным образом стерег свою собственность. И все это время от Амато не слышали ни слова возражения.

Когда дверь за мужчинами, наконец, закрылась, Альба округлила глаза:

— Да что же это, сеньора?

Джулия обессилено опустилась на мягкий табурет, обхватила себя руками, чувствуя, что буквально трясется от холода:

— Они велят мне ехать завтра на рассвете.

Альба присела в ногах:

— Куда, сеньора?

— В Альфи. С ним…

Альба невольно прикрыла рот ладонью:

— Так ведь положено полгода…

Джулия покачала головой:

— От поступает так, как хочет. Обычаи ему не указ. Мне велено быть готовой к утру.

Служанка молчала, лишь смотрела во все глаза. Джулия опустила голову:

— Собери мне сундук с самым необходимым и приготовь серое дорожное платье. Ты знаешь, какое.

Альба с готовностью кивнула, а Джулия даже задержала дыхание, боясь задать самый главный вопрос:

— Альба… Мне позволено взять с собой одну служанку. Я была бы рада, если бы ты поехала со мной.

Та тоже опустила голову. Комкала в пальцах передник:

— Как прикажете, сеньора.

— Нет, — Джулия покачала головой, — я не приказываю — я спрашиваю. И пойму, если ты захочешь остаться здесь. Здесь твой дом, здесь твоя матушка. Я не хочу тебя неволить.

Альба грустно улыбнулась:

— Матушка первая осудила бы меня, если бы я бросила свою госпожу. Да и как вы без меня? Приставит ваш муж к вам криворуких дур, так кто же кроме меня за ними уследит?

Джулия кивнула:

— Спасибо тебе, Альба. Я этого не забуду. Значит, и ты соберись. — Джулия провела ледяными руками по шее: — Раствори окно, дышать нечем.

Служанка поднялась:

— Ночи свежие, сеньора. Зябко.

— Все равно раствори. Хоть родным воздухом напоследок надышаться.

Альба не спорила. Лишь принесла из гардероба меховую накидку и укутала Джулии плечи. Открыла окно, поежилась на ночном ветру. Оперлась на подоконник и глянула вниз. Испуганно повернулась:

— Сеньора, и там тоже!

— Что?

Джулия подошла к окну, тоже выглянула. В свете факелов внизу просматривались еще двое из охраны Соврано. Альба нахмурилась:

— Неужто ваш муж думает, что через окно побежите?

— Не муж, Альба. Еще не муж.

Та опустила голову:

— Да уж какая теперь разница… Все дело лишь в названии.

Джулия пожала плечами:

— Я даже не хочу задаваться вопросом, что он думает. Я не собираюсь бежать, поэтому мне все равно.

Джулия вернулась на табурет, подозвала Лапушку, зарылась пальцами в густую мягкую шерстку. Она даже сама себе казалась странной, будто застывшей. Ни истерики, ни бурных эмоций. Будто ее заморозили или заколдовали. Но так оно и к лучшему.

Ночь выдалась дрянной, беспокойной. Джулия вертелась под теплым пуховым одеялом, коченела, но одновременно обливалась потом, словно в лихорадке. В голове будто настырно стучал крошечный молоточек, который не позволял ни на мгновение забыться. Она все время думала о том, что бедняжке Альбе и вовсе не удастся сомкнуть глаз.

Утро приближалось неумолимо, как приговор. Вот уже посерели щели в ставнях, занимался бледный рассвет. Они уже были полностью готовы — обе: и госпожа, и служанка. Слова Соврано все время преследовали Джулию, и она ни за что не хотела позволить ему осуществить свою угрозу — везти в том, в чем вытащил из постели. Такого не будет. Она не доставит ему этой радости. Джулия надела серое шерстяное платье с бархатной распашной накидкой. Альба убрала ее волосы в аккуратную сетку, приколола мягкую круглую шляпку. На затянутых в замшевые перчатки руках уже устроился Лапушка.

Но все еще совершенно не верилось, что через какой-нибудь час Джулия покинет этот дом, чтобы, возможно, никогда не вернуться. Никогда… Это слово казалось сейчас таким странным… Ни-ког-да. Что значит никогда?

За