Разожги во мне магию. Заговор судьбы - Вера Амулетова

Дождавшись Рикель, которая вопреки всем правилам все же украсила свою мантию брошью в виде живого цветка и снова не пожалела пудры и розовой помады, мы вышли из комнаты.

Действие напитка уже не было таким ярким, и я снова была способна трезво оценивать окружающую обстановку, но внутренняя радость и предвкушение чего-то хорошего все же окончательно сменили тревогу и волнение.

Посвящение традиционно проходила на большой площади перед главным зданием.

Было только восемь часов утра, а солнце уже раскочегарилось не на шутку. Мне стало жарко в серой, плотной мантии, и я немного ослабила завязки на груди.

Площадь была разбита на пять секторов с трибунами, места на которых уже начали занимать старшекурсники.

Факультету стихий покровительствовал синий цвет и символ, объединяющий пять элементов, в виде звезды.

Студенты факультета медицины и знахарства носили красные мантии. Их хранителем был цветок лотоса, который якобы распускался где-то в недрах Белой горы и нес в себе как жизнь, так и смерть.

Белый цвет и сфера — управление аномалиями и демонами, а черный — факультет фауны с рогатым друидом на мантиях.

Пятый сектор — самый малочисленный — никак не выделялся ни цветом, ни декором. Зато выделялся его представителями.

Рикель громко ахнула и стала дергать меня за рукав, показывая на выстроенных в ряды высоких, плечистых юношей, одетых в черные, боевые кимоно. На руке у каждого была повязка, количество полосок на которой соответствовало году обучения.

В отличие от всех остальных студентов на трибунах, они стояли молча, сосредоточив взгляд на какой-то одной точке, собранные, готовые в любой момент отразить атаку врага.

Если бы я не видела, что они дышат, то вполне сошли бы за статуи.

Чуть не прыснула со смеху, представив себя в этих рядах. Посмотрев на статных воинов, от которых за версту веяло силой, я почти убедила себя в том, что мне точно удастся перевестись. Уж лучше я буду колдовать с белым лотосом, чем бездумно размахивать мечом посреди этого славного отряда.

Мы с Рикель протиснулись сквозь толпу синих мантий в центр площади, где стояли все первокурсники в своих серых, безликих одеяниях в ожидании начала мероприятия.

Сзади раздался громкий смех. Обернулась и увидела Марианну с подругами. Одета девушка была, как и все, в серый плащ, а вот на голове у брюнетки красовалась миниатюрная шляпка, украшенная большим темным камнем.

На одну секунду наши взгляды встретились. Тонкая улыбка тут же сошла с губ Марианны. Она что-то сказала своим подружкам, после чего все трое уставились на нас с Рикель.

Я поймала себя на том, что продолжаю радостно улыбаться всем вокруг — зелье Рикель еще действовало. Незаметно ущипнула себя за руку и попыталась принять серьезный вид.

Откуда-то прозвучал невидимый колокол, и на узкую дощатую сцену поднялся ректор.

Как только он появился, мне снова показалось, что мир вокруг как будто замедлился. Голова слегка закружилась. Я облизала пересохшие губы, стараясь сосредоточиться на торжественной речи.

Надев на лицо свою двуликую улыбку, он поздравил всех с началом учебного года, подчеркнул важность Академии и того образования, которое все мы тут получаем или только пришли получать.

Упомянул о правилах: строгое расписание, время возврата в корпуса, магические браслеты, по которым нас будут отслеживать магистры факультетов. Никакой магии и самодеятельности вне занятий. Ходить только там, где это позволено.

И клятва. Все ученики должны будут поклясться, что наши способности отныне принадлежат императору и мы используем их во благо Империи.

Когда ректор закончил говорить, то снова прозвучал колокол, и свои места на сцене заняли представители Совета. Ох уж и странная это была компания. Я невольно снова расплылась в широкой улыбке.

Дед-друид, похожий на кустарник, заросший мхом. Круглолицая женщина, кожа которой то светилась изнутри ярким солнечным светом, то, наоборот, «гасла» и становилась почти прозрачной. Водяной фавн с вьющейся на шее черной змейкой и беловолосая жрица с водянистыми, синими глазами.

Сначала мне показалось, что она очень молода и красива, а в следующую секунду я увидела дряхлую старуху. Может, у меня уже видения от жары и от зелья Рикель?

Чувствовала я себя и правда неважно. К головокружению добавилась слабость. Захотелось присесть в тени и умыться холодной водой. Но вместо этого нужно было встать в очередь, чтобы произнести клятву и выйти к Совету.

Еще один удар колокола, и перед нами появились четыре магистра факультетов. Каждый — в мантии своего цвета и с живыми символами в руках.

— А где же магистр боевой магии? — услышала я вопрос Рикель. Только мне показалось, что разговаривает она со мной откуда-то издалека. Голос подруги был приглушенным и еле уловимым. — Ты в порядке? Какая-то бледная.

На этих ее словах я, кажется, пошатнулась. Солнце пекло уже нестерпимо.

— Да-да, все хорошо, — ответила я и попыталась взять себя в руки.

— Вот, держи, живительный холодец, — проговорила Рикель и стала копаться в своей сумочке.

Тут подошла моя очередь, и, не дождавшись спасительной пилюли, я прошла к большому белому камню, испещренному вязью символов, у которого стоял ректор.

Золотистые глаза. Едва заметная улыбка. Слова клятвы, которые я повторила машинально. Все мои силы уходили на то, чтобы просто держаться на ногах.

И вот я стою перед Советом. Дед-друид смотрит в мои глаза. Глубокий, темный взгляд, откуда-то из самых недр земли.

«Пожалуйста, зельеварение. Сжалься надо мной, Великий Яйва. Я стану лучшим знахарем Империи. Пожалуйста, зельеварение”, — взмолилась я про себя.

— Факультет боевой магии, — произнесла жрица.

Я не поверила своим ушам. В растерянности обернулась в поисках хоть какой-то поддержки. Пожалуйста, пусть кто-то сейчас скажет, что это ошибка.

Разноцветные мантии смешались и полетели калейдоскпом. Мой взгляд с трудом зацепился за единственное темное пятно — отряд боевых магов — во главе которого стоял магистр факультета.

Это был варвар!

Ноги мои подкосились, тело перестало слушаться, и голову окутала кромешная темнота.

Глава