Грех и невинность - Шерон Пейдж

Джейн вошла в дом своей тетки и отдала служанке плащ, перчатки и вуаль. Ее внимание привлек стук колес по гравию и крики возницы. Это вернулся ее собственный экипаж.

По крайней мере, теперь ей не придется объяснять, каким образом она возвратилась домой без своего экипажа. Голова у Джейн раскалывалась, и она потерла ладонью лоб. Она ненавидела себя за то, что снова поддалась панике.

— Могу я попросить вас пройти в гостиную, миледи?

Резко развернувшись на каблуках, Джейн заметила терпеливо дожидающуюся ее приказов экономку миссис Ходжкинс. Впрочем, нет, на лице экономки отражалось неподдельное беспокойство, а седые волосы пребывали в беспорядке. Сняв с головы чепец, она то и дело проводила по волосам руками, чтобы хоть как-то пригладить непослушные пряди.

Джейн не хотелось ни с кем разговаривать, но, понимая, что, скорее всего, миссис Ходжкинс волнуется из-за нее, направилась в гостиную.

Экономка заломила руки.

— Вы целый месяц не надевали траурного платья, миледи.

О Господи!

— Сегодня оно мне понадобилось для одного дела. Я… э… не хотела, чтобы меня узнали.

Неожиданно экономка широко улыбнулась:

— Стало быть, вы ездили на тайное свидание? — В глазах пожилой служанки вспыхнули озорные искорки, а на лице отразилось довольство. — Ничего дурного в том нет, миледи. Только вот не стоит рисковать понапрасну. Я, конечно, ничего не скажу леди Гардинер, обещаю вам, но в следующий раз непременно возьмите кого-нибудь с собой.

Взять кого-нибудь с собой? После того, что она видела в клубе, Джейн с трудом обрела дар речи.

— Я вполне способна сама о себе позаботиться.

— Это не так, миледи. Каждой женщине необходимо знать, что она защищена.

На Джейн мощной волной нахлынули грусть и отчаяние. Да, это необходимо каждой женщине. И Дел тоже. Джейн опустилась на стул, не в силах больше стоять.

На лице экономки вновь отразилось неподдельное беспокойство.

— Миледи!

— Благодарю вас, Ходжкинс, — раздался решительный голос тети Регины. — Я хочу побеседовать со своей племянницей наедине.

Предполагалось, что тетя Регина отправится сегодня навестить свою дочь. Но она стояла в дверях, сложив руки и опершись на трость. Кончик трости постукивал по полу, в то время как экономка суетливо вышла из гостиной и тихо прикрыла за собой дверь. Как только раздался щелчок, последовал вопрос:

— Ну и где же ты была, дорогая моя?

Джейн попалась, точно лисица.

— Вы найдете маркиза в клетке, милорд. На втором этаже, первая дверь перед театром.

Кристиан потер шею и направился сквозь толпу в указанном лакеем направлении. Несложно было представить, как выглядит эта самая клетка.

Через несколько минут он понял, что его догадка верна. В центре просторного зала стояла огромная позолоченная клетка. В углах покачивались клетки поменьше. Свечи в причудливых лампах отбрасывали золотистые отсветы на стены и обнаженную женщину, стоящую перед дверцей позолоченной клетки и ожидающую приказаний Салаберри.

Одетый в халат из золотистого шелка, маркиз расхаживал вокруг пышнотелой блондинки и похлопывал ее по ягодицам рукояткой кнута.

Кристиан едва сдерживался, чтобы не вцепиться в горло маркиза, не повалить его на пол и не выбить из него правду. Вместо этого он спокойно вошел в комнату.

— Салаберри.

— А, Грешник, — протянул маркиз. — Где же ваша соблазнительная вдовушка?

Внезапно Кристиан представил леди Шеррингем. Ее потемневшие от ужаса, широко раскрытые карие глаза. Она бежала от него так, словно боялась, что он догонит и нападет на нее.

— Ждет моих распоряжений, — ответил Кристиан в надежде на то, что так оно и есть.

И зачем только он попытался поцеловать ее? Он смотрел на ее подрагивающие губы, а потом наклонился в желании дотронуться до нее и хоть как-то утешить. И вот теперь Кристиан ненавидел себя за то, что испугал леди Шеррингем.

Она была лучшей подругой Дел и связующим звеном между ним и его сестрой. Ее страх лишний раз доказал, что леди Шеррингем не имела к исчезновению Дельфины никакого отношения. А это означало лишь одно: Уикем просто обязан ее защитить. Поэтому пришлось сделать так, чтобы леди Шеррингем оказалась как можно дальше от этого омерзительного клуба.

— Я как раз хотел с вами встретиться сегодня, Грешник, — произнес Салаберри и игриво ущипнул блондинку за розовый сосок. Голубые глаза женщины тотчас же вспыхнули желанием. — Уверен, вы многому научились на Ближнем Востоке. Мне хотелось бы поговорить с вами об этом.

Кристиан на мгновение лишился дара речи. Неужели и его Дел стояла, точно послушная служанка, и позволяла кому-то бить себя по… по обнаженным ягодицам?

Салаберри ударил женщину по груди.

— Не хотите присоединиться? У нее есть еще одна. Грудь, достойная герцогини, не правда ли?

Герцогиня захихикала. На ее спине отчетливо виднелись багровые полосы. На полу лежал оставивший их стек. Героиня послушно зашла в клетку, а Салаберри захлопнул за ней дверцу и закрыл ее на щеколду.

Взор Кристиана застил алый туман. Сердце в груди болезненно сжалось. В последний раз он испытал нечто подобное в тот день, когда принял вызов графа Харрингтона и убил его на дуэли.

— К черту упражнения с веревками! Я здесь, чтобы поговорить с вами о своей сестре.

Из рук Салаберри выпал кнут.

— Но она является супругой Тревора, — поспешно произнес он. — Она приезжала сюда с позволения мужа. И не имеет значения, одобряете вы подобное поведение или нет.

Как же хотелось Кристиану разбить в кровь самодовольную физиономию маркиза! Однако ему пришлось лишь крепче сжать кулаки, чтобы не потерять самообладания.

— К несчастью для вас, мое мнение имеет очень даже большое значение. Дел пропала.

— Пропала? — Салаберри инстинктивно отшатнулся и отошел от клетки.

Кристиан направился за ним.

— Ваши игры с моей сестрой когда-нибудь выходили из-под контроля? Вы причиняли ей боль?

Салаберри развернулся.

— Да, пару раз я похлопывал вашу сестру по заду и связывал ее. Но ей это нравилось, Уикем. От удовольствия она мяукала, точно котенок.

— Насколько мне известно, вы были последним, кто ее видел. — Голос Кристиана источал лед, но в душе бушевало пламя. Он посмотрел на покрытую багровыми отметинами герцогиню. — А вы садист.